Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

В «Шанс» не пойду, но шансом воспользуюсь

21 февраля 2003, пятница, день 285

Он, обхватив голову руками, сидел напротив. Иногда кидал на меня взгляд.

Какая шаблонная фраза. Нет, нужно написать иначе, как говорят некоторые журналисты, конечно, издеваясь: покрасивши. Скажем, так: «Он пытливо всматривался в меня, его плотно сжатые губы…»

Нет, так тоже нехорошо.

Попробую по-другому: «Он сузил глаза, откинулся в кресле и начал методично выговаривать…» Нет, это ужасно, так писать нельзя.

Напишу просто.

Лашунин Дмитрий Витальевич, наш главный бухгалтер, приехал ко мне рано утром. Иронично посмотрел на меня и принялся выговаривать:

— На мой взгляд, вечернюю и ночную смены следует убрать. Надо следить за расходованием Интернета. Воскресенье лучше объявить для всех выходным. Мы сэкономим на зарплате в три раза. Покупать всякие печенья, сухарики, сушки за счет фирмы нерезонно. Хотят поесть — пусть приносят с собой. Хотя ладно, сушки можно.

Наступила пауза. Я молчал.

— Я вас не понимаю, Владимир Владимирович, — продолжал Дмитрий Витальевич. - Вы подписали договор об аренде в Мингосимуществе. Вместе с коммунальными расходами — это тысяча долларов в месяц. Коммунальные расходы мы оплачивали, а аренду нет. Они выставили нам счет в 4.500 долларов. Заплатить надо до 5 марта. Из каких денег? Из тех, что останутся после сушек?

Я молчал.

Дмитрий Витальевич продолжал:

— Экономия по зарплате. Можно повысить цену за программу. И, может быть, кого-нибудь пустить к себе в офис пожить. У нас две комнаты, а хватило бы одной маленькой. Зачем вам такая большая площадь?

Я очень ценю Дмитрия Витальевича, нашего бухгалтера. Он готов экономить каждую копейку. Он честен. Он умен. Да-да, честность для меня на первом месте. У него много идей, откровенен. Он болеет за «СОЛО». Мы и познакомились с ним через «СОЛО на клавиатуре». Он писал мне критические письма, умные и чуть занудные, но верные, точные и интересные. Он хорошо знает Интернет. Он окончил полиграфический институт. Пишет диссертацию. Он умеет писать. Он может написать книгу — учебник для бухгалтеров. Он скрупулезный, дотошный и, как многие бухгалтера, неторопливый.

Самое обидное, что он прав. Самое ужасное, что я не хочу с ним соглашаться.

Я не знаю, что сказать. Поэтому и выдерживаю долгую паузу, а сам раздумываю: разубеждать мне его или нет? Уговаривать или, как полагается руководителю, коротко сказать: как я решил, так оно и будет. Нет, так не стоит делать. У нас же с ним дружеские отношения.

— Вы абсолютно правы, Дмитрий Витальевич, — начал я. - Это мои просчеты. Когда мы переезжали в это помещение, я был уверен, что через месяц-два выйдет диск, диск даст денег, это позволит достойно оплачивать работу наших сотрудников, своевременно вносить плату за аренду. Но все затянулось. Уже более девяти месяцев мы никак не можем выпустить диск. Но осталось немного, совсем чуть-чуть — и мы диск выпустим, он принесет нам прибыль, и мы сможем погасить наши долги… - подыскивая слова, я замолчал.

— А из каких денег мы заплатим за аренду сразу за четыре месяца? Это же безобразие! Они четыре месяца не подписывали нам договор, а теперь, подписав, просят сразу же за четыре месяца заплатить.

Я вспомнил Аллу Аркадьевну Азарх, Софью Владимировну Костюк, Григория Львовича Рошаля, Юрия Владимировича Никулина и Вольфа Григорьевича Мессинга.

— Владимир Владимирович, — часто говорила мне Алла Аркадьевна Азарх. - Не волнуйтесь. У вас есть фирма, на ней работают хорошие люди. На Украине число регистрационных солистов растет: в месяц уже 37 человек. А ведь раньше было всего три. У вас все получится, не знаю как, но получится.

— Ой, все понимаю. Неужели так тяжело? Ну как-нибудь образуется же. Вы всегда находите выход из положения. Что-нибудь да произойдет. И все уляжется, — часто внушает мне Софья Владимировна.

— Володя, я всегда удивляюсь, как ты действуешь, — говорил мне часто Григорий Львович Рошаль, в прошлом довольно известный режиссер, в семье которого я воспитывался. - Все у тебя по наитию. Все хаотично. Но почему-то иногда получается. Даже не иногда, а чаще всего. Но ты разбрасываешься. При всех твоих недостатках я в тебя верю, и знаю, что свой путь в жизни ты найдешь. - Григорий Львович повторял это, когда мне было 15 лет, 20, 30 и 40. Григорий Львович умер, когда мне исполнилось 43 года, но я часто его вспоминаю.

— Мальчик! — так обращался ко мне, да и ко многим другим друзьям, знакомым, коллегам Юрий Владимирович Никулин. - Не беспокойся, не волнуйся. Ты же из самых невероятных ситуаций выходил победителем. Я тебе верю. Ты заражаешь других оптимизмом. Тебе сейчас сложно, трудно, ну так зарази себя оптимизмом. Ты же умеешь.

Мы с Юрием Владимировичем Никулиным дружили около тридцати лет. Семь лет работали над книгой «Почти серьезно…«. Семь лет! Многие не верили, что книга выйдет. Помню, как-то в запальчивости я сказал: «Будем публиковать «Почти серьезно…» по мере готовности в каком-нибудь толстом журнале целый год и выпустим книгу несколькими изданиями общим тиражом четыреста тысяч.

Никто не верил. Юрий Владимирович Никулин делился со мной, что его друзья, коллеги скептически относятся к нашему союзу. Они нашептывали ему, что из нашей затеи ничего не выйдет, они убеждали его, что я занимаюсь прожектерством. Сорок авторских листов — книга артиста?! Это нереально. Все пишут десять авторских листов. Тираж четыреста тысяч?! Это фантастика! Сто тысяч — отличный тираж для актерских мемуаров.

Книга «Почти серьезно…» публиковалась в одном из толстых журналов не год, а два года — в двадцати четырех номерах. Общий ее тираж — около двух миллионов. Вышло семнадцать изданий. Тринадцать из них при жизни Юрия Владимировича Никулина.

— Слушай, а ты прав, — говорил он мне нередко. - Я сам этому удивляюсь, но ты прав.

Почти каждый день я вспоминаю Юрия Владимировича Никулина.

Особенно часто в ситуациях, когда мне бывает трудно. И я слышу его голос.

Нередко вспоминаю и фразу, которую написал мне на обороте своей фотографии Вольф Григорьевич Мессинг: «Володя! Ваш девиз — устойчивость, непоколебимость, целеустремленность, я мысленно с Вами».

Вот обо всем этом я и думаю, пытаясь верно построить свой разговор с Дмитрием Витальевичем Лашуниным.

Почему я так подробно в своем дневнике рассказываю об этом? Да потому что каждому предпринимателю должен помогать предшествующий опыт. Это придает уверенность в собственных силах, это помогает при решении сложнейших задач.

Устойчивость.

Да, я устойчив.

Непоколебимость.

Я не дам другим сбить себя с выбранного пути.

Целеустремленность.

Цель есть — повысить компьютерную грамотность. И я своего добьюсь!

Как хорошо, что в жизни мне встречались интересные, умные люди. Многих уже нет, но я вспоминаю их, и мне это помогает.

— Итак, Дмитрий Витальевич, я вас слушал, не перебивая. Послушайте и вы меня. Помещение мы взяли на вырост. Глупо будет, когда разовьемся, а мы должны развиться, окажется, что нам негде сидеть, что некуда поставить еще компьютеры. А так мы все взяли с запасом. И относительно недорого. Сокращать ночные смены и работу в выходные дни мы не будем. Мы работаем круглосуточно. Да, к сожалению, нет пока того количества солистов, на которое мы рассчитывали. Но учеников обязательно будет много, и мы должны оказаться готовыми к этому. Поэтому и следует наладить работу так, что когда количество солистов увеличится, мы не допустим ошибок. А систему надо завести сейчас, когда солистов мало.

Нет денег? Найдем. Я найду, не волнуйтесь. В крайнем случае, займу. Если кто и даст мне в долг, то только соблюдая мое правило: в долг можно давать только тому человеку и такую сумму, которую вы можете подарить. Сколько у нас в реальности денег?

Лашунин посмотрел на меня сверхвыразительно.

— Чтобы погасить задолженность, нужно достать еще 2 тысячи 221 доллар, и тогда после всех оплат на нашем счету останется 10 рублей.

— Хорошо, — сказал я. - Пусть будет так.

Дмитрий Витальевич печально со мной попрощался и ушел.

Раздался телефонный звонок. Евгений Александрович Ременец сообщил:

— У меня изменились обстоятельства, я не смогу сидеть в офисе до двух часов. Нужно срочно ехать на лабораторные работы. Как быть?

Звоню Марии Александровне Казицкой, договариваюсь с ней, чтобы она подъехала в офис и подменила Евгения Александровича.

Опять телефон. Звонит Павел Алексеевич Чаплин (это не псевдоним, это настоящая фамилия).

— Сегодня ночью мы открываем клуб «Шанс» в новом помещении. Вы будете почетным гостем. Приезжайте. Я вас познакомлю с интересными людьми, они помогут вам в работе над книгой «Я+Я».

Я благодарю за приглашение, а сам улыбаюсь: ко всем моим «радостям» не хватает только быть почетным гостем в геевском клубе «Шанс».

Анкеты, письма, разработки, поиски денег, студенты… Заниматься гомосексуализмом некогда (я говорю о продолжении работы над книгой «Я+Я«).

Позвонил руководству сети магазина «Седьмой континент». Да, они отказались взять программу, но я решил еще раз попробовать уговорить их, заставить, воздействовать на Груздева Сергея Владимировича. На телефонные переговоры ушло полтора часа. И я понял: бесполезно. Не стоит на них тратить время. Унизительно. Не буду. Когда-нибудь это произойдет само. Не сомневаюсь. Где-нибудь через полгода. Я обязательно по телевидению и по радио скажу, что сотрудники в этом объединении вроде бы современные люди, а набирают все дедовским способом, как маленькие дети, двумя пальчиками. Они еще сами попросят у нас программу. Это обязательно произойдет. В августе или сентябре этого года. Грядут выборы, и Груздев мне наверняка позвонит. Я на этом и сыграю.

Звонок из офиса. Сбивчиво (почему сбивчиво, я так и не понял) и одновременно радостно Алексей Анатольевич Чейкин сообщает мне: «Как хорошо, что в офисе оказался экземпляр вашей книги «СОЛО на пишущей машинке». К нам за этой книгой приехал такой крутой мен…

Я ничего не понял.

— Рассказываю еще раз, — Алексей Анатольевич старался говорить медленнее. - Два часа назад нам позвонил какой-то человек и сказал, что его босс попросил его приехать к нам в офис и купить у нас один экземпляр книги «СОЛО на пишущей машинке». Мы попытались объяснить ему, что у нас есть программа, и она лучше. Но он просил именно книгу. Через 15 минут после звонка этот человек уже появился в офисе. Мы опять попробовали объяснить ему, что лучше заниматься по программе. Но он настаивал на книге, заявив: «Мой босс занимается частным образом с преподавательницей, изучает набор на клавиатуре, и она посоветовала ему воспользоваться именно книжкой «СОЛО на пишущей машинке».

— Вы узнали телефон босса? — спросил я.

— Нет. Мы вообще боялись слово произнести… Этот человек был такой… Даже не знаю, как сказать… К тому же у него под курткой что-то сильно оттопыривалось… Мы решили, что это оружие. Когда мы вручили ему книжку, он сказал: «И из-за этой книжицы я несся сюда как угорелый? Вы бы видели, на какой тачке я приехал…?»

«Черт возьми, — подумал я огорченно, повесив трубку, — ну кто мешал им выяснить, что за босс, что за учительница у него? Может быть, босс богатый, умный человек. Я бы встретился с ним и уговорил его купить несколько сотен лицензий. Как мои ребята этого не поняли?»

В бизнесе нет мелочей. Нужно быть внимательным и использовать каждый шанс для развития собственного дела. А такой шанс упустили. Такой шанс… Впрочем, ладно. О прошлом не жалеют. У нас у каждого в жизни есть свой шанс. Только нужно уметь его использовать. Подарит ли мне судьба такой шанс еще раз?

Весь день я просидел дома. Читал письма. Позвонил нескольким друзьям и рассказал о положении дел на фирме. Про себя думал: вдруг они, узнав о моем бедственном положении, сами предложат мне помощь? Я о тех самых деньгах, которые нашему главному бухгалтеру нужно перевести за несколько месяцев аренды. Никто помощи не предложил. Наверное, в финансовом плане у моих друзей не намного лучше, чем у меня. Но это не страшно. В конце концов до 5 марта еще есть время. Почти две недели. Жить можно. Тут же вспомнил анекдот.

Человек выпал из окна небоскреба. Летит. Вдруг увидел в окне человека. Спрашивает:
— Какой этаж?
- 29-й, — отвечают ему.
«Ну жить еще можно», - подумал человек.

Вот и я себе говорю: жить еще можно.

И можно жить хорошо. Если солисты станут лицензионными, оплатят нашу программу.

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян

P. S. На самом деле о приезде помощника босса рассказала мне Мария Александровна Казицкая. И встречался с ним не Алексей Анатольевич Чейкин, а Максим Андреевич Меньшиков.

Но у меня этот рассказ странным образом претерпел изменения. Мне почему-то казалось, что это был Алексей Анатольевич Чейкин. А он, как я выяснил поздно вечером, никакого отношения к приезду посыльного от крутого босса не имел.

Но как написал, так и написал, не буду переделывать. Не буду! Надеюсь, что Алексей Анатольевич Чейкин на меня не обидится… Он же меня понимает.

«Чудеса иногда случаются, но над этим приходится очень много работать». ХАИМ ВЕЙЦМАН

404

Комментарии

Комментариев еще нет

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: