Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Начало трудовой деятельности

Глава из книги "Найти себя"

2.2. Начало трудовой деятельности

Итак, наш дорогой выпускник, наконец-то находит работу, которая ему приносит деньги. Счастье, то какое. «Пусть работа не нравится, не по душе, зато заработок есть, значит - выживу», - думает наш юный работник. И тут начинаются трудовые будни настоящей реальности. Ничто так хорошо не проводит параллель между нашей жизнью и ее реальностью, как книга Бруно Беттельхейма «Просвещенное сердце».

Б.Беттельхейм - американский психолог и психиатр австрийского происхождения, который в данной книге описывает свой опыт узника концлагерей Дахау и Бухенвальда, в которые был заключен в 1938-1939 годах. Также, в данной книге он делится опытом других людей, столкнувшихся с системой уничтожения человеческого достоинства.

Для тех, кто не знает, Дахау - один из первых концентрационных лагерей на территории Германии. Во время войны Дахау приобрел зловещую известность, как один из самых ужасных концлагерей, в которых проводились медицинские эксперименты над заключенными; Бухенвальд - один из крупнейших концентрационных лагерей на территории Германии.

С июля 1937 по апрель 1945 года в лагере было заключено около 250.000 человек. Количество жертв лагеря оценивается примерно в 56.000 узников.

Изучая данную тему, я попал на статью психолога

И.Латыпова, который провел параллель между состоянием общества на сегодняшний день и отношением нацистов к заключенным. Выводы оказались шокирующими. Давайте прочтем их:

«Меня интересовал психологический аспект того, что творилось в концентрационных лагерях. Как нацистская система ломала личности, как личности противостояли системе и чудовищно деструктивному психологическому полю, какие стратегии использовали и как они деформировались. В конце концов, личность - это и есть наши стратегии адаптации к существующему вокруг миру. От того, какой он, этот мир, во многом, хотя и не во всем, зависит то, какие мы.

Нацистская система в 1938-1939 годах - время пребывания Беттельхейма в Дахау и Бухенвальде - еще не была нацелена на тотальное истребление, хотя с жизнями тогда тоже не считались. Она была ориентирована на «воспитание» рабской силы: идеальной и послушной, не помышляющей ни о чем, кроме милости от хозяина, которую не жалко пустить в расход.

Соответственно, необходимо было из сопротивляющейся взрослой личности сделать испуганного ребенка; силой унизить человека, добиться его регресса — до ребенка или вовсе до животного, живой биомассы без личности, воли и чувств.

Биомассой легко управлять, она не вызывает сочувствия, ее легче презирать, и она послушно пойдет на убой. То есть она удобна для хозяев. Обобщая основные психологические стратегии подавления и слома личности, описанные в работе Беттельхейма, я для себя выделил и сформулировал ряд ключевых стратегий, которые, в общем-то, универсальны. В разных вариациях они повторялись и повторяются практически на всех уровнях жизни общества: от семьи до государства. Нацисты только собрали это все в единый концентрат насилия и ужаса. Что же это за способы превращения личности в биомассу?

Правило первое: «Заставь человека заниматься бессмысленной работой».

Одно из любимых занятий эсэсовцев - заставлять людей делать совершенно бессмысленную работу, причем заключенные понимали, что она не имеет смысла. Таскать камни с одного места на другое, рыть ямы голыми руками, когда лопаты лежали рядом. Зачем? «Потому что я так сказал!»

Чем это отличается от «так надо» или «твое дело выполнять, а не думать»?

Правило второе: «Ввести взаимоисключающие правила, нарушения которых неизбежны».

Это правило создавало атмосферу постоянного страха быть пойманным. Люди были вынуждены договариваться с надзирателями или капо (помощники СС из числа заключенных), впадая от них в полную зависимость. Разворачивалось большое поле для шантажа: надзиратели и капо могли обращать внимание на нарушения, а могли и не обращать в обмен на те или иные услуги.

Абсурдность и противоречивость родительских требований или государственных законов - полный аналог.

Правило третье: «Введи коллективную ответственность».

Коллективная ответственность размывает личную - это давно известное правило. Но в условиях, когда цена ошибки слишком высока, коллективная ответственность превращает всех членов группы в надзирателей друг за другом. Сам коллектив становится невольным союзником СС и лагерной администрации.

Нередко, повинуясь минутной прихоти, эсэсовец отдавал очередной бессмысленный приказ. Стремление к послушанию въедалось в психику так сильно, что всегда находились заключенные, которые долго соблюдали этот приказ (даже когда эсэсовец о нем забывал минут через пять) и принуждали к этому других.

Так, однажды надзиратель приказал группе заключенных мыть ботинки снаружи и внутри водой с мылом. Ботинки становились твердыми, как камень, натирали ноги. Приказ больше никогда не повторялся. Тем не менее, многие, давно находящиеся в лагере заключенные, продолжали каждый день мыть изнутри свои ботинки и ругали всех, кто этого не делал, за нерадивость и грязь.

Принцип групповой ответственности… Когда «все виноваты» или когда конкретного человека видят только как представителя стереотипной группы, а не как выразителя собственного мнения.

Это три «предварительных правила». Ударным звеном выступают следующие три, дробящие уже подготовленную личность в биомассу.

Правило четвертое: «Заставь людей поверить в то, что от них ничего не зависит».

Для этого нужно создать непредсказуемую обстановку, в которой невозможно что-либо планировать, и заставить людей жить по инструкции, пресекая любую инициативу.

Группу чешских заключенных уничтожили так. На некоторое время их выделили как «благородных», имеющих право на определенные привилегии, дали жить в относительном комфорте без работы и лишений. Затем чехов внезапно бросили на работу в карьер, где были самые плохие условия труда и наибольшая смертность, урезав при этом пищевой рацион. Потом обратно - в хорошее жилище и легкую работу, через несколько месяцев - снова в карьер и т.п. В живых не осталось никого.

Полная неподконтрольность собственной жизни, невозможность предсказать, за что тебя поощряют или наказывают, выбивают почву из-под ног. Личность попросту не успевает выработать стратегии адаптации, она дезорганизуется полностью.

«Выживание человека зависит от его способности сохранить за собой некоторую область свободного поведения, удержать контроль над какими-то важными аспектами жизни, несмотря на условия, которые кажутся невыносимыми… Даже незначительная, символическая возможность действовать или не действовать, но по своей воле позволяла выжить мне и таким, как я», - пишет Бруно Беттельхейм.

Жесточайший распорядок дня постоянно подгонял людей. Если одну-две минуты промедлишь на умывании - опоздаешь в туалет. Задержишься с уборкой своей кровати (в Дахау тогда еще были кровати) - не будет тебе завтрака, и без того скудного. Спешка, страх опоздать, ни секунды задуматься и остановиться… Постоянно тебя подгоняют отличные надзиратели: время и страх. Не ты планируешь день. Не ты выбираешь, чем заниматься. И ты не знаешь, что с тобой будет потом. Наказания и поощрения шли безо всякой системы. Если на первых порах заключенные думали, что хороший труд их спасет от наказания, то потом приходило понимание, что ничто не гарантирует от отправки добывать камни в карьере (самое смертоносное занятие). И награждали просто так. Это просто дело прихоти эсэсовца.

Авторитарным родителям и организациям очень выгодно это правило, потому что оно обеспечивает отсутствие активности и инициативы со стороны адресатов сообщений вроде «От тебя ничего не зависит», «Ну и чего вы добились?», «Так было и будет всегда».

Правило пятое: «Заставь людей делать вид, что они ничего не видят и не слышат».

Беттельхейм описывает такую ситуацию: эсэсовец избивает человека. Мимо проходит колонна рабов, которая, заметив избиение, дружно поворачивает головы в сторону и резко ускоряется, всем своим видом показывая, что «не заметила» происходящего. Эсэсовец, не отрываясь от своего занятия, кричит: «Молодцы!» Потому что заключенные продемонстрировали, что усвоили правило «не знать и не видеть того, что не положено». А у заключенных усиливается стыд, чувство бессилия, и одновременно они невольно становятся сообщниками эсэсовца, играя в его игру.

В семьях, где процветает насилие, нередка ситуация, когда кто-либо из родственников все видит и понимает, но делает вид, что ничего не видит и не знает. Например, мать, ребенок которой подвергается сексуальному насилию со стороны отца/отчима. В тоталитарных государствах правило «все знаем, но делаем вид…» - важнейшее условие их существования.

Правило шестое: «Заставь людей переступить последнюю внутреннюю черту».

«Чтобы не стать ходячим трупом, а остаться человеком, пусть униженным и деградировавшим, необходимо было все время осознавать, где проходит та черта, из-за которой нет возврата, черта, дальше которой нельзя отступать ни при каких обстоятельствах, даже если это угрожает жизни. Сознавать, что если ты выжил ценой перехода за эту черту, то будешь продолжать жизнь, потерявшую всякое значение». Бруно Беттельхейм.

Дальше он приводит очень наглядную историю о «последней черте». Однажды эсэсовец обратил внимание на двух заключенных, которые «сачковали». Он заставил их лечь в грязную канаву, подозвал заключенного из соседней бригады и приказал закопать впавших в немилость живьем. Тот отказался. Эсэсовец стал его избивать, но заключенный продолжал отказываться. Тогда надзиратель приказал им поменяться местами, и те двое получили приказ закопать первого. И они стали закапывать своего товарища по несчастью без малейших колебаний.

Когда он был почти закопан, эсэсовец приказал остановиться, выкопать его обратно, а затем снова самим лечь в канаву. И снова приказал первому заключенному их закопать. На этот раз он подчинился - или из чувства мести, или думая, что эсэсовец их тоже пощадит в последнюю минуту. Но надзиратель не помиловал: он притоптал сапогами землю над головами жертв. Через пять минут их - одного мертвого, а другого умирающего, отправили в крематорий.

В результате реализации всех правил, заключенные, усвоившие постоянно внушаемую СС мысль, что им не на что надеяться, поверившие, что они никак не могут влиять на свое положение, - такие заключенные становились в буквальном смысле ходячими трупами.

Процесс превращения в таких зомби был прост и нагляден. Сначала человек прекращал действовать по своей воле: у него не оставалось внутреннего источника движения, все, что он делал, определялось давлением со стороны надзирателей. Они автоматически выполняли приказы, без какой-либо избирательности. Потом они переставали поднимать ноги при ходьбе, начинали очень характерно шаркать. Затем они начинали смотреть только перед собой. И тогда наступала смерть.

В зомби люди превращались тогда, когда отбрасывали всякую попытку осмыслить собственное поведение и приходили к состоянию, когда они могли принять все что угодно, все, что исходило извне. Там, где нет собственного отношения, начинается зомби».

«Те, кто выжил, поняли то, чего раньше не осознавали: они обладают последней, но, может быть, самой важной человеческой свободой — в любых обстоятельствах выбирать свое собственное отношение к происходящему», — заключает автор книги «Просвещенное сердце».

Какие мысли Вас посещали, когда Вы читали данную статью? Я уверен, что Вы можете привести из своей жизни примеры, подтверждающие эту жестокую реальность. Только ответив на вопросы: "Кто я?" и "Куда я иду?", можно будет обойти эти жизненные ловушки.

Не забывайте, насколько ценна Ваша жизнь! Вы уникальный и неповторимый человек, созданный самим Творцом Вселенной!

688


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95