18+

Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Якоб Исраэль де Хаан: писатель, борец и мученик

Якоба Исраэля де Хаана (Jacob Israеl de Haan, 1981-1924) можно с полным правом назвать человеком крайностей. Он терзался из-за своей гомосексуальности и в то же время писал книги о запретной любви. Боялся одиночества и одновременно оскорблял окружающих своим непредсказуемым и экстремальным поведением. Отходил от религии и возвращался к ней. Из фанатичного сиониста он превратился в рьяного антисиониста. Последнее стало причиной его трагической гибели.
 

В поисках себя 

Якоб де Хаан (второе имя Исраэль он примет позже) родился 31 декабря 1881 года в нидерландской деревне Смилде, в ортодоксальной еврейской семье. Его детские годы не были счастливыми: он часто болел, беспрестанно ссорился с отцом, чувствовал себя чужим среди ровесников. После окончания школы Де Хаан поступил в педагогический колледж. Здесь произошла одна из главных встреч в его жизни: с Фредериком ван Ейденом, преподавателем, литератором, философом и политиком. Ван Ейден был убеждённым социалистом и увлёк ученика своими идеями. Но только этим дело не ограничилось. Он стал для Якоба примером, кумиром, лучшим другом и недосягаемым возлюбленным на долгие годы. Де Хаан был влюблён в своего доцента без малейшей надежды на взаимность: сорокалетний женатый человек, отец двоих сыновей явно не разделял его страсть. Но очевидно, он привязался к искреннему и талантливому юноше.
 

 

После окончания учёбы Якоб переехал в Амстердам, где стал давать уроки в школе для мальчиков. Ученики любили его, несмотря на странную, почти отталкивающую внешность и неуравновешенный характер. Трудолюбивый и энергичный Де Хаан не ограничился преподаванием. Он начал изучать правоведение. И ещё стал сотрудником социалистического журнала "Народ", где вёл детскую рубрику.

Из-за слабого здоровья Якоб часто обращается к медикам, и в 1902 году его исследовал врач-психиатр Арнольд Алетрино. Своим заключением специалист поделился с коллегами: "Умный парень, но с дегенеративными признаками. Бисексуал с гомосексуальными предпочтениями". Сам Алетрино придерживался смелых и прогрессивных взглядов по отношению к сексуальным меньшинствам. Он открыто утверждал, что гомосексуальность - не преступление и не болезнь, а такое же естественное явление, как и гетеросексуальность. Алетрино подружился с молодым пациентом, который в свою очередь явно испытывал к психиатру нежные чувства. Но и в этот раз о взаимности не было и речи. Якоб также часто общался с ассистенткой Алетрино, Йоханной Маарсевейн. В 1903 году ко всеобщему удивлению пара объявила о своей помолвке.
 

 

Скандальный дебют

В 1904 году вышла в свет первая книга Де Хаана "Pijpelijntjes". (Название обычно переводят на русский как "Трубы". В буквальной переводе оно означает "жители амстердамского района Труба"). Друзья и близкие знали, что Якоб пишет роман, но не подозревали, о чём. А теперь, узнав, были потрясены и шокированы. И не только они, но и вся страна. Автор изображал любовь двух юношей, что было темой новой, сенсационной и неприемлемой для подавляющего большинства.

Главные герои романа, студенты Йооп и Сэм, влюблены друг в друга. При этом Йооп полностью отдаётся чувству, тогда как Сэм считает их отношения временными. Он откровенно говорит об этом, не скрывая своих планов на будущее: жениться и создать семью. Он постоянно обижает и мучает своего партнёра, проявляя садистские наклонности. В итоге Сэм действительно женится. Йооп (прообразом которого несомненно был сам Де Хаан) невыносимо страдает. Повествование заканчивается его смертью.

Де Хаан посвятил роман Арнольду Алетрино. Было очевидно, что Алетрино также стал прототипом Сэма (таковым было домашнее имя врача). Психиатр был возмущён и разгневан до крайности. Он поспешно купил все экземпляры скандальной книги и сжёг их. В этом ему помогала его коллега, невеста Якоба Йоханна Маарсевейн. Тем не менее вскоре последовало второе издание со слегка отредактированным текстом: без посвящения и с изменёнными именами персонажей. Возможно, издатель не увидел в романе "пропаганды гомосексуализма", поскольку один из главных героев исправился, а другой поплатился за свои наклонности.

Работодатели Якоба оказались менее свободомыслящими. Его уволили - как из школы, так и из газеты. Главный редактор "Народа" отрёкся от него, опасаясь, что читатели усмотрят связь между социализмом и гомосексуальностью.

Поиски новой работы оказались безуспешными. Дружбе Де Хаана с Алетрино навсегда пришёл конец. Начинающий писатель не нашёл поддержки и у представителей сексуальных меньшинств, осуждавших его за негативное отношение к гомосексуальности.

Якоб, потерявший почти всё что имел, впал в отчаяние и погрузился в депрессию. Однако не оставил работу над своей следующей книгой "Патологии" - вновь на тему запретной любви. Этот роман, в котором гомосексуальность описывалась как психический недуг, не вызвал резкого осуждения.
 

Поэт, правозащитник и учёный 

Постепенно Якобу удалось восстановить общественное и финансовое положение, а также душевное равновесие. Он снова стал печататься в различных изданиях: писал на политические, психологические и социальные темы. Продолжал изучать правоведение, в 1905 году получил кандидатскую, а в 1909 - докторскую степень. Вернулся к преподаванию. В 1907 году он женился на Йоханне Маарсевейн. Невеста была на девять лет старше жениха, их брак останется бездетным. Друзья сомневались, что молодых связывала любовь, тем не менее оценивали их союз как разумный и полезный. Для нервного и неуравновешенного Якоба было благом находиться рядом со спокойной и здравомыслящей женщиной-врачом.

Якоб не оставлял пера: он издал ещё два романа и книгу афоризмов. Всё чаще пробовал себя как поэт, в 1914 году вышел его первый поэтический сборник. Де Хаан никогда не прекращал общественной деятельности, его возмущала любая несправедливость. Он выступал в поддержку бастующих рабочих, разоблачал бесчестных коммерсантов и судей, нередко проявляя при этом излишнюю нетерпимость и импульсивность и наживая себе врагов.

В 1912 году, во время поездки в Англию, Де Хаан познакомился с русским анархистом Кропоткиным и узнал от него о тяжёлой участи заключенных российских тюрем. Это произвело на него такое сильное впечатление, что вскоре он отправился в Россию. Ему и в самом деле удалось привлечь внимание Англии и Франции к бедственному положению узников. В результате несколько человек были выпущены на свободу. В 1913 году вышла в свет книга Де Хаана "В российских тюрьмах".

Неутомимый Якоб продолжал искать новые области для применения своих творческих сил. Верный друг Ван Ейден поддерживал его в этом и ввёл его в сигнифику - науку о языках. В 1916 году Де Хаан написал научную работу на тему применения сигнифики в судебных делах, после чего ему предложили место доцента в амстердамском университете.

Сионист и антисионист 
 

В ранней юности Де Хаан отошёл от религии. А в зрелости вновь обратился к иудаизму и стал активным и уважаемым членом амстердамской еврейской общины. Он написал и издал поэму "Еврейская песня" на библейскую тему. Однако посчитал это недостаточным. Писатель решил, что его место в Палестине, что он должен внести свою лепту в возрождение еврейского государства. И начал готовиться к отъезду. Расставание с родиной далось ему нелегко. "Я покидаю Голландию отнюдь не для улучшения моего материального или социального положения, - писал он, - я один из лучших поэтов моего поколения и самый знаменитый еврейский поэт Нидерландов. Трудно потерять всё это и начать сначала".

Якоб прибыл в Иерусалим в феврале 1919 года. Первоначально сионистские лидеры отнеслись к нему настороженно, но вскоре он - благодаря своему энтузиазму, энергии и работоспособности - завоевал их симпатии. Наряду с участием в сионистском движении Де Хаан преподавал право в Государственной юридической школе. А также регулярно посылал репортажи в общенациональную нидерландскую газету. За четыре с половиной года пребывания в Палестине он написал 393 статьи общим объёмом в 2500 книжных страниц.

Казалось, преданность Якоба сионизму была полной и безусловной. Но нельзя забывать, что он был человеком независимых взглядов, который всегда боролся за права обездоленных. Его отношение к сионистам становилось всё более критичным. Ему не нравилась их убежденность в том, что они и только они являются хозяевами страны. Ему претили их агрессивность и фанатичность. А главное - он считал неприемлемым их грубое вмешательство в жизненный уклад и традиции коренного населения. Его собственное мнение о местных жителях постепенно менялось, что нашло отражение в статьях: язвительные и уничижающие замечания об арабах уступили место выражению симпатии, сочувствия и даже восхищения. Разумеется, это не нашло понимания у нидерландских евреев. И тем более - у палестинских сионистов.

Между тем Де Хаан, легко усваивавший языки, быстро выучил арабский. Он снимал комнату в доме арабов и подружился с младшим сыном хозяев, двадцатилетним Адилом.

Жизнь без любви?

Связывало ли Якоба и Адила нечто большее, чем дружба? Злые языки утверждали, что да: иначе зачем они ежедневно уединялись в комнате поэта? Но это были лишь предположения и домыслы. Как бы то ни было, друзья много времени проводили вместе, совершали длительные прогулки на лошадях. Якоб давал Адилу уроки английского и французского. Они были практически неразлучны. Тем не менее Де Хаан поддержал своего юного друга в его намерении отправиться учиться в Германию, понимая, что, вероятно, теряет его навсегда. После отъезда Адила, в июле 1922 года, он писал: "Те, кто уезжают не грустят. Страдают те, кто остаются. Одиночество - грустный, мучительный удел". В 1924 году Де Хаан опубликовал свой последний поэтический сборник. В него вошли девятьсот стихотворений, в которых поэт откровенно выражал восхищение перед красотой и обаянием арабских юношей.

Предположение о связи Якоба с Адилом и его безответные влюблённости в Арнольда Алетрино и Фредерика ван Ейдена - это всё, что известно о личной жизни писателя. Не исключено, что таковой не было совсем.

Напомним, что Де Хаан был женат. Для друзей и родственников его брак оставался загадкой, ходили слухи, что союз был платоническим. Однако доподлинно об этом неизвестно. С женой, Йоханной Маарсевейн, поэта связывали ровные стабильные отношения. Находясь в разлуке, они регулярно обменивались письмами. Якоб всегда искренне беспокоился о здоровье супруги. При этом он мог прилюдно обидеть и унизить её.

"Я так устал, я многих любил", - писал поэт в одном стихотворении. Кем были эти многие, мы никогда не узнаем.

Смерть 

Вернёмся в Иерусалим 20-х годов прошлого века. Де Хаан защищал права арабов не только на словах. Он искал поддержки у ортодоксальных евреев, вёл переговоры с англичанами, даже написал письмо Черчиллю, в котором резко осуждал позицию сионистов. В начале 1924 года Якоб - вместе с составленной им самим делегацией - посетил короля Хиджаза Хусейна, и изложил ему план мирного сосуществования евреев и арабов на палестинской земле.

Де Хаан понимал, что играет с огнём. Сионисты боялись и ненавидели его. И угрожали расправой. Авраам Техоми (1903-1990), эмигрант из Одессы, член сионистской военной подпольной организации Хагана, решил напрямую обратиться к Якобу. Он вошёл вместе с поэтом в синагогу и во время молитвы прошептал ему: "То, что вы делаете, непостижимо. Мы приехали сюда из России, мы бежали от погромов, спасали свою жизнь. А тут является такой еврей как вы и уничтожает наши последние надежды. Остановитесь, иначе вы плохо кончите..." В ответ Де Хаан разразился бранью. "Эпикорес!" - кричал он среди прочего, что на иврите означает "еретик" или "атеист". Техоми поспешил к выходу, но и снаружи до него доносились крики разбушевавшегося Якоба.

Друзья умоляли поэта как можно скорее покинуть Палестинку, об этом ему писала и жена: "Немедленно возвращайся! Я сама приеду за тобой, как только мне дадут отпуск". Но Якоб никого не слушал. В июне 1924 года он готовился к поездке в Лондон, где собирался убедить правительство, что далеко не все палестинские евреи стремятся к единовластию.

30 июня 1924 года Якоб посетил синагогу, где произнёс поминальный кадиш по своему недавно умершему отцу. На обратном пути он был убит тремя выстрелами из револьвера. Смерть наступила мгновенно. Де Хаану было 42 года. Убийце удалось скрыться. Лишь в 80-е годы детальное исследование установило, что им был никто иной как Авраам Техоми. В 1989 году, незадолго до смерти, в интервью голландскому телевидению Техоми признался в давнем преступлении, совершённом по приказу лидеров Хаганы. Он был по-прежнему убеждён в своей правоте и не испытывал угрызений совести.

Якоб Исраэль де Хаан вошёл в нидерландскую историю как поэт, прозаик, публицист, учёный, борец за справедливость, сионист и антисионист. Но прежде всего он известен как первый голландский литератор, открыто писавший об однополой любви. На амстердамском гомомонументе выгравирована строчка из его стихотворения: "Такая безграничная тяга к дружбе". Возможно, наряду со словом "дружба" Де Хаан подразумевал ещё и любовь.

То, что я написал, останется в книгах, умах и сердцах,
То, о чём умолчал, не мог рассказать.
Но они - те, кто будут жить в грядущих веках -
Смогут меня понять, простить и принять.


Якоб Исраэль де Хаан, 1924 год

Источник

170


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: