Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Немного о лохотроне и вранье

22, 23 января 2008 года, вторник и среда, дни 2053—2054

Сколько же у нас жуликов! Сотни? Нет, тысячи. Думаю, что их больше: десятки, если не сотни тысяч.

Утром вытащил из почтового ящика послание от издательского дома «Ридерз Дайджест». Красивый конверт, прекрасно оформленный буклет… А в буклете — обращение, что я могу получить суперприз: машину «Ниссан» или 1400000 рублей (если не захочу машину), и для этого мне надо принять участие в своеобразном розыгрыше. Для начала мне предлагается в течение семи дней заказать «Большой атлас мира», указав фамилию, домашний адрес, телефон, свою электронную почту, — тогда не исключено, что, может быть, я выиграю один миллион четыреста тысяч рублей…

Обычный лохотрон. Но кто-то на нём наживается. Миллионными тиражами печатаются эти письма и разносятся по миллионам почтовых ящиков. Конечно, тысяча-другая людей — из миллионов-то — клюнут на это предложение.

Юридически всё чисто. Они же подписались, сообщили свои данные… А то, что людей обманывают, — кого это интересует? Главное, что организаторы очередного лохотрона получат деньги.

Уже несколько лет действует этот лохотрон. Насколько я помню, были по этому поводу даже публикации в прессе: мол, будьте аккуратны, не принимайте участия… А воз, как говорится, и ныне там.

Стыдно.

Вторник и среду провёл в офисе. Чем занимался?

Беседовал с очередным претендентом на должность программиста. Парень меня огорчил. В резюме и по телефону он говорил, что окончил институт, а выяснилось, что ещё на четвёртом курсе учится. Зачем обманывал?

— Как зачем? — удивился парень. — Если бы я написал правду, вы бы меня не пригласили. А так — вот я, тут, перед вами. Вдруг понравлюсь, и какая разница, учусь я или нет? Важно то, что я умею делать, не так ли?

Если встать на сторону парня, то в чём-то он прав: ему важно попасть на приём. Я мог бы сразу ему дать от ворот поворот — а мы начали беседовать.

Михаил Юрьевич Горшков минут сорок вёл с ним разговор на профессиональные темы, после чего подошёл ко мне и огорчённо сказал:

— Юноша абсолютно не готов к работе на нашей фирме. Знания у него отрывочные и приблизительные. Не знаком с элементарными вещами. Если брать его на работу, придётся года полтора учить и за это ему платить деньги…

Сегодня анализировал, кто из наших сотрудников и как говорит по телефону. Формально всё хорошо: вежливо, спокойно, по-доброму. Но уверен: на том конце провода всегда чувствуется некоторая «обязательность» этих звонков. Нет в разговоре лёгкости, мягкости интонаций. Не умеют мои коллеги уговаривать учеников помочь нам в продвижении «СОЛО»… Этому надо учить. Когда же соберусь провести несколько семинаров? Всё откладываю и откладываю.

Во вторник провёл очередную презентацию в метро. С двух до четырёх часов дня к нам подходили многие, а потом странное затишье, как будто мы стали невидимыми: все проходят мимо и даже не смотрят в нашу сторону.

Опять, думаю, виноваты мы. Стоим, держим в руках диски и книги, но слишком спокойно, равнодушно, нет на наших лицах и в глазах заинтересованности, готовности к диалогу, — и люди это чувствуют.

Мой блокнот, правда, пополнился новыми записями потенциальных корпоративных солистов. Два сотрудника банка, один руководитель IT из министерства; две женщины обещали поговорить о «СОЛО» у себя на работе — одна трудится в крупной торговой фирме, другая возглавляет отдел контроля в республиканском агентстве.

Я записываю их фамилии, имена, телефоны — но про себя отмечаю: пропадёт у этих людей запал. Пойму это, как только позвоню им через несколько дней и спрошу, удалось ли поговорить с начальством по поводу корпоративной версии

На презентации ко мне подошёл солидный дядя:

— Мы можем с вами полторы минуты поговорить?

— Нет вопросов, — ответил я, и мы отошли в сторону.

— Владимир Владимирович, — начал мой собеседник. — Я внимательно читаю на сайте ваш «Дневник предпринимателя». Прошёл «СОЛО на клавиатуре» и научился набирать слепым методом, за что вам огромнейшее спасибо. Планирую серьёзно заняться курсом «Учимся говорить публично». У меня есть к вам пожелание — оно касается «Дневника предпринимателя». Зря вы в нём рассказываете о своих трудностях. Вы должны быть лучистым, искрящимся человеком, заражать оптимизмом всех читателей. А вы подробно рассказываете, что не можете найти хороших сотрудников, что у вас сложности в финансовом плане, постоянно жалуетесь на пиратов… В результате создаётся безрадостное впечатление о вас и о вашей фирме. Не надо…

— Но ведь то, что пишу в дневнике, — это же правда, — ответил  я. — Поверьте мне: я не только не сгущаю краски, а скорее, наоборот, чуть-чуть приукрашиваю — не о всех трудностях рассказываю. Вот, например, есть одна финансовая компания, куда звоню уже на протяжении полугода три раза в неделю. Руководитель компании Алексей Геннадиевич — фамилию называть не буду, человек известный, — всё время мне говорит: посмотрим, подумаем, чуть позже вернёмся к этому вопросу… Я мог бы разозлиться и опубликовать его фамилию, название фирмы — словом, что называется, излить душу. Но я же этого не делаю.

— Правильно поступаете, что не делаете! Я вам дарю хорошую идею. Вы должны в дневнике писать, что у вас идёт всё отлично. Называть несуществующие фирмы, рассказывать, как они приобрели у вас корпоративное «СОЛО» и научили всех своих сотрудников. Вы должны рассказывать, как вашей программой увлеклись студенты, бизнесмены, чиновники, министры, политические деятели… Кто-то прочтёт и поймёт, что раз такой успех, то и ему нужно обратиться к «СОЛО».

— Но ведь это враньё, — сказал  я.

— Нет, вы положительно меня не понимаете! — продолжал мой собеседник. — Какая разница, враньё это или правда! Вам же нужен результат…

Я усмехнулся и вспомнил про утреннее письмо из «Ридерс Дайджест».

В своём «Дневнике предпринимателя» говорю о тех трудностях, сложностях, с которыми сталкивается каждый руководитель предприятия. Зачем врать-то? У меня же документальный рассказ, а не художественное произведение. Но если бы даже писал повесть или роман о становлении фирмы, то и тогда следовало бы заниматься не фантастикой, а правдой. Не так ли?

Так мы и не поняли друг друга. Мой новый знакомый ушёл огорчённым: вроде дал мне дельный совет — а я его отверг.

Часа полтора в среду я занимался очной школой. Ученики радовали меня: увлечённо проходили «СОЛО на клавиатуре». Понимаю: школа может работать эффективнее. Мы почти не занимаемся её раскруткой. А ведь подобной школы больше в Москве, да и в других городах, нет. Индивидуальный подход, ученик выбирает любое время для занятий, без праздников и выходных. У кого ещё возможно подобное? Ни у кого. Наше достижение!

Написал я эти слова — и вспомнил своего нового знакомого. Видимо, по его мнению, я об очной школе должен был написать иначе. Например, так:

«Порадовала меня очная школа при нашей фирме. Сегодня было более ста звонков от желающих в ней заниматься. Люди согласны приходить к нам ночью, лишь бы попасть в число учеников. Предлагают баснословные деньги за курс обучения. Поскольку наплыв желающих невероятно велик, мы приняли решение проводить нечто подобное конкурсному отбору: сначала зайти к нам, познакомиться с нами, а мы решим, подходит ли ученик для нашей школы или нет. Проведём 15-минутное тестирование потенциального ученика, и если он подойдёт — возьмём, а если капризный, не вызывающий симпатии, — откажем.

Сегодня мы вручили троим очным солистам дипломы об окончании школы. Они прошли наш курс за два дня».

Отстучал я эти слова — и улыбнулся. Нет, всё-таки лучше правду писать, а не сочинять.

Роман Олегович Иванов работал сегодня в офисе. Искал материалы на сайт, редактировал полученные, делал обзоры по форумам.

Конечно, мне хотелось бы, чтобы Роман Олегович трудился только на нашей фирме, но это нереально. Ещё лучше, чтобы он работал только со мной и был бы занят подготовкой книг, статей, моих материалов на сайт. Увы, нет у меня возможности пригласить редакторов и журналистов для того, чтобы они занимались нашими сайтами. Будут деньги — создадим литературную группу. Верю: деньги будут.

Евгений Алексеевич Никитин — он трудится всё лучше и лучше — завтра, 24 января, уезжает в Стерлитамак, к родителям. Со всеми поручениями он справился, всё подготовил, и посетители наших сайтов его отсутствия на фирме не заметят.

Чем ещё занимался? Отвечал на письма, говорил с теми, кто приходил в офис, общался с Павлом Вячеславовичем Померанцевым, Романом Владимировичем Колотеевым, Сергеем Михайловичем Крючковым — и, конечно, с Максимом Андреевичем Меньшиковым.

Два дня пролетели, как два часа. Насколько мы продвинулись вперёд? Трудно сказать. Но продвинулись.

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян

P.S. Это важно: не только планировать и вести контроль за выполнением плана, но и понимать — идёт движение вперёд или нет.

«В числе глупцов есть некая секта, называемая лицемерами, которые беспрерывно учатся обманывать себя и других, но больше других, чем себя, а в действительности обманывают больше самих себя, чем других». Леонардо да Винчи

397

Комментарии

Комментариев еще нет

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: