Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Порка состоялась

4 июля 2002, четверг, день 53

Очень плохо спал.

В 10 утра мы с Сергеем Викторовичем Исаковым пытались найти по телефону кого-нибудь из его преподавателей.

Выяснилось, что судьба Сергея Викторовича (отчислят его из МГТУ имени Баумана или нет) зависит от Сергея Николаевича Прудникова. А Сергей Николаевич Прудников поехал в Балашиху, повез студентов на практику.

Пока дозванивались до Балашихи и узнавали, где и как можно найти студентов, прошло часа два.

Не рискнули ехать.

Тут я вспомнил: ведь на факультете энергомашиностроения долгие годы работал Всеволод Евгеньевич Михальцев. Уникальная личность. О многих своих коллегах он мне рассказывал. Я давно хотел написать Всеволоде Евгеньевиче Михальцеве. Кстати, в программе мы используем афоризмы Всеволода Евгеньевича. Вот несколько из них.

«Легче осознать, что чувствуешь, труднее осознать, что следует делать».

«Все проходит… но не все забывается».

«В беседе самое полезное и самое трудное — слушать».

«Счастье — свобода в настоящем, удовлетворение прошлым, надежда на будущее».

«Сознание отсутствия в себе каких-либо духовных качеств есть первый шаг к их развитию».

И я решил: поеду к декану Игорю Георгиевичу Суровцеву. Попрошу у него совета.

Конечно, ехать без предупреждения неприлично. Но с другой стороны, дозвонюсь, попрошу о встрече, а декан мне и скажет: дорогой коллега, вы же в университете преподаете, хорошо знаете, начало июля — самое ужасное время для нас. Конец учебного года, одолевают неуспевающие, начало работы приемной комиссии. Давайте перенесем нашу встречу на две-три недели.

Знаю я это все, знаю, поэтому и решил ехать.

Поднимаемся на четвертый этаж, где находится факультет энергомашиностроения.

Сергей Викторович Исаков поясняет:

— Да, лифт у нас никогда не работает.

Поднимаюсь со ступеньки на ступеньку и вспоминаю Всеволода Евгеньевича Михальцева. Как же он, бедный, на костылях добирался не четвертый этаж? Да еще по нескольку раз в день. А может, тогда лифт работал?

Стою перед открытым кабинетом декана. Слышу его бодрый голос. Ощущаю себя студентом. Заходить — не заходить? Рядом человек пять пугливых студентов, как я понимаю, все к нему.

Декан меня замечает и миролюбиво спрашивает:

— Вы к кому?

Представляюсь и сходу начинаю:

— Игорь Георгиевич, я тут по своим делам на вашем факультете. Мне хотелось бы и с вами поговорить. Когда бы вы могли меня принять?

— Да хоть сейчас. Заходите, садитесь. Чем могу быть полезен?

Доброжелательная улыбка, крепкое рукопожатие, изучающий взгляд.

Я рассказываю о своей дружбе с Всеволодом Евгеньевичем Михальцевым. Говорю и о Сергее Викторовиче Исакове. Декан меня внимательно слушает. Не прерывает.

Затем — долгая, томительная пауза.

Сейчас он возьмет и скажет:

— А в чем, собственно, проблема? Четыре хвоста. По всем правилам — исключение. Тут помочь нельзя. Закон — для всех един.

Вспоминаю Ивана Георгиевича Петровского, знаменитого ректора нашего университета. Он всегда внимательно изучал список студентов, подлежащих отчислению за неуспеваемость, встречался с этими студентами, говорил с деканами факультетов, в результате список сокращался в два раза — Иван Георгиевич, как правило, своей властью, продлевал срок для пересдач.

Проходило несколько лет…

Иван Георгиевич вытаскивал из дальнего ящика своего письменного стола заветный список и рассказывал нам, преподавателям, отмечая пальцем: этот стал доктором наук, этот возглавляет теперь кафедру, этот выпустил книгу…

Сергей Викторович Исаков в МГТУ заведующим кафедры не станет, он уже сейчас понял, что выбрал вуз не по призванию. Но ведь не бросать же? Все-таки позади три курса.

— Так как же нам быть? — нарушив молчание, задал вопрос скорее сам себе, чем мне, Игорь Георгиевич Суровцев. - А где сам студент-то?

— За дверью.

Иван Георгиевич вышел в коридор и позвал Исакова.

— Ну рассказывайте, что и как? Почему не сдали? Кстати, как вы учились? Ну-ка я посмотрю.

Он начал листать огромный талмуд, куда секретари факультета заносят все данные о студентах: как сдают, что сдают, когда сдают…

— Значит, так… В прошлом семестре, вы закрыли сессию только в марте. Это плохо. Пропуски, невыполненные контрольные, курсовой затянули…

Игорь Георгиевич быстро все понял. И все-таки решил помочь. Конечно, порка нерадивого студента состоялась. А как же иначе? Но ему было разрешено задолженности погасить.

Если подробно рассказывать, как бегал Сергей Викторович Исаков три часа по различным кафедрам, расположенным в разных зданиях (МГТУ — целый городок), находил преподавателей и уговаривал их принять зачеты и экзамены, то это займет много места и вряд ли представляет интерес для других.

Конечно, спасибо Николаю Геннадьевичу Сосновскому, Олегу Филипповичу Никитину, Валерию Сергеевичу Кузнецову. Они помогли.

Я вернулся домой к 19.00. С Игорем Георгиевичем Суровцевым мы договорились встретиться после восьми-девяти вечера у него дома на Ленинском проспекте, чтобы поговорить о Всеволоде Евгеньевиче Михальцеве.

Из офиса приехала Мария Александровна Казицкая. Я попросил рассказать, как там идут дела.

— Я пришла ровно в два часа, — начала бодро Мария Александровна. - Азат Лаисович Разетдинов сидел за компьютером и во всю отвечал на анкеты и одновременно участвовал в форуме по «СОЛО». Набирает он быстро-быстро. Просто не успеваешь уследить, как движутся его пальцы. Отлично выучился по «СОЛО».

Алексей Николаевич Антипин в это время мыл пол. Боже мой, какой хозяйственный юноша. Говорит, не могу в грязи работать. Он и посуду всю перемыл, и даже поесть принес. Обо всем позаботился. Алексей Николаевич, между прочим, еще и ремонт в своей квартире сам делает.

Потом Алексей Николаевич тоже засел за компьютер. Стал отвечать на анкеты, присланные из разных городов. Он тоже быстро шпарит по клавишам. Вот школа!

Я слушал внимательно и радовался. Отлично работали ребята в офисе. Мария Александровна с восторогом продолжала:

— Потом мы услышали звонок в дверь. Обрадовались, потому что пришла наша ученица Ольга Александровна. Она купила «СОЛО на клавиатуре» и повезет его в Ростов-на-Дону. Будет там заниматься в отпуске целый месяц.

Получили несколько сообщений на пейджер. Всем ответили. Решили попить кофе. Сбегали в ближайший магазинчик и купили печенье. Азата Лаисовича еще накормили лапшой быстрого приготовления. Он ведь ночевал в офисе и ничего не ел.

Только закончили трапезу — пришел Евгений Александрович. Мы его усадили за работу, а сами уехали. Я и Азат Лаисович — к вам, Владимир Владимирович, а Алексей Николаевич — по своим делам, — закончила Мария Александровна.

Ровно в девять часов я приехал на Ленинский проспект. Мы попили с деканом чаю и два часа прекрасно общались.

Иван Георгиевич рассказал мне много интересного, когда-нибудь это все опубликую.

Возвращаясь от Игоря Георгиевича, заехал на фирму «ЭргоСОЛО». Азат Лаисович во всю работал.

Домой я вернулся в два часа ночи. Проверил обновления на сайте, составил план на завтра и написал очередные «Заметки предпринимателя», которые вы только что прочли.

В аське пообщался с Сергеем Викторовичем Исаковым. Оказывается, у него высокая температура и резкие боли в животе. Долго обсуждали: вызывать скорую или нет. Решили пока не вызывать. Скорее всего, судя по тому, что рассказывал Сергей Викторович, такое состояние — это реакция организма на стресс.

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян

P.S. На похороны Довейко не поехал. Знаю, что собрались ветераны цирка, поклонники (они у него были до последнего дня). Если бы я знал, что похоронить некому, то поехал бы. А так судьба моего исполнительного директора перевесила.

«Если запастись терпением и проявить старание, то посеянные семена знания непременно дадут добрые всходы. Ученья корень горек, да плод сладок». Леонардо ДА ВИНЧИ

483

Комментарии

Комментариев еще нет

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: