Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Алхимия любви между женщинами. Любовные откровения. Часть 1

Мне как лесбиянке/феминистке мои чувства и моя плоть,

как и мой разум подсказывают, что связи между женщинами и среди

женщин есть наиболее пугающая, наиболее проблематичная и наиболее

потенциально трансформирующая сила на планете.

Адриана Рич (Adrienne Rich)

Первый раз я влюбилась в женщину в 33 года. Это было как чудо ... как возвращение домой… как исполнение желания, издревле хранившегося в клеточной памяти... как тончайшее, запутанное эротическое воспоминание о чем-то давно мною потерянном. Моя любовь к другой женщине была также пугающей, явно дезориентирующей, подавляющей. И еще – невысказанной.

Эмоциональная и сексуальная любовь между женщинами неизменно вызывает страх и патологизируется. Как и множество других глубоких, волнующих и трансформирующих переживаний в жизни женщины, любовь одной женщины к другой остается невысказанной - не имеющей своего места в рамках традиционной Западной психологической науки. Само по себе упоминание и описание любви между женщинами несет в себе угрозу как общественно одобренной реальности нашей культуры, так и самим женщинам, осмелившимся честно рассказать об их опыте любовных отношений с другими женщинами. Женщины хранили молчание веками - зачастую таков итог болезненного разрыва между нашим внутренним знанием и ожиданиями внешней патриархальной культуры. В противном случае – осмеяние, унижение, изгнание, тюремное заключение или смерть. Пользуясь юнгианской терминологией, возможно, молчание есть подлинная Теневая сторона женской натуры. Возможно, утвердившееся «поглощающее» изображение женской Тени является контрфобической реакцией, отвлекающей нас от той реальной угрозы андроцентрической культуре, которую представляет правда и внутреннее знание, заключенные в жизни женщины. Несколько лет назад кто-то из лидеров женского движения, возможно, Тилли Ольсен (Tillie Olsen), сказала, что если хотя бы одна женщина расскажет всю правду о своей жизни - мир никогда уже не будет прежним.

В Вавилонском мифе о сотворении мира Герой Мардук (Marduk) убивает свою мать Тиамат (Tiamat). После чего он расчленяет ее и разбрасывает куски ее тела по Вселенной. В результате этого деяния, согласно мифу, происходит сотворение мира. Матрицид (убийство матери) приравнивается к соз(и)данию, и сознание Западной культуры начинается с образа женщины, расчлененной во имя создания мира Героя. Индивидуально или коллективно женщины призваны вновь воплотить себя в одном теле и высказать правду их общего опыта. Индивидуация для женщины состоит в том, чтобы вспомнить себя такой, какая она есть на самом деле, а не такой, какой она думает, она должна быть в последующей с момента воспоминания жизни. Любовь одной женщины к другой пробуждает глубинную клеточную память о женских истоках: ее тьме, ее красоте, ее силе, ее мудрости и ее безграничном желании. Одновременно утоляются старые и возникают новые, доселе не испытанные желания.

Моя работа представляет собой попытку начала «определения очертаний» этой пугающей и запретной территории любви между женщинами и описания целительных образов, составляющих ядро любовных взаимоотношений между женщинами. Такое «определение очертаний» исключительно важно как для жизни отдельных женщин, влюбленных в других женщин, так и для жизни всех, с кем мы соприкасаемся в этом мире. Годами я размышляла о моем опыте любовных отношений с женщинами; затем, около четырех лет назад, я обнаружила, что эти размышления обрели конкретную направленность. Я стала слегка одержима чувством, сначала не совсем ясным, что каждому из нас - представителю человеческого рода - приходится расширять, разрушать или стирать многие границы, отделяющие нас как от других людей, так и от частей нас самих. У меня были опыты «проницаемых границ», описанных Кохутом (Kohut) и другими. Я удивлялась, что удерживает нас от того, чтобы жить с более проницаемыми границами при плавном течении бытия. Почему эти пиковые моменты проницаемости, цельности так типично привязаны к таким экстраординарным состояниям как любовь, экстаз или безумие. «Что было бы, - пишет Кэтрин Келлер (Catherine Keller), - если бы первоначальный континуум, их которого мы все происходим, назовите его хоть преэдиповым, нарциссическим, океаническим или эмпатическим, никогда ни разбивался, ни подавлялся, а расширялся и трансформировался? Если бы созревание (взросление) означало постепенную дифференциацию и модуляцию эмпатического континуума».

Именно в процессе возврата к этому изначальному эмпатическому континууму мы вспоминаем себя такими, какие мы есть на самом деле, нашу подлинную природу, наше тепло, которое мы проносим по жизни, в которой не отчужденность, а проницаемые границы становятся реалиями каждодневного существования. Сьюзан Гриффин (Susan Griffin) - феминистка, поэтесса и философ отмечает способность женщин поддерживать этот континуум даже в обществе, которое его отрицает:

Центр Земли - Мать...
Некоторые из нас решили,
что эта Мать не слышит всех нас
в наших отчаянных мольбах.
Здесь и сейчас
наши сердца были разбиты на мелкие осколки
подобно продовольственным карточкам;
и теперь, подобно,
этим нормированным кусочкам пищи,
наши малейшие движения души
также отпускаются по талонам...
но не ее сердце. Это естественно,
она пытается сказать нам об этом,
но мы не слышим.
Иногда некоторые из нас как будто вспоминают
обо всем этом
и она страдает.
Неверно думать,
что она страдает одна.
Неужели вы думаете, что не все мы говорим и слушаем
одновременно?
Наша Мать в печали.
Она думает.
Она прислушивается к голосу неба,
чтобы утешить себя.
Делайте также, зовет она нас,
Делайте также.

По мере того, как мои размышления приобретали конкретную направленность, мне приснилось несколько снов, в которых меня освобождали из тюрьмы или концентрационного лагеря, другие заключенные тоже были освобождены. Сны не были Героическими; освобождение виделось как некая любезность - простая, смиренная, несколько прямолинейная. Затем наступили очередь сновидений иного жанра:

Со своей возлюбленной я сижу под пальмовыми деревьями на белом песчаном берегу океана. Гладкий берег уходит вдаль. Тепло. Мы приехали на пикник с нашей пятилетней дочерью. Она поворачивается ко мне и спрашивает: «Мама, в чем секрет жизни?» Я смотрю на нее с любовью и нежностью и, не раздумывая, отвечаю: «Все состоит из одинаковых крошечных сверкающих бриллиантов».

В этом сне мои океанические чувства пространства и безграничности, которые я продолжала испытывать, обрели направленность и получили подтверждение, столь необходимое мне. Стало ясно, что посредством Эроса, посредством испытанной мною любви к другим женщинам и их ответной любви, была преодолена моя отчужденность, собраны одиночные осколки моего сердца. Нашим глубинным подсознанием – в той темноте, где все еще остается так много правды о нас и нашей силы, и откуда мы сами черпаем мудрость, созидание и чувственность – мы знаем, что все действительно состоит из бриллиантов.

Алхимики знали правду. Алхимики всех направлений были экспериментаторами, трудившимися во благо укрепления здоровья и достижения бессмертия, пытавшимися распознать связи между основными элементами, трансформирующими все живое. Высшей целью алхимии было обретение утраченного изначального совершенства, генетически заложенного в природу вещей – этой самой «крошечной бриллиантовости». Чтобы добиться – спасти то, что Буддисты называют бриллиантовым телом, а алхимики – философским камнем, - каждый, как напоминает нам Мария-Луиза фон Франц (Marie-Louise von Franz), должен заново повторить весь процесс создания (сотворения). Процесс индивидуации в любви женщины к женщине абсолютно алхимичен: они повторяют весь путь создания самих себя; они возвращаются к изначальному совершенству их подлинного естества, спасая себя и свой мир своим единением. Рана, нанесенная преждевременной разлукой (отчуждением) как архетипически, так и личностно, может быть излечена.

Рождение отбирает нас у самих себя,
так рано отрывает нас от женщины, от женщин, от нас самих;
и этот хор, зудящий возле уха, как надоедливая мошкара
не открыл нам ничего о наших истоках, ничего,
что нам было необходимо знать,
ничего, что бы вернуло нас самим себе.
Только болезненная
тоска по женщине, по самим себе,
по тому острому счастью в тени ее рук, ее головы,
ее полных или изящных
бедер, на которых мы возлежим плоть к плоти,
прикованные взглядом к любимому лицу. Запах ее молока, ее пота,
страх, что она может исчезнуть – все соединилось в этом порыве
обрести недостающее звено (в котором им видится опасность),
чтобы задохнуться от счастья у нее на груди, в ней как в колыбели,
чтобы даже вновь с ней разлучившись,
внезапно, как в слезе соленой и прозрачной,
дрожащей капле, что подобна тонкой оболочке, что окружает
новорожденный мир,
увидеть истину:

Вот чем она была для меня, и только
так я полюблю себя –
как только женщина меня сумела полюбить.

Продолжение следует

Источник

292

Комментарии

Олег 24/02/16 10:36
Казалось бы, много лишнего, но написано интригующе в целом. Буду ждать продолжения.

PS. Думаю, где-то там в "верхних" мирах человеческие сущности бесполы, либо у них есть опыт самых разных воплощений, в том числе и опыт страсти, любви к такому-то полу. Это невозможно запрещать или ограничивать.

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: