18+

Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Запах денег

Уничтожьте эксплуатацию - и человек заработает вдохновенно, с энтузиазмом, творчески

Глава 2. Мог ли Хрущев стать "новым русским"?
3. Первое явление доллара (продолжение)

Знаменитые экономисты Кондратьев, Юровский, Чаянов предложили использовать этих самых способных, самых трудолюбивых крестьян для хлебопашества на целинных землях, сдать им в долгосрочную аренду неосвоенные просторы, брошенные казахскими кочевниками. Наивные ученые не могли понять - Сталин не занимался сейчас экономикой...

Молотов и его комиссия разделили кулаков на три категории. Первая - "контрреволюционный кулацкий актив". Их - в лагеря или в отдаленные районы. Вторая категория - богатые кулаки. Их выселять в отдаленные бесплодные районы. Третья категория - владельцы менее мощных хозяйств. Их выселять за пределы колхозов.

Никто точно не знал, кого к какой категории причислить.

Как определить, кто кулак? Как отличить от них середняков? Несчастные зажиточные крестьяне оказались в полной зависимости от ГПУ, партийных властей и, главное - от злобной деревенской бедноты. Состоятельные крестьяне сами отдавали имущество в колхоз, умоляя не объявлять их кулаками. Но ленивая, пьяная крестьянская голытьба мстила: новые повелители были неумолимы.

"Раскулачивание идет при активном участии бедноты... Беднота большими группами ходит вместе с комиссиями и отбирает скот и имущество. По ночам по своей инициативе сторожат на дорогах при выезде из селений с целью задержания убегающих кулаков", - с удовлетворением писал в "Правде" И. Верейские, член ЦК и молотовской комиссии...

В секретных фондах хранились бесчисленные жестокие телеграммы. В северный край комиссия Молото-ва выселила 50 000 кулацких семейств. Крайком партии заявил, что он готов принять только 20 000: бараки (без тепла и света) были еще не готовы. Сталин отвечал: "ЦК не может согласиться с таким решением, опрокидывающим уже принятый партией план переселения"...

Во все крайкомы, обкомы Сибири летели телеграммы. И выполнялись его планы. Прямо в степь - в голодную пустоту, огражденную проволокой, разгружались вагоны с людьми...

Шли бесконечные поезда: в теплушках для скота везли крестьян. На крышах вагонов - прожектора, внутри - охрана с собаками...

Дети умирали в дороге, иногда матери убивали их сами, чтобы те не мучились...Уничтожался класс".

И пару лет спустя:

"Бывший мичман Федор Раскольников, герой революционного Кронштадта, ставший благополучным дипломатом, приехал на отдых в родную страну. Его жена описала свои впечатления: "Все продуктовые магазины пусты. Стоят только бочонки с капустой"... Но самое страшное ее поджидало на улице: "Однажды... у Никитских ворот я увидела появившегося как из-под земли крестьянина с женщиной, держащей на руках младенца. Двое постарше цеплялись за юбку матери. Было в этих людях поразившее меня выражение последнего отчаяния. Крестьянин снял шапку и задыхающимся, умоляющим голосом произнес: "Христа ради дайте что-нибудь, только побыстрее, а то увидят и нас заберут"... Ошеломленная жена знаменитого революционера спросила: "Чего вы боитесь, кто вас заберет?" - и высыпала все содержимое кошелька. Уходя, крестьянин сказал: "Вы тут ничего не знаете. Деревня помирает от голода".

Миллионы голодающих пытались бежать в город, но там хлеб продавали по карточкам только горожанам (и то не всем, а только "достойным!". - А. Б.). Высохшие, шатающиеся крестьяне приходили на окраины городов и умоляли дать им хлеба. Их увозила милиция или ГПУ".

Авторы статьи в "Большевике", несомненно, жили в городе, и все равно трудно допустить, что им ни разу не пришлось стать свидетелями сцен, подобных тем, которые описывает Радзинский. Но такова ослепляющая сила мифа: на глазной сетчатке запечатлевается одна визуальная информация, а в анализирующие структуры мозга поступает совсем другая. В их голосе звучит непритворное ликование. "Революция раскрепостила труд, в эксплуататорском строе являющийся трудом на враждебный класс. Социалистическая революция впервые в истории открыла перед массами возможность труда на себя, на свой собственный класс, на свое собственное государство, где господствующим классом является пролетариат... Отпали уродствующие условия классового общества, превращавшие естественную необходимость труда в постылое бремя, лишенное всякой привлекательности. В условиях социализма растет творческий энтузиазм масс. Выросла могучая армия строителей социализма, для которых социалистический труд стал делом чести, славы, доблести и геройства..."

Это - миф в кристально чистом, первородном звучании. Обратите внимание - никаких оговорок, никаких опошляющих его лучезарное сияние уточнений. Труд - естественная потребность. Заинтересованным, производительным, качественным его делает не личный, тем более не денежный интерес, как думали "идиоты" вроде Рихтера, а исключительно духовные побуждения. Честь, слава, доблесть, геройство - в психоаналитическом понимании, все они охватываются сферой "сверх-Я". При чем здесь какое-то вульгарное материальное стимулирование? В рамках мифа даже намек на него кажется неуместным. Как и на то, что трудовой энтузиазм может нуждаться еще в каком-нибудь начальственном понукании и контроле. Вспомним героинь Любови Орловой, Марины Ладыниной - актрис, сумевших идеально конкретизировать миф, перевести его из абстракции в конкретное психологическое измерение. В каких "рычагах" они нуждались? План? Да все их существо при первом звуке этого слова устремлялось к одной цели - перевыполнить! Начальству оставалось одно - устранять с их пути врагов. Да еще поражаться, поскольку даже при своем всеведении оно, начальство, не могло предугадать таких чудес производительности...

"Только в социалистической стране, где уничтожена эксплуатация и вырваны ее крепкие корни, где рабочий чувствует себя хозяином страны со всеми ее богатствами, могло зародиться великолепное движение стахановцев. Это движение показало во весь рост всему миру нового человека - творца социалистического строительства... Оно является мощным предвестником грядущего коммунизма, строя, при котором, по гениальному предвидению Маркса, широкой струей потекут все источники общественного богатства...

Колхозы и совхозы родили нового человека... Мастера социалистического сельского хозяйства представляют собой тип работников, чей труд все больше приближается к труду индустриальному... С огромным энтузиазмом стахановцы социалистических полей встретили сталинское задание дать в течение ближайших 3-4 лет 7-8 млрд пудов зерна. Выполнив это задание, наша страна станет первым производителем зерна в мире, самой богатой хлебом страной...

Чувство ответственности перед страной за качество выпускаемых изделий все больше внедряется в сознание рабочих масс. Выпустить плохого качества средства производства - значит подвести тот отряд пролетариата, который борется за социализм на смежном участке производства. Выпустить плохого качества предметы потребления - значит фактически сократить фонд "потребления своего собственного класса".

Вот еще один удар по идиотам-либералам, посылающий их прямо в нокаут: сакраментальная формула - "новый человек", огнеупорная защитная оболочка, предохраняющая миф от опасных для его целостности соприкосновений с действительностью. Вы замечаете какие-то несоответствия между реальным поведением людей и тем, каким оно должно быть согласно мифу? Извините, миф за это никакой ответственности не несет. Просто не закончен еще процесс перевоспитания, как с диковинной точностью тогда говорилось, перековки.

Еще раз перечитываю статью "Большевика". Звучит как песня! Думаю, что и по выписанным мною фрагментам это нетрудно заметить. Те же слова и словосочетания, которые вызывали у нас в 70-80-х годах скрежет зубовный, от которых за версту разило ложью, лицемерием и фальшью, здесь создают совершенно иной эффект.

Я не питаю излишних иллюзий. Авторы "Большевика" - не люди из толпы, спонтанно выплескивающие свои мысли. Их причастность к идеологическим штабам - вернейшее свидетельство того, что они не могли подходить к этой работе как к изложению собственных взглядов. Что сказать, как сказать, чего ни в коем случае не говорить - было известно до последней запятой. Функции журналистов сводились к Тому, чтобы транслировать это на широкую читательскую аудиторию. Но я имею в виду другое - подтекст, интонацию, эмоциональное излучение. Когда человек говорит, глаза, само звучание голоса выдают, насколько он искренен. За письменный текст легче спрятаться, но если довериться интуиции, все равно можно угадать, присутствует или нет в нем некая задняя мысль... "Нам нет преград ни в море, ни на суше"... Если бы авторы знаменитой песни не были сами переполнены этим настроением, а только исполняли заказ, то никакое знание законов стихосложения и гармонии их бы не спасло.

Выпустите птицу из клетки - и она запоет. Уничтожьте эксплуатацию - и человек заработает вдохновенно, с энтузиазмом, творчески. Не случайно в тексте 1934 года так часто мелькают образы, навеянные природой. Изобилие, льющееся широкой струей; богатство, бьющее ключом...

Эти метафоры напоминают о древнейшем происхождении коммунистического мифа, который не был бы так могуществен, так неотразимо обаятелен, если бы имел конкретных прародителей, создавших сколь угодно глубокомысленную политическую теорию. Волшебная сила его влияния объясняется тем, что он вобрал в себя целую систему архаических представлений, начиная с мифа об утраченном рае. Помните, конечно, "Три источника и три составные части марксизма"? В действительности источников четыре, и четвертому, неупомянутому, принадлежит решающая роль: это навсегда сохраняющаяся в бессознательном каждого человека блаженная память о наивысшем счастье - то есть о времени, проведенном в утробе матери. Вот откуда эти ассоциации со струями, ключами, потоками, ручьями и ручейками, часто встречавшиеся в партийной литературе, равнодушной к красотам стиля. В раю, кстати, тоже сладостно журчали ручьи и высоко били фонтаны...

В редакции 1934-го, тяжелейшего года коммунистический миф сохранял признаки кровного родства со сказкой, духоподъемную силу мечты о счастье, о братстве людей, о справедливости, в нем билась жилка веселого нетерпения. "Только 17 лет прошло после Великого Октября, а смотрите, сколько мы сделали, понастроили!" Мы - понятно кто: новые люди. К 60-м годам это мироощущение стало исчезать. Сказка улетучилась, мечта заменилась калькуляцией. "Распределение по потребностям". Новый человек превращался в химеру.

Автор одного из теоретических трудов этого периода - философ, доктор наук: высокий уровень его работы подтверждается грифом Академии наук на шмуцтитуле книги, изданной в 1966 году. Сверхзадача - укрепить ту самую защитную оболочку мифа, о которой я упоминал: объяснить, почему же так задерживается формирование нового человека. Революция совершилась уже почти полвека назад, все социальные условия для совершенствования человеческой природы давно созданы. Где же обещанный результат?

Продолжение следует...

 


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: