Спокойное место Российского Интернета
Спокойное место Российского Интернета
  Главная
  Публикации
  Авторы
  Книги
  Послушайте
  Фото
  Юмор
  Видео
  Тесты
  Форум
  Соло на…
  Игры
  Знакомства
RSS-лента

Миэль недвижимость


Хотите стать лучше? Это реально!
Видео

Подробнее о «Соло на клавиатуре»

Круглосуточная трансляция из офиса «Эргосоло»
Круглосуточно мы рассказываем о себе. Разговор ведут сотрудники нашей фирмы и гости. На вопросы отвечает и Владимир Шахиджанян.
Как научиться быстро печатать?
Обучение скоростной машинописи за 3 дня! Индивидуальный подход, удобный график.
Новый документальный фильм о В.В.Шахиджаняне
Владимир Шахиджанян: жизнь – это творчество.

«Кремлёвские жёны» (Васильева Л.Н.)

Аллилуйя Аллилуевой

Аллилуйя Аллилуевой

Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (1879—1953), советский государственный и партийный деятель. Герой Социалистического Труда (1939), Герой Советского Союза (1945), Маршал Советского Союза (1943), Генералиссимус Советского Союза (1945). Член партии с 1898 г. Участник Октябрьской революции 1917 г. С 1922 г. — Генеральный секретарь ЦК ВКП(б), позднее КПСС. В годы войны — Верховный главнокомандующий. В 1941—1953 гг. — Председатель Совета Министров СССР. Депутат Верховного Совета СССР с 1937 г.

К октябрю 1917 года главные силы большевиков собрались в Петрограде. И рядом с каждым вождем была подруга. Не всегда венчанная. Не зарегистрированная. Однако верная союзница. Жена.

Рядом с Лениным — Надежда.

Рядом с Троцким — Наталья.

Рядом с Каменевым — Ольга.

Рядом с Ворошиловым — Екатерина.

Рядом со Свердловым — Клавдия.

Рядом с Буденным — Надежда.

Рядом с Калининым — Екатерина.

Рядом с Дзержинским — Софья. И так далее.

Сталин — один как перст. По ссылкам, по северам и сибирям. Всухомятку. Без женской ласки, без домашнего тепла, без присмотра. Много лет.

Далеко позади воспоминание о Екатерине Сванидзе, первой жене, деревенской женщине, но с присущим большинству грузинок природным аристократизмом черт лица, фигуры, поведения.

Грузинская жена — всегда символ верности, терпения, скромности, послушания: служить мужу, растить детей, знать свое место. Древняя традиция.

Екатерина Сванидзе жила по традиции: ждала мужа, ублажала его. Получала в ответ то, на что может рассчитывать женщина, не претендующая быть счастливой: частое одиночество, тревоги и скромные плотские радости для продления рода.

Она верила в Бога. Можно предположить, что Сталина не раздражала богобоязненность и набожность Екатерины: он сам лишь недавно расстался с духовной семинарией, о чем не сожалел, но и не был враждебен к церкви, как Ленин и многие большевики. Через всю его жизнь прошла иногда хорошо, иногда плохо скрываемая терпимость к религии. Так, в первые годы после революции, когда в стране появилась возможность для церковного издания «Христианина», Сталин был среди тех, кто смотрел на этот факт благосклонно. Тогда победила другая точка зрения, которой придерживалась борющаяся с религией Надежда Константиновна.

Позднее говорили, что в самые тяжелые минуты Отечественной войны он даже молился, а одной из первых его послевоенных бумаг был приказ о возвращении церкви ряда ценностей, включая мощи некоторых святых.

Дочь Сталина вспоминает, что ее отец более всех на свете любил свою мать и с умилением рассказывал, как мать сокрушалась: «Жаль, что ты так и не стал священником».

Первую жену нашла Иосифу его мать. Но это лишь предположение. Одно из многих.

Образ Екатерины Сванидзе двоится, троится, четверится: то ли тихая, домашняя женщина, то ли искусная портниха, обшивавшая саму супругу тифлисского генерал-губернатора Свечина, то ли отличная прачка и гладильщица, то ли разносчица ленинской «Искры» — помощница мужа. За последнюю деятельность вроде и тюрьмы удостоилась. А может, хозяйка, портниха, прачка, революционерка вместе?

В воспоминаниях Иосифа Иремашвили, друга детства Иосифа Джугашвили, есть строки о первой сталинской жене: «Она глядела на мужа как на полубога».

Родом Екатерина Сванидзе была из селения Диди-Лило, близ Тифлиса. Думаю, если сегодня кому захотелось бы пройти по домам Гори и Диди-Лило, много интересных сведений можно было бы собрать о семье Сталина и его молодости. Такого, о чем никто не знает. Грузины долго хранят в памяти черты умерших людей. Быть может, как никакой другой народ на свете.

Екатерина Сванидзе умерла от тяжелой болезни в 1909 году. Остался малолетний сын — Яков.

Именно в Грузии, и даже далеко от Гори и Диди-Лило, в маленькой деревеньке Анаклия, на берегу моря, в старой хижине, много лет назад я впервые услышала легенду о том, что Сталин не был сыном своего отца, а родился от местного князя, у которого мать Сталина служила горничной.

Есть и другая легенда — о знаменитом русском путешественнике Пржевальском, который в конце семидесятых годов XIX века живал в Гори, и мать Сталина убирала в его комнатах. Каждому, кто попадет в стольный город Санкт-Петербург — Петроград — Ленинград, советую зайти в скверик возле Адмиралтейства взглянуть на бюст Пржевальского. Я «нашла» его случайно и окаменела — Сталин!!! В шестидесятых довольно странно было увидеть в нашей стране, да еще в Ленинграде, скульптурное изображение свергнутого со всех пьедесталов грозного вождя. Приближение никаких опровержений не дало: это был Сталин. Обошла со всех сторон — он! Новые властители забыли убрать вождя из скверика? Невозможно — номенклатура и конъюнктура зорко следили за «наглядной агитацией», к которой принадлежали и памятники. Я наклонилась к золотым буквам на темном граните постамента и прочла: «Пржевальский». Да, удивительно сходство русского дворянина с сыном грузинского сапожника.

Однажды, оказавшись в обществе человека, боготворившего Сталина, я рассказала ему о бюсте Пржевальского и о легенде, связанной с рождением его идола.

Меня долго разоблачали. Он говорил, что «нельзя в подобных гнусностях подозревать чистую, честную, простую и благородную женщину — сталинскую мать».

Вот где сошлись, не понимая друг друга, мужской и женский взгляды: никогда не могла бы я почитать нечестной, нечистой женщину, у которой закружилась голова перед статным, красивым и знаменитым Пржевальским. Известно, что супруг сталинской матери был человеком суровым, жестоким. Пьяницей. Известно также, что он частенько бивал жену и сына. Да если бы даже и был он, горийский сапожник, ангелом во плоти, неужели женщина, жившая рядом с ним, неспособна чувствовать самостоятельно?

Мужская властвующая психология диктует женскому миру свои законы, в том числе и через религиозные послушания. В ответ, не имея права возразить и самовыразиться, женщина использует свои природные привилегии на тайну: обнимет кого пожелает и родит от кого пожелает — так что «комар носа не подточит».

Сталин — сын своего отца.

Сталин — сын местного князя.

Сталин — сын Пржевальского.

Есть и четвертое предположение с претензией на достоверность, встречающееся в разных исследованиях. Так Антонов-Овсеенко в книге «Сталин без маски» пишет: «Отцом Сталина был Яков Егнаташвили, купец 2-й гильдии. Он жил в Гори и нанял прачкой юную Екатерину Геладзе из села Гамбареули. Чтобы покрыть грех, Егнаташвили выдал Кэто замуж за холодного сапожника Виссариона Джугашвили из села Диди-Лило», оттуда же, откуда потом появилась в жизни Сталина и Екатерина Сванидзе, первая жена Сталина. Интересное совпадение. Или не совпадение, а закономерность: с Диди-Лило у семьи были, видимо, крепкие связи, но этот факт скорее работает на легенду о происхождении Сталина от его собственного отца — в грузинских селах семейная честь была на высоте. Не берусь ничего утверждать: лишь мать Сталина могла знать правду. А ее не спросишь.

Фамилия Джугашвили некоторым кажется грузино-еврейской.

Ходят по миру легенды об осетинском происхождении Сталина, художественно подкрепленные меткой строкой Осипа Мандельштама: «и широкая грудь осетина».

Не располагая точными знаниями об отце Сталина, человечество имеет сведения о его матери. Отлично описала ее внучка, Светлана Аллилуева, ребенком посетившая бабушку. Детские воспоминания 1934 года высвечивают наиболее яркие детали: «Она жила в каком-то старом красивом дворце с парком; она занимала темную низкую комнату с маленькими окнами во двор. В углу стояла железная кровать, ширма. В комнате было полно старух — все в черном, как полагается в Грузии. На кровати сидела старая женщина. Нас подвели к ней, она порывисто нас всех обнимала худыми, узловатыми руками, целовала и говорила что-то по-грузински… Я заметила, что глаза у нее — светлые на бледном лице, покрытом веснушками, и руки покрыты тоже сплошь веснушками. Голова была повязана платком, но я знала — это говорил отец, — что бабушка была в молодости рыжей, это считается в Грузии красивым».

Не моя задача — разбираться в родословной Сталина. Он, как и все другие вожди, интересует меня в этой книге лишь в связи с той или иной героиней, но я уверена, что легенды об отце Сталина так и останутся легендами.

Удивительным образом скопление противоречивых легенд и невозможность что-либо доказать напоминают древние как мир мифы о безотцовском возникновении бога Озириса, о непорочном зачатии Христа Девой Марией.

Вы шокированы, читатель? Напрасно.

Через два-три тысячелетия, если человечеству суждено выжить, все наши истории обрастут мистическими и романтическими тайнами. И явление Анти-Бога, Анти-Христа может вполне совпасть с идеей многопорочного, в противовес непорочному, небожественного, в противовес божественному, зачатия.

Кстати, что мы знаем о рождении Дьявола?

Кто были родители Сатаны?

Революционные дни понесли Иосифа Сталина на крыльях удачи. Он становился в первые ряды новой власти. Как бы ни хотелось самолюбивому Льву Троцкому приуменьшить роль своего главного противника в деле революции, факты и свидетельства очевидцев говорят обратное.

Ленин не один год знает и ценит Сталина. Ему принадлежат слова: «У нас один чудесный грузин засел и пишет для „Просвещения“ большую статью».

Надежда Константиновна, ненавидя Сталина, пытается быть объективной: «Ильич много разговаривал со Сталиным по национальному вопросу, рад был, что встретил человека, интересующегося всерьез этим вопросом, разбирающегося в нем».

На другой день после взятия большевиками власти Ленин, формируя правительство, включает Сталина в состав Совета Народных Комиссаров: председателем по делам национальностей.

А то обстоятельство, что среди непосредственных участников взятия Зимнего нет имени Сталина, ровно ни о чем не говорит: честь победы над женским батальоном может принадлежать кому угодно. Ленина и Троцкого, кстати, в Зимнем тоже не было.

Бывший сотрудник сталинского Наркомата по делам национальностей С.С.Пестковский свидетельствует, что Ленин в революционные дни буквально не расставался со Сталиным. Пестковский однажды застал обоих, стоящих на стульях перед стеной с картой России.

Итак, Сталин на виду, а это обязывает.

В начале 1918 года советское правительство собирается переезжать в Москву. Все будут жить с семьями в Кремле! Есть от чего закружиться голове — в самом Кремле!

Ничего не утверждаю, но вот возможный ход мысли: вдовец Сталин должен жениться и войти в Кремль вместе со спутницей жизни. Хватит скитаться по чужим квартирам, перехватывая у сердобольных жен соратников то от обеда, то от ужина.

Кто-то из «друзей» пустил слух, что Сталин никогда не женится: нет женщины, способной выдержать его характер.

Это мы еще посмотрим!

Хорошую идею предложила ему мать: приехать в Грузию, взять в деревне девушку. Молодую, сильную, красивую. Привезти в Кремль и сделать своей хозяйкой. Но…

Невозможно.

Нет времени ехать. И что скажут соратники?

На смех поднимут. Они хоть и твердят с утра до ночи о народе, народе, народе, но сами давно уже не народ… А кто? Трудно сказать. Профессиональные революционеры раньше были своего рода элитой. Теперь «из грязи в князи»…

Нет, деревенская девушка из народа на роль кремлевской жены члена народного правительства решительно не подходит. Как эта грузинка будет выглядеть в окружении сильных соратниц? Рядом с Крупской, которая всю революцию на себе вывезла? Рядом с интеллектуалкой, почти барыней Седовой? Ядовитый Троцкий отпляшется на Сталине.

Невыносимо выглядеть смешным.

Но где женщина, способная соответствовать его новому положению?

Зачем далеко ходить? Вот она. Рядом. В соседней комнате. Учит уроки. Девчушка, превращающаяся в девушку. Она напоминает ему другую девочку, гимнастку, он видел ее однажды в цирке, на базаре, тонкую и гибкую. Образ темноволосой гибкой гитаны — его идеал.

Надя, Наденька, Надежда, дочь его друга — революционера Сергея Аллилуева. Сталин теперь живет в Петрограде у Аллилуевых, ибо жить ему негде, и его кормит Надя, потому что мать семейства Ольга Евгеньевна загуляла. Она часто загуливает. Еще Нади на свете не было, гуляла напропалую. Муж терпел, как Чернышевский.

Взять Надю — и не нужно будет ломать голову. Если задуматься, она предназначена ему судьбой.

Когда и как это случилось?

В декабре 1900 года Аллилуевы жили в Тифлисе. У них в доме Сталин познакомился с Виктором Курнатовским, повернувшим его жизнь. У Курнатовского был талант: приехал и сразу сплотил всех большевиков Тифлиса.

От него Сталин впервые услышал о Ленине. О Крупской Виктор говорил — красавица! Потом, когда Сталин в Кракове встретился с этой парой, Ленин превзошел все рассказы Курнатовского. Крупская? Виктор что-то перепутал? Сталин не любил чересчур деятельных и некрасивых женщин. Никто их не любит.

Да, конечно, хорошо бы привезти жену из Грузии. В доме говорить на родном языке…

Надя — ребенок. В декабре 1900-го он впервые пришел к Аллилуевым. Нади еще не было на свете! Через девять месяцев появилась. Ольга, жена Аллилуева, тогда, прямо при муже, то на него, то на Курнатовского вешалась. А если и Надя такая же влюбчивая, как мать?

Впервые он заметил Надю в Баку, когда она была трехлетним ребенком.

Предназначена… Почему?

Это он, Сталин, тогда в Баку спас Надю. Она играла на набережной и упала в море. Он выхватил ее из воды.

Для себя выхватил. Молода, прекрасна. Дочь честного большевика. Неиспорченная. Нетронутая… Не прошедшая вонючих царских тюрем, как сестрица Троцкого, жена Каменева, Ольга. Не размокшая в ссылке, как жена Ворошилова, Екатерина, — у нее, говорят, до Клима в ссылке любовник был, тоже из большевиков.

Невинная Надя. Крестница Авеля Енукидзе — не последнего человека в большевистских кругах.

Кого еще искать? Жена Сталина — дочь Аллилуева.

Такая достойна Кремля. Жаль, мала.. Завистники осудят… Пусть!

Наступает его время. Впереди великие дела. Не сразу, не вдруг, но он будет первым в России. Верно выбранная женщина рядом — половина успеха. Надя — чистый лист. Он напишет на нем все, что захочет.

«И будешь ты царицей мира!..»

В соседней комнате Надя писала письмо жене большевика И.И.Радченко, опекавшей юную гимназистку. Ее письма Алине Ивановне Радченко — любопытные документы пред- и послереволюционных дней обеих революций.

«Летом я лентяйничала. Пришлось мне подогнать новое, в особенности по алгебре и геометрии. Сегодня утром я ходила держать экзамен, но еще не выяснила, выдержала или нет. Все же думаю, что выдержала по всем предметам, кроме русского сочинения, хотя тема и была легкая, но я вообще слаба на этот счет».

Май 1916 года.

«Нас скоро распустят на каникулы, а придется Рождество, наверное, провести в Петрограде. Ехать куда-нибудь долго, дорого и трудно».

Декабрь 1916 года.

«Самый трудный для меня предмет — немецкий, потому что у нас читают, а не переводят, а я совсем не обладаю немецким языком, а также французским. Наконец я достигла того, что у меня по Закону Божьему пять. Это что-то небывалое, но я всю четверть долбила назубок, что ужасно противно… Папа и мама скрипят по-прежнему».

Январь 1917 года.

«Мы сидим в классе и слушаем какой-нибудь скучный предмет, как Закон Божий, когда нужно пользоваться хорошей погодой… я очень жду лета… я поехала бы к вам, чтобы поступить кем-нибудь служить. Я думаю, что мне уже можно поступить, потому что мне скоро шестнадцать».

Январь 1917 года.

«А теперь у нас занятия на четыре дня прекращены, ввиду неспокойного состояния Петрограда, и у меня теперь есть время. Настоящее положение Петрограда очень и очень нервное, и мне очень интересно, что делается в Москве».

26 февраля 1917 года. (Канун революции. — Л.В.)

«Сильно скучаем, так как движения в Петрограде нет уже четыре дня. Но после этих скучных дней настал праздник, и большой — а именно — 27-е февраля! Настроение у папы приподнятое, он весь день стоит у телефона. Сегодня приехал Авель Енукидзе и совершенно неожиданно попал прямо с Николаевского вокзала на праздник».

27 февраля 1917 года.

Лето 1917 года Надя проводит под Москвой, на даче у Радченко, как она и мечтала в письмах, а в квартире Аллилуевых этим летом несколько дней живет Ленин. И конечно, как всегда, Сталин. Вернувшись в Петроград, Надя опять пишет Радченко: «С провизией пока что хорошо. Яиц, молока, хлеба, мяса можно достать (обратите внимание, дорогие читатели, на этот великий, так нам знакомый глагол „достать“. Он вошел в жизнь вместе с революцией и за семьдесят лет советской власти не вышел из жизни. — Л.В.), хотя дорого… В общем, жить можно, хотя настроение у нас (и вообще у всех) ужасное, временами прямо плачешь: ужасно скучно, никуда не пойдешь.. В Питере идут слухи, что 20-го октября будет выступление большевиков, но это все, кажется, ерунда».

19 октября 1917 года.


Опубликовано 5 января 2008Продолжение следует…
Версия для печати

назадв оглавлениедалее

Комментариев нет

Оставить комментарий

Ваша фамилия, имя, отчество?

Ваш комментарий:



Ваш комментарий будет опубликован после модерации.


Rambler's Top100