«Первое сентября»

Если ребенок украл...

«Нужно ли быть на его стороне?»

Летом на родительских интернет-конференциях активно обсуждается времяпрепровождение подростков на каникулах. Порой ситуации, которые описывают взрослые, вызывают удивление, возмущение и даже гнев. И возникают вопросы, вопросы… Как правильно реагировать на асоциальное поведение детей? Почему такое случается? И что делать, чтобы наперед уберечь детей от попадания в «некрасивые» истории?

А то воспитываешь его, воспитываешь, а потом приходится краснеть.Мы приводим письмо мамы и комментарии родительского сообщества к нему.

Письмо

Это лето принесло нам неприятности. Моя дочь с подругой — им по двенадцать лет — гуляли в детском саду. Не знаю, что на них нашло, но они смогли открыть окно, залезть внутрь и вытащить кукольную мебель. И тут подоспел сторож. Он отвел их в садик и вызвал, слава богу, не милицию, а заведующую, которая живет неподалеку. Та стала звонить родителям. Я тут же прибежала и стала просить уладить дело миром. А мама подруги заняла другую позицию. Идти к заведующей отказалась, сказала ей в трубку: «Раз виновата, пусть сама отвечает, звоните в милицию. Мне не нужна дочь-воровка».

Скажите, надо ли защищать своего ребенка, зная, что он украл? Или угнал автомобиль, или избил кого-то? Где та грань, тот критерий, который в одном случае требует от родителей всеми правдами и неправдами спасать свое непутевое чадо, а в другом — подобно Глебу Жеглову чеканить: «Вор должен сидеть в тюрьме!»

Комментарии

— Просто детсад, что вы пишете. Уголовная ответственность у нас в стране с 14 лет минимум. Так что нечего вам было «улаживать». Банальная кража. Профилактическая беседа для острастки — и все. Когда мой сын попытался стащить тишком машинку в магазине с прилавка, я его повела в милицию, в дежурную часть. Показать железные камеры с прутьями на двери и без окон, где жулики сидят. Больше он на чужое не посягал.

— Вы подумайте, что из нее вырастет, если оставить дело безнаказанным! Как родители могут защищать своего ребенка, понимая, что вырастили урода? И он, этот урод, и дальше будет ходить по земле, рожать детей, совершать противоправные действия, ощущая полную неуязвимость? Как?

— Не бывает так, что дитя сегодня ангелочек, а завтра мерзавец. И пословица «Что посеешь, то и пожнешь» — она не о пахарях. А защищают своих детей — любых — те, кто ощущает свою вину за плохое воспитание. Ребенок должен быть максимально занятым (кружки), но и родители должны помнить о своих обязанностях. Не потакать. Тогда шансы, что он может стать наркоманом, алкоголиком или преступником, уменьшаются. И помните: не застрахован никто!

— Дочери было 7 лет, она, находясь в гостях у одноклассницы, взяла электронную игру. Я дома докопалась до источника обогащения и заставила позвонить и извиниться, а на следующий день вернуть. Мама той девочки повела себя очень грубо, и я слегка пожалела о своем поступке. Но с тех пор более щепетильного человека по отношению к чужой собственности, чем моя дочь, я не встречала.

— Всякое в жизни бывает. Считать, что твой ребенок всегда поступает хорошо, — глупо. Любой человек совершает плохие поступки, вопрос в мере и регулярности. На первый раз можно и простить.

— Я сама в 12—13 лет была неуправляемой. Много дралась и однажды очень сильно избила обидчика, с последствиями. Я тогда жуткий стыд испытывала. Мне и в голову не приходило ждать поддержки от кого бы то ни было. Но родители сменили для меня школу, и это оказалось к лучшему. С тех пор как отрезало.

— Я всегда буду на стороне своего ребенка, что бы ни случилось. На моей памяти остался один случай из детства. Мальчик проиграл в бусинки — была такая дворовая забава — двадцать три рубля. Денег у него, разумеется, не было, а кредиторы каждый день подкарауливали его в лифте и били. Мальчишка рассказал все родителям, но те ответили: «Сам выкручивайся!» И парень выкрутился. Повесился на чердаке своего дома. Я не думаю, что «быть на стороне» — становиться соучастниками проступков детей, защищать их, оправдывать в любой ситуации. Я думаю, это значит — никогда не отрекаться от своего ребенка. Что бы ни случилось.

— Понятно, что до наступления возраста ответственности я за ребенка отвечаю. Соответственно, если он нашкодил, разруливать ситуацию предстоит мне. По-моему, это этическая норма. Я обязана вернуть за ребенка деньги, которые он проиграл. Отвечать по полной за его воровство. И думать, как я буду дальше его воспитывать, чтобы подобное не повторялось.

Мнение специалиста

«Не ругать, а помочь справиться с ситуацией»

«Я тебя выведу на чистую воду!»

Поведение — это наблюдаемые поступки людей. В них, принято думать, реализуются внутренние побуждения человека, его представление о мире, его цели. Однако установить взаимосвязь поступка и мотива применительно к детскому поведению всегда очень трудно. Редко это сознательные, умышленные, волевые действия. Чаще — импульсивные, аффективные, негативистские, непроизвольные, внушаемые, нечаянные.

И если начать «приписывать» ребенку на основании каких-то его действий пороки, подбирая новые и новые доказательства его порочности, можно достичь полной нравственной дезориентации ребенка как личности. Ведь используемые в таких случаях воспитательные «технологии» — оскорбление, унижение, глумление и особенно обращение к общественному мнению — это оскорбление человеческого достоинства в ребенке. Крайне отрицательный фактор развития.

Элементарная грамота

Чтобы размышлять над проступками ребенка всерьез, тем более клеить ярлыки и создавать у окружающих негативное мнение о нем, ломать самооценку, надо различать, где случай, ошибка, а где на самом деле отклоняющееся поведение.

В психологии существует классификатор отклоняющегося поведения. Причем для того, чтобы отнести ребенка к тому или иному типу, необходимо подтвердить тот факт, что в течение полугода ребенок совершал то или иное асоциальное действие не менее пяти раз, то есть поведенческий стереотип уже сформировался. Так что смотрите: «девиантное поведение», то есть отклоняющееся от принятых в обществе норм; «делинквентное» — преступное, криминальное; «аддиктивное» — характеризующееся стремлением к употреблению одурманивающих (наркотических) веществ; «аномальное» — характеризующееся наличием мозговой патологии.

Но в домашнем воспитании родители, сталкиваясь со многими неприятными для них проявлениями ребенка, стремятся пресечь их на корню, становятся беспощадными. И шумят «бури в стакане воды», объявляются «бойкоты» ребенку. Порой случается самое страшное: на основе одного проступка прогнозируется криминальное будущее ребенка. Родители представляют его поочередно то вором, то наркоманом, то кем-то еще. Они боятся ребенка, тогда как он нуждается в поддержке.

Ваш ход

Быть на стороне ребенка — помогать ему справиться с некрасивой ситуацией с наименьшими потерями. Не забыть, не сделать вид, что все нормально, а именно справиться, победить.

Как? Давать советы здесь сложно, потому что каждая ситуация уникальна и разброс обстоятельств для каждого случая свой. Однако воспользуемся беспроигрышным приемом продуцирующего начала.

Вопрос: «Зачем ты это сделал?» — задается ребенку почти всегда. С разной интонацией, конечно. Осознаем ли мы, что это не «дежурный» вопрос, а апелляция к целеполаганию, к смыслу? Если да, то мы ждем ответа, выслушиваем, а не заводим себя с пол-оборота на горячую риторику обвинений.

Целеполагание и особенности поведения взаимосвязаны. Именно отсутствие целеполагания чаще всего становится причиной отклоняющегося поведения. Поэтому ответы ребенка: «Сам не знаю… так получилось… не могу сказать» — свидетельства отсутствия цели, умысла. Другие варианты: «Решил попробовать… было интересно… очень хотелось» — говорят об авантюрном импульсе, но опять не о цели-смысле. Или: «Она сказала… он предложил» — кем-то внушенные действия.

И хотя базовые ценности существуют в самой природе человека, система ценностных ориентаций, важнейший компонент структуры личности, у младших подростков еще только формируется. А отделы мозга, отвечающие за прогнозирование последствий, начинают работать лишь к 14 годам. Так что образ поведения, приобретенный в определенной среде, может стать привычным, хотя он и может быть неадекватным. От того, как ведут себя с ребенком родители — в обычных и критических ситуациях, поведение ребенка сильно зависит.

Если ветер переменится

Сказать, что среда и методы воспитания формируют установки и ценностные ориентации личности, — сказать банальность: «Да, а что? И мы воспитываем ребенка в духе соблюдения норм и правил поведения. Когда имеет место отклоняющееся поведение, мы принимаем меры». И тут встречный вопрос: меры к чему, к кому? Ведь всякий раз, показывает практика, неадекватное поведение вызвано какой-то неблагоприятной жизненной ситуацией, и это не обязательно внешнее неблагополучие. Чаще это противоречия формирования Я-концепции подростка. Сбой в системе ожиданий, неудовлетворенность взаимоотношениями, зависимое положение в семье, недоверие к себе и к миру. Это какая-то психологическая надломленность. Как следствие — «странные», а то и «дикие» поступки.

Психологи рассматривают их как реакции: протеста (в ответ на ущемление самолюбия), имитации (подражания ярким личностям), эмансипации (борьба за самостоятельность), компенсации (выбор объекта для самоутверждения), группирования — все они свойственны подавляющему большинству подростков, но не всегда принимают формы асоциальных действий.

Все зависит от позиции родителей. Очень хочется следовать твердым курсом, но и библейское выражение «житейское море» забывать не стоит. В море всякое бывает. На парусном флоте говорят: «Ходить галсами против ветра требует искусства, терпения и любви к мореплаванию». Галсами — это вести судно при встречном ветре короткими отрезками с постоянной переменой курса.

Владимир Казаков

Опубликовано 26 августа 2009

Версия для печати

«Первое сентября»

Если ребенок украл...

«Нужно ли быть на его стороне?»

«Не ругать, а помочь справиться с ситуацией»

Комментариев нет

Оставить комментарий