Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Педагогика для всех

Книга I. Глава III. Выпуск 19

— Прошу считать меня человеком и не бояться за меня, как за маленького...

Риск — вот труднейшее из педагогических воспитаний. Боюсь, ни в одном учебнике педагогики о риске не говорится.

Риск! Жизнь есть риск, и воспитание — тоже риск. Не рискуя не проживешь, не рискуя не воспитаешь человека. Воспитание — работа без гарантированного результата, и чем больше будем мы требовать гарантий успеха, тем хуже будет результат.

Мы начинаем закаливать ребенка, но при этом мы можем простудить его, как бы осторожны мы ни были. Так что же — не закаливать?

Мы выпускаем ребенка на улицу, но... И вымолвить страшно, что может случиться. Так что же — не выпускать? Всю жизнь за руку водить?

В педагогике есть понятие: нормальный риск жизнью ребенка. Мы должны выпускать его на улицу, он должен лазать по деревьям, все это риск и риск, и нам остается лишь одно — стоять внизу и смотреть, замирая от страха, потому что если крикнуть мальчику: «Слезай немедленно! Слезай, а то уши надеру!» — вот тут-то он и упадет.

Что делать? Бояться. Больше ничего.

В пионерском лагере «Маяк» (он был под Москвой, между Голицыном и Звенигородом) проводили день географии. Ребята играли в путешественников. Они плавали на плоту, они попадали в плен к дикарям, и они должны были перебираться по бревну с веревочными перильцами через овраг метров двадцать шириной и метров десять глубиной — довольно страшный овраг. Чтобы не принуждать тех детей, которые боятся высоты, и в то же время дать им возможность скрыть свой страх (зачем зря стыдить ребенка), установили правило, по которому из каждого отряда переправляется только треть.

То есть тем, кто боится, дали возможность отступить.

Но как же боялись взрослые, отвечающие за жизнь детей!

Врач «Маяка» сидел на дне оврага, под мостиком, с огромной сумкой.

Что делать? Надо, чтобы ребята переходили овраги и по опасным мостикам, иначе не вырастишь мальчика храбрым человеком.

Жан Жак Руссо, автор самой знаменитой из книг о воспитании, пишет, что он готов наняться в воспитатели мальчика при одном условии: он не отвечает за жизнь Эмиля, своего воспитанника. Если ты отвечаешь за жизнь, если тебе приходится ограждать ребенка от риска, мужчину не вырастишь.

Нормальный риск жизнью...

При слове «риск» обычно ставят и прилагательное «разумный», «нормальный»; но кто скажет, где они, эти разумные, нормальные пределы?

Старшему сыну было шесть лет, когда мы отправили его на каникулы в Ленинград. Взяли билет в «сидячий» поезд, во все карманы положили записки с московским и ленинградским адресами, сто раз договорились с ленинградскими друзьями, которые должны были встретить мальчика... А все равно страшно! Да и мальчик боялся. В последнюю минуту я снял с руки часы и отдал ему: смотри, когда эта стрелка дойдет до этой цифры, ты приедешь...

И отправили одного. А что делать?

А еще прежде, в пять лет, случилась такая история: мы снимали зимой дачу, и под полом ощенилась хозяйская собака. Хозяев не было. Маленький лаз под пол, только ребенку пролезть, а собака воет. Пустили маленького мальчика в темноту подполья, было страшно. Но полез, но вынес щенят!

И ведь не только жизнью ребенка приходится рисковать, но и судьбой.

В знакомой мне семье выросла девочка, ей шестнадцать лет, и она влюбилась, а парень кажется родителям негодным, опасным. С милицией знаком. Что делать? Скандалить — «не тот?» Кричать: «Рано тебе влюбляться!»? Запирать на замок? И так нельзя, и так нельзя, и каждый поступок — риск.

В нашей семье было: умерла от чумки овчарка Уран, и сын-десятиклассник перестал ходить в школу. Десятый класс — а он дома сидит. Неделю, вторую, третью, и ничего не поделаешь! Надо, чтобы он набрался сил переступить через себя и пойти в школу... Почти месяц дома сидел, и никто ему слова не сказал, никто не упрекнул, все понимали: не может человек. Хотя, признаться, это очень тяжело — видеть здорового парня на диване, да сутками. Но настал день, поднялся он, пошел в школу. Даром, конечно, прогул этот не прошел, школу окончил не блестяще, на вступительных экзаменах в вуз провалился — но зато потом, после флотской службы, стал учиться, и с увлечением.

Ужасный пример, не правда ли? А если бы не встал, не пошел в школу? А если бы так и не стал учиться? А если бы...

Что на это сказать? Риск! Воспитание без риска жизнью и судьбой невозможно.

Прежде, когда детей в семье было много и вдруг, к несчастью, с одним из них случалась беда, родители умирали от горя — но были у них и другие дети.

Теперь ребенок один. А вдруг что случится? Стоит парню или девушке задержаться — мама в обмороке, мама звонит в милицию, в «скорую помощь»... Мама с ума сходит! И когда девочка вернется наконец, то вместо того чтобы броситься обнимать ее и целовать — жива! здорова! невредима! — мама снимает шлепанец с ноги и по щеке, по щеке: «Ах ты мерзавка, ты почему заставляешь мать волноваться?»

Любовь — коварнейшее из чувств. Маме кажется, будто она любит дочь, ведь она боится за нее! Она жить без нее не может!

На самом деле она не любит. Она лишь боится. Страх за ребенка и любовь к ребенку не одно и то же, подобно тому как не одно и то же ревность и любовь. Да, не бывает любви без ревности, и не бывает любви к ребенку без страха за него. Любовь и страх — растения одного корня, но любовь поднимает любимого, а страх — давит.

Любовь — это «иди», а не «стой!». Так любящие матери провожали сыновей на фронт: «Иди, сын!» И любовью своей прибавляли сыну мужества.

А если мы воспитываем на фразах: «Ты же знаешь, как я за тебя боюсь», «Ну почему ты обо мне не думаешь», «Что же, мать волноваться за тебя должна?» — то ничего из этого путного не получается. Чуть что — вызывают маме «скорую». Но воспитание с помощью «скорой помощи» — самый отвратительный вид воспитания, спекуляция на чувствах ребенка, какое-то извращение.

Да, мы рискуем, мы боимся за детей, да, сердце наше полно страха: где он? что с ним? что с ним будет? — это все естественно, и глупо было бы говорить: «Не бойтесь». Мы боимся за детей и будем бояться, и не может мать не бояться, но воспитание требует риска, воспитание — дело мужественных людей.

Сколько мужества нужно, чтобы вырастить ребенка, — страшно подумать.



Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: