Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Жизнь продолжается

28—29 апреля 2003, понедельник—вторник, дни 351—352

В понедельник проснулся и понял: не хочу ничем заниматься.

Не хочу или не могу? Наверное, и то и другое. Но первично: не могу.

Решил прогуляться с Кристофом по Сокольникам.

Тихо, спокойно, народу никого. Трава пробивается. Нравится смотреть на ростки. Обновление. Весна. Радость. Надежда.

Кристоф ходил понуро, медленно, устало.

Час погулял — стало легче.

Вернулся домой, сел за компьютер. Накопилось много анкет. Начал отвечать. Столько же замечательных людей заполняют анкету, скачивая «СОЛО»! Но как сделать, чтобы все они оплатили нашу программу? От этого зависит, смогу ли я достойно оплачивать работу сотрудников «ЭргоСОЛО». Их уже более 20 человек. Они ровесники многих солистов. Конечно, я часто бываю недоволен ими, но все они прекрасные ребята — добрые, честные, искренние, обаятельные, добродушные, стараются хорошо работать.

Что мы делаем не так? Не знаю. Нужно будет проанализировать.

В два часа дня пришла Мария Александровна Казицкая. Мы продолжили заниматься книгой «Учимся говорить публично» — рукопись мы сдали, но текст надо еще раз вычитать. Скоро привезут верстку. У меня есть право на несколько рекламных бесплатных объявлений в этой книге. Их тоже нужно подготовить.

Время от времени звоню на фирму. Число регистраций падает. Как быть?

Делаю звонки в «Альфа-Банк», в «Газпромбанк», в газету «Округа» Алле Витальевне Переваловой, интересуюсь, установили ли для сотрудников этой газеты «СОЛО на клавиатуре».

Сам к телефону решил не подходить. Попросил Марию Александровну подзывать меня, если только что-то важное.

— Вас к телефону какой-то Харитонов Александр Николаевич с Арбата. Возьмете трубку?

— Конечно, возьму.

Молча слушаю сбивчивую речь Александра Николаевича, и настроение мое падает окончательно: умер мой учитель Арон Исакович Белкин. Завтра похороны.

Вспоминаю совет Корнея Ивановича Чуковского: если тебе плохо, трудно, нужно срочно заняться работой, чтобы отвлечься от грустных мыслей. И я сел читать рукопись «Учимся говорить публично». Конечно, все в ней показалось скучным, нудным, однообразным и неинтересным. Захотелось переписать. Не буду!

Написал две заметки для газет.

Вечером пришел Максим Андреевич Меньшиков. Поговорили с ним о делах фирмы. Я дал несколько советов: как вести себя с сотрудниками, как выстраивать иерархическую лестницу, от кого и что можно требовать, какие задачи сделать приоритетными. Как всегда, Максим Андреевич со всем соглашался.

— А что у нас с мебелью? Десять дней назад, какой десять, две недели назад, если не больше, у нас был человек, который согласен дать мебель бесплатно. Вы съездили, посмотрели, выбрали?

Максим Андреевич смутился.

В одиннадцать вечера мы поехали к Софье Владимировне Костюк и Михаилу Юрьевичу Горшкову забрать два свеженьких диска для тестирования.

Теперь нужно срочно вызывать тестировщиков, чтобы они уже завтра с десяти утра на двух компьютерах без перерыва проходили очередную версию «СОЛО», а заодно протестировали диск — все ли страницы открываются, все ли ссылки работают, везде ли можно послушать звук, посмотреть картинки.

Мы с Меньшиковым приехали в офис около часа ночи. Установили дисковую версию «СОЛО» на двух компьютерах и попросили Павла Владимировича Осадчего начать проходить кириллицу.

— Письма можно не получать, на анкеты не отвечать, звонков не будет, главное — проходите «СОЛО», - напутствовали мы Павла Владимировича.

Из офиса отправились ко мне домой, приехав, сразу же установили программу на компьютере, за 30 минут прошли около 20 заданий — пока вроде все работает.

Когда Максим Андреевич уехал, я лег спать. Было четыре утра. На всякий случай ставлю будильник на 8.30.

В 10.30 похороны Арона Исаковича Белкина.

Проснулся за десять минут до будильника, выругал себя — мог бы еще 10 минут поспать. Быстро собрался и ровно в 10.30 был в Боткинской больнице, где проходила гражданская панихида.

Выступали директор института психиатрии, коллеги по кафедре, по лаборатории. Много цветов, много слез…

Из больничного морга поехали на Митинское кладбище.

В такие минуты почему-то замечаешь все детали, незначительные, мелки, ненужные. Но они впечатываются. Видишь все так, будто снимаешь кино: ожидающие своей очереди автобусы фирмы «Ритуал», цыганские дети — они просят милостыню, бездомные собаки, суетящиеся организаторы похорон…

Пообщался с Любовью Ароновной Белкиной, дочкой Арона Исаковича; решили, что стоит издать книгу об ее отце и еще одну — избранное из его произведений.

Разговорился со странным человеком, который меня, как выяснилось, знает. О нем много рассказывал Арон Исакович. Этот человек финансировал книги Арона Исаковича, помог приобрести квартиру, помог преодолеть дефолт 1998 года.

— Я вас знаю, — сказал мне этот человек. - Арон Исакович мне много о вас рассказывал.

— А мне о вас, — ответил я.

— Вы открыли свою фирму? Не нужна ли помощь?

Мне не хотелось говорить о делах. Неловко.

Нас долго не впускали в ритуальный зал — выяснилось, что не все документы правильно оформлены. Около часа ожидали на улице, пока уладят все формальности.

Вдруг вспомнил, что ровно в час дня должен звонить Андрею Витальевичу Владимирову-Крюкову, руководителю «Сибинтека». Обыскал все карманы — не нашел его номера телефона, а ведь вроде брал с собой. Как быть? Впрочем, что я волнуюсь, у меня ведь и мобильного нет. Как звонить?

Попросил мобильник у одного из знакомых и позвонил на фирму:

— Убедительно прошу срочно разыскать телефон «Сибинтека» и передать его мне на пейджер.

В 12.55 снова позвонил на фирму. Виктор Владимирович Колегов с гордостью сообщил мне номер. Ровно в 13.00 набрал телефон Андрея Витальевича. Договорились во вторник в 13.00, сразу после праздников, встретиться и поговорить о «СОЛО».

— Жизнь продолжается, — сказал знакомый Арона Исаковича. - Я уезжаю и вернусь 12 мая. Позвоните мне. Наверное, могу вам помочь.

— Спасибо, — ответил я скромно. - Конечно, позвоню.

После кремации я довез трех человек до небольшого ресторанчика на Песчаной улице, где решили собраться его родные, друзья, коллеги…

У евреев не принято проводить поминки. Там другие обряды.

Я, к сожалению, не мог посидеть со всеми вместе, помчался на фирму.

Там полным ходом шло тестирование программы. Всем процессом дирижировал Алексей Анатольевич Чейкин. Под его руководством отстукивали очередные задания Евгений Александрович Ременец, Виктор Владимирович Колегов и Ярослав Викторович Башмаков.

В 17.00 должен был приехать Сергей Викторович Исаков. К сожалению, он опоздал на целых 45 минут. Я еле себя сдержал…

Работа шла спокойно и ровно. Мария Александровна Казицкая отвечала на анкеты и письма, ребята тестировали программу, сменяя друг друга.

С Евгением Александровичем Ременцом мы долго обсуждали, как лучше производить обзвон наших солистов, как систематизировать данные, как воспользоваться помощью наших солистов, как говорить, чтобы оплатившие программу обязательно прошли ее до конца.

Я хотел было продиктовать Марии Александровне материал для газеты «Россiя», но после двух неудачных попыток понял: не получается.

Пишу эти строчки из офиса. Буду сидеть здесь, пока не протестируем всю программу. Интересно, во сколько вернусь домой?

Два тяжелых дня. Но жизнь продолжается.

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян

P. S. Не будет.

«Лучше работать без определенной цели, чем ничего не делать». СОКРАТ

376

Комментарии

Комментариев еще нет

Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: