Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Главный развратник страны

19 октября 2006 года, четверг, день 1622

Утром на машине поехал на Тверскую улицу. В одиннадцать часов у меня в одном из кафе, что на площади Маяковского, назначена встреча с Александром Александровичем Каверзневым.

День мой сегодня расписан по минутам, и я очень боюсь выбиться из графика. А Александр Александрович запаздывает — звонит мне на мобильный, что будет через полчаса.

Кафе на площади Маяковского выглядит серым — я об оформлении. Но кое-что впечатляет (я о ценах). Чашка кофе — 150 рублей. Столько же, сколько наше «СОЛО», — больше пяти долларов. И ведь заказывают…

С Александром Александровичем Каверзневым мы выпили по чашке чаю и поговорили за жизнь. Он молодец, оптимизма не теряет, выглядит прекрасно, и я уверен, что, несмотря на сложности, которые возникли в «Экстре-М», Александр Александрович ещё много доброго сделает в ближайшие 10—15 лет. Хорошо быть молодым, при этом — уже опытным и перспективным! (Он на 20 с лишним лет меня моложе, по возрасту в сыновья годится, — конечно, молод.)

После беседы с А. А. Каверзневым я поехал в издательство. Дали мне сигнальные экземпляры двух выпусков «1001 анекдот про ЭТО». Одна обложка мне резко не понравилась: я думал, она получится ярко-оранжевой, а вышла — бледно-розовой. Но, как говорится, снявши голову, по волосам не плачут…

Приехал в офис и выяснил: тестирование идёт слабо. Сколько раз я говорил: тестируем новую версию — надо сделать, чтобы максимум за сутки всю её прошли. Вызвать специальных людей, сделать эту задачу приоритетной — и без перерыва тестировать. А у нас вольный режим…

За тестирование я поручил отвечать Дмитрию Юрьевичу Митрофанову. Он здесь, в офисе. Полубольной, простыл, судя по всему, у него даже небольшая температура, но в офис наш программист пришёл.

— Но раз вы в офисе, почему же так плохо всё организовали?

Вопрос мой повис в воздухе.

Начали собираться на выездную торговлю: упаковали книги, диски, маленький стульчик взяли, плакаты, долго проверяли, всё ли на месте.

— Ну что ж мы так собираемся долго? Необходимо составить список — что брать с собой для торговли — и по списку проверять: диски, книги (какие и сколько экземпляров), ножики для вскрытия дисков, деньги на сдачу, фломастеры, чтобы подписывать диски, ручки, чтобы подписывать книги, рекламные материалы, спички… Будет такой список — легко собраться: это положили, то не забыли. И не придётся вспоминать: есть ли у нас пакеты для верхней одежды и для книг и дисков, если кто-то возьмёт несколько экземпляров. Сборы могут занять всего пять-десять минут, а у нас уходит на это около часа. Неразумно. Сергей Михайлович, — обратился я к Крючкову, — Павел Вячеславович, — привлёк я внимание Померанцева, — Роман Владимирович, — обернулся я к Колотееву, — Максим Андреевич, — поманил я Меньшикова, — должен быть старший, кто за всё отвечает. И тогда мы не будем гадать, взяли ли скотч, чтобы прикрепить плакаты на стенку, или в очередной раз его забыли.

Минут двадцать грузились. Ещё столько же ехали до «Проспекта Мира». Пять минут парковались. Шестнадцать минут разгружались и всё несли на станцию. Двадцать пять минут ушло на распаковку привезённого, расклейку плакатов и расстановку наших коробок с дисками и книгами. Всё это можно делать в десять раз быстрее. Знаю: ещё два-три выезда — и всё наладится, будем действовать автоматически.

Торговля пошла весело. Около ста человек подошли к нам и радостно сообщили, что знают нашу программу. Больше всего учеников среди женщин. Они лучше всего и покупали диски. А книга «Учимся говорить публично» многих привлекала своей обложкой. Книга «Почти серьёзно…» шла плохо — мы смогли продать всего два экземпляра, а взяли с собой пять. Неужели Юрия Никулина забывают?.. Не пользовались популярностью и анекдоты.

Многие смотрели книгу «КомпьютЕрики шутят» — раскрывали, читали тот или иной анекдот из неё, улыбались, но не покупали. Странно, я был уверен, что компьютерный юмор будет пользоваться успехом…

За четыре часа нашей торговли к нам постоянно подходили милиционеры (в общей сложности человек двадцать): кто мы, что мы, откуда, есть ли разрешение. И всем им я с гордостью показывал бумагу, полученную от управления метрополитена. Этот документ сотрудники милиции разглядывали со всех сторон, чуть ли не принюхивались, и было видно, что они удивлены. А один так и сказал мне:

— Да, непонятно, как вам удалось его получить… Но, по-моему, это не фальшивка!

Три человека купили у нас диск и проявили интерес к работе на фирме. Я поговорил с ними о перспективе дальнейшего сотрудничества. Кто знает, может быть, именно здесь мы найдём новых сотрудников?

Всё шло хорошо, и вдруг мы услышали жуткий ор.

— Вот он! Вот он! — кричала полная женщина чуть ли не двухметрового роста. Она остановилась около меня и, вытянув руку, чуть ли не ткнув в меня указательным пальцем, орала на весь переход: — Это главный развратник страны — Шахмурзанян! Люди! Он развращает народ! — Она посмотрела на выложенные книжки. — Где твоя книга «1001 вопрос про ЭТО»? Нету? Запретили? Развращаешь другими своими книжонками? А на диске порнографию продаёшь, да?! Люди, смотрите, здесь Шахимарданов — личность, развращающая даже стариков!

Минуты полторы орала эта женщина, но мы не реагировали.

Она ушла, что-то бормоча себе под нос. Но, видимо, крик её привлёк других, и торговля у нас пошла бойко.

В 18.50 мы испугались. Это было как в кино: вдруг всё пространство заполнилось людьми. Шли медленно-медленно, но их становилось всё больше и больше. Ещё минута-другая, и мы поняли, что нас могут просто вымести из перехода.

— Так, — сказал  я. — Быстро и тихо, медленно, но верно переходим в конец перехода — иначе нас сметут…

Мы чудом успели перенести три коробки с книгами и дисками за театральную кассу. Успели! Люди в переходе просто встали. Пробка! Никто никуда не движется. Но ровно через 15 минут всё рассосалось — и мы заняли прежнюю позицию.

Человек восемь передали мне свои визитные карточки и просили позвонить. Банкир, режиссёр с телевидения, владелец фирмы, торгующей фарфором, глава небольшой ритуальной службы по погребению животных…

В этот же день я встретил четырёх своих бывших студентов, учившихся у меня двадцать лет назад. Ко мне подошёл и начальник отдела — так он представился — в министерстве у Грефа.

Нет, правильно мы сделали, что вышли в метро! Спасибо Д. В. Гаеву! Я получил за один день столько положительных эмоций, несмотря на духоту, давку и сложность торговли, сколько не получаю порой и за месяц.

— А что, — сказал после того, как мы закончили торговать в метро, Сергей Михайлович Крючков, — я лично проголодался. Может, пойдём покушаем где-нибудь?

Мы пошли в «Ёлки-палки» и очень вкусно поели.

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян

P.S. Если долго бить в одну точку, то результата можно добиться. И точка превратится в восклицательный знак! Это я о нашем выходе в метро.

«Молодость — великий чародей». А. С. Пушкин

416

Комментарии

Комментариев еще нет

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: