Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

«Меня обвиняют в изнасиловании»

24 июля 2006 года, понедельник, день 1535

Весёленький выдался день!

С утра ко мне подошёл один из сотрудников нашей фирмы. Точнее даже, из бывших сотрудников.

— Мне надо с вами поговорить один на один, — взволнованно сказал он. — Я попал в серьёзный переплёт. Только вы можете мне помочь…

О, знаю я эту фразу! На многих она действует безотказно. Мол, уникальность: никто не может, только один человек.

Насторожился: что могло произойти у нашего бывшего сотрудника? Парень он добрый, мягкий, к сожалению, не очень уверенный в своих силах. Долгое время не мог определиться после школы, где продолжить образование, так никуда и не поступил.

Мы расстались с ним уже более года назад. Но, прощаясь, я всем своим сотрудникам говорю (и слово стараюсь держать): «Будет сложно, понадобится мой совет, помощь, — обращайтесь. Благодарен вам за всё, что вы за время нашего сотрудничества сделали для нас». Произношу подобные фразы всегда искренне.

— Понимаете, тут вот, значит, такая, ну как Вам сказать… — начал он сбивчиво, — ситуация со мной произошла. Неделю назад мы с друзьями поехали в один городок в Подмосковье. Сначала на дискотеку, потом на квартиру к знакомому… Выпили, ну и разбрелись по разным углам. Я оказался с одной девушкой на тахте. Она вроде хотела, и я хотел. Ну, сами понимаете, чего. А презервативы у меня всегда с собой. Правда, выпил много… Всё вышло как-то скомканно, я даже удовольствия не получил. И вот три дня назад, да, буквально три дня, приезжает ко мне эта девушка с парнем. Парень говорит, что я её изнасиловал, а девушка подтверждает! И оба угрожают, что подадут заявление в милицию, представляете? Денег требуют, чтобы дело не получило развитие. Да-да, денег. А иначе — в милицию… Как мне быть?!

Разрываются телефоны во всех комнатах офиса. Два человека пришли ко мне для деловой беседы и терпеливо ожидают в кабинете. Максим Андреевич Меньшиков ждёт, чтобы я подписал важные документы. А я сижу с бывшим сотрудником и обсуждаю его ситуацию.

Когда мне стало всё ясно (насколько здесь вообще может быть ясно), я пришёл к выводу, что юношу просто шантажируют. Скорее всего, та девушка и её молодой человек не первый раз так поправляют своё материальное положение.

Я позвонил одному из наших солистов, который занимает приличный пост в милиции как раз того округа, где живёт наш бывший сотрудник (назовём его Михаилом Александровичем):

— Присылайте парня ко мне, — говорит милицейский начальник, — я его выслушаю. Надеюсь, всё правильно пойму и постараюсь помочь.

Я тут же сочинил письмо, подписал несколько книжек и отправил Михаила Александровича в милицию.

— Только сделайте, Михаил Александрович, всё, как я говорю. Зайдёте — отдадите ему моё письмо. Затем подарите мои книжки. Положите их на стол. Отвечайте на все вопросы — подробно, чётко, ни в коем случае не фантазируйте и не обманывайте. Прямо сейчас поезжайте туда. Держите письмо.

— А я могу сам его прочесть?

— Можете.

И Михаил Александрович начал читать моё послание к сотруднику милиции:

«Уважаемый Пётр Петрович!

Благодарю Вас за доброе отношение и телефонный разговор.

С этой запиской я передаю свою программу „СОЛО на клавиатуре“, которая поможет Вам в короткий срок научиться набирать слепым десятипальцевым методом. Передаю также две своих книжки. Посмотрите на досуге.

Я прошу Вас проконсультировать подателя записки.

Парень он славный, добрый, мягкий, порой даже излишне застенчивый. Я его знаю около двух лет. Он работает на нашей фирме и отличается мягкостью, добросовестностью, исполнительностью и воспитанностью.

Поговорите с ним, пожалуйста, и проконсультируйте. А я буду Вам звонить.

Надеюсь на понимание.

Желаю Вам хорошей карьеры и сохранить свою доброжелательность.

С уважением, Владимир Шахиджанян».

Поблагодарил меня Михаил Александрович и уехал. А я начал наконец заниматься делами.

Быстро подписал документы. Затем мы поехали в Государственный дом звукозаписи и три часа записывали музыку Тимура Александровича Исмагилова. Он сам её исполнял.

Звукорежиссёр Любовь Александровна Доронина тактично делала замечания, просила некоторые записи переделать, создавала хорошее настроение и у нас, сидящих в аппаратной, и у Тимура Александровича, который слушал все замечания, не отходя от рояля.

Возникали маленькие накладки. Настройщик пришёл, всё сделал и убежал. Ближе к концу записи одна нота плохо зазвучала, а настраивать некому…

Я сидел в аппаратной и вспоминал, как много лет назад я месяца три провёл в этих стенах, общаясь с главным редактором детских передач Вартановой, с великим актёром и режиссёром (он часто читал сказки по радио) Литвиновым. Вспомнил Сергея Есина, главного редактора литературно-драматического вещания.

Со мной вместе в студии были Максим Андреевич Меньшиков и Роман Владимирович Колотеев. Они впервые наблюдали, как идёт процесс записи.

После работы в студии мы решили вместе пообедать и пошли в Центральный дом литераторов.

Нам повезло: мы легко нашли директора ЦДЛ Владимира Акимовича Носкова, с которым меня связывают давние дружеские и деловые отношения, и он разрешил нам воспользоваться рестораном Дома литераторов. Пообщались славно, поели славно, отдохнули замечательно. И заплатили за обед немного. Как я понял, Владимир Акимович Носков распорядился, чтобы нам сделали скидку.

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян

P.S. А сотрудник милиции мне через три или четыре дня позвонил и сказал:

— Вашего парня хотели просто развести на деньги. Пусть живёт и радуется. И пусть впредь аккуратнее общается с девицами. Среди них попадаются профессионалки, которые прилично зарабатывают именно на обвинениях в изнасиловании, хотя никто их не насиловал, — они сами всё организовывают и умело занимаются шантажом. Это как подставы на дорогах — слышали об этом?..

«Еще такой молодой композитор, а уже без бороды». Никита Богословский

635

Комментарии

Комментариев еще нет

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: