Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Что такое нация?

В первой части работы «Нация» Сталин рассматривает теорию вопроса.

Логично: прежде чем делать практические выводы и приступать к действиям, необходимо разработать модель, создать теоретическую базу.

Сразу же, заявляя о нации как об общности людей, Сталин заявляет, что «Общность эта не расовая и не племенная. Нынешняя итальянская нация образовалась из римлян, германцев, этрусков, греков, арабов и т.д. Французская нация сложилась из галлов, римлян, бриттов, германцев и т.д. То же самое нужно сказать об англичанах, немцах и прочих, сложившихся в нации из людей различных рас и племен.»

Означает ли это, что сталинское определение нации категорически не-биологическое, не «по крови»?

Нет, не значит. Обратите внимание: перечисляя племена, Сталин называет принадлежащие к одной крупной расе (есть нюанс с арабами, но семиты — это языковая группа, а не биологическая). Конечно, есть подробные классификации рас (местами существенно разные), но глобально есть именно белая, черная и желтая расы (иногда ещё выделяют красную, индейцев). Во Времена Французской революции те, кто ратовал за «свободу, равенство, братство» и подумать не могли, что в провозглашаемую ими французскую нацию войдут арабы и негры. Американцы, потомки эмигрантов из разных стран, которые вынуждены были принять французскую концепцию нации, также далеко не сразу уравняли в правах всех без разбора. Наглядно: негры не могли голосовать на выборах вплоть до 1965 года. «Только для белых» — это реалии Америки XX-го века, борец за права негров Лютер Кинг погиб в 1968 году.

Активная пропаганда определения нации «по гражданству», включению в «нацию» разных рас, началась приблизительно с середины прошлого века, даже с 60-х годов. До этого времени подобных мыслей не было. Поэтому из того, что Сталин не пишет в явном виде о нации как родстве по крови, не следует то, что по его мнению биологический (генетический) фактор не должен учитываться в определении нации. Наоборот: то, что происхождение не должно учитываться, могло просто не прийти в голову — слишком очевидно противоположное. В самом деле — разве при царе, в Российской Империи, путали русских с финнами или поляками? Не говоря уж об инорасовых подданых.

Вполне возможно, что определение вырабатывалось для того, чтобы не путать нацию с родом/племенем или, с другой стороны, населением страны и проч., — не забывайте, что Сталин был прежде всего практик, а его теоретические разработки никогда не были интеллигентскими умствованиями «как бы могло быть» или «как бы хорошо, если», а также «общими теориями всего». Задача же стояла вполне конкретная — организация национального вопроса в России, и опасность сепаратизма исходила именно от тех, кто определял свою национальность «по крови», а не российским гражданством.

Помимо уже указанных причин, вероятно, есть и ещё одна, совсем банальная. При всей эрудированности Сталина нельзя утверждать, что он знал все науки, не так ли? Как практика его, очевидно, больше интересовала политология, экономика и пр., чем антропология и генетика. Последняя к тому же находилась в самом начале развития. Сам термин «генетика» был введен Уильямом Бэтсоном в 1906 году, понятие гена появилось в 1909 году (у Вильгельма Йоханнсена). В России развитие генетика получила лишь с 30-х годов прошлого века.

Основоположником современной российской этнологии, пожалуй, можно считать С. М. Широкогорова, который в работе «Этнос: Исследование основных принципов изменения этнических и этнографических явлений» (Известия восточного ф-та Дальневосточн. ун-та (Шанхай). 1923. XVIII. т. I) писал: «Этнос есть группа людей, говорящих на одном языке, признающих свое единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых и освященных традицией и отличаемых ею от таковых других».

Вероятнее всего, Иосиф Виссарионович не ориентировался в биологическом подходе к расам и национальностям по очевидной причине — отсутствию в мире достаточной научной базы по теме. Работы же Гобино и т.д., помимо низкого уровня научности, были мало актуальны для России, поскольку основывались на «арийскости» и «нордичности» германцев. Сталина, думается, мало интересовали чужие мифы. Далее в этой же статье он упоминает «мистический и самодовлеющий национальный дух спиритуалистов», так что представление о таких теориях он имел, но он относился к ним как к очевидно не научным.

Таким образом, писать об очевидном «люди разных национальностей имеют разное происхождение», как и о «принадлежащие к одной национальности имеют общее происхождение» особых причин не было — это понимал даже неграмотный крестьянин. Научной же биологической (и психологической, социологической) базы, повторюсь, в то время ещё не было.

Ну и строго логически: если не утверждается, что нечто имеет место быть, это никоим образом не означает, что этого всенепременно нет.

Вернемся к рассуждениям Сталина.

Да, нация — не расовая общность (нации являются подмножеством рас) и не племенная (племя слишком мало, чтобы образовать нацию, нация — надплеменная общность). Но в той же статье, в том же рассуждении написано:

«С другой стороны, несомненно, что великие государства Кира или Александра не могли быть названы нациями, хотя и образовались они исторически, образовались из разных племен и рас. Это были не нации, а случайные и мало связанные конгломераты групп, распадавшиеся и объединявшиеся в зависимости от успехов или поражений того или иного завоевателя.

Итак, нация — не случайный и не эфемерный конгломерат, а устойчивая общность людей.

Но не всякая устойчивая общность создает нацию. Австрия и Россия — тоже устойчивые общности, однако, никто их не называет нациями.»

Важно: против «французской» концепции нации как синонима гражданства автор выступает в явном виде. Уже этого достаточно для того, чтобы понять, какая концепция национальности ближе Сталину, не так ли?

Далее в статье идет разбор факторов, составляющих ту самую общность нации. Давайте почитаем.

«Чем отличается общность национальная от общности государственной? Между прочим, тем, что национальная общность немыслима без общего языка, в то время как для государства общий язык необязателен. Чешская нация в Австрии и польская в России были бы невозможны без общего для каждой из них языка, между тем как целости России и Австрии не мешает существование внутри них целого ряда языков. Речь идет, конечно, о народно-разговорных языках, а не об официально-канцелярских.

Итак — общность языка, как одна из характерных черт нации.»

Обратите внимание — и здесь национальность самым явным образом отделяется от государственной принадлежности.

Первый фактор — общность языка.

Далее Сталин переходит к территории.

«Англичане и северо-американцы говорят на одном языке, и все-таки они не составляют одной нации. То же самое нужно сказать о норвежцах и датчанах, англичанах и ирландцах.

Но почему, например, англичане и северо-американцы не составляют одной нации, несмотря на общий язык?

Прежде всего потому, что они живут не совместно, а на разных территориях. Нация складывается только в результате длительных и регулярных общений, в результате совместной жизни людей из поколения в поколение. А длительная совместная жизнь невозможна без общей территории. Англичане и американцы раньше населяли одну территорию, Англию, и составляли одну нацию. Потом одна часть англичан выселилась из Англии на новую территорию, в Америку, и здесь, на новой территории, с течением времени, образовала новую северо-американскую нацию. Разные территории повели к образованию разных наций.»

Честно говоря, здесь Сталин несколько путается.

Норвежский язык и датский — это не одно и то же (хотя, конечно, они очень сходны). Ирландский язык существует (родственен шотландскому), другое дело, что сейчас его знают даже не все ирландцы.

Важно ли это в контексте наших рассуждений? Не очень.

Вспомните ситуацию с немецким языком: в пределах одной нации существует столько диалектов, что пришлось изобретать специально немецкий литературный язык — хохдойч. Но как-то не приходилось слышать, что немцы — это не одна нация. Подобные заявления всегда исходят от политики, а не науки (как сейчас, скажем, многие утверждают, что украинцы — это не русские).

Кстати, здесь представляет интерес «северо-американская нация» — Сталин явно говорит не об «американской нации» по современным меркам (nation — это и народ, и нация, и государство, и страна), а о том, что белые англо-саксонские протестанты (W.A.S.P.) отделились от своей нации, и переселились достаточно далеко, чтобы обособиться, стать схожей, но иной нацией.

Я бы добавил, что имеет значение не просто «другая территория», а именно что территориальное разделение, значительное расстояние между группами, когда затруднено общение и культурное взаимодействие.

Итак, второй фактор — общность территории.

Третьим фактором Сталин выделяет экономический.

«…нужна, кроме того, внутренняя экономическая связь, объединяющая отдельные части нации в одно целое. Между Англией и Северной Америкой нет такой связи, и потому они составляют две различные нации. Но и сами северо-американцы не заслуживали бы названия нации, если бы отдельные уголки Северной Америки не были связаны между собой в экономическое целое благодаря разделению труда между ними, развитию путей сообщения и т.д.

Взять хотя бы грузин. Грузины дореформенных времен жили на общей территории и говорили на одном языке, тем не менее они не составляли, строго говорят одной нации, ибо они, разбитые на целый ряд оторванных друг от друга княжеств, не могли жить общей экономической жизнью, веками вели между собой войны и разоряли друг друга, натравливая друг на друга персов и турок. Эфемерное и случайное объединение княжеств, которое иногда удавалось провести какому-нибудь удачнику-царю, в лучшем случае захватывало лишь поверхностно-административную сферу, быстро разбиваясь о капризы князей и равнодушие крестьян. Да иначе и не могло быть при экономической раздробленности Грузии... Грузия, как нация, появилась лишь во второй половине XIX века, когда падение крепостничества и рост экономической жизни страны, развитие путей сообщения и возникновение капитализма установили разделение труда между областями Грузии, вконец расшатали хозяйственную замкнутость княжеств и связали их в одно целое».

Добавлю от себя: экономический рост и проч. во второй половине XIX века произошел именно как следствие присоединение Грузии к Русской Империи в начале века, что защитило грузин от постоянных нападений Ирана и Турции, а также уменьшило междоусобицы.

Важен ли этот фактор для определения нации? Важен, так как возможно проживание на одной территории различных национальностей. Правда, мне как-то не приходит в голову случай «на одной территории с общим языком», но ситуация осложняется тем, что многие малые национальности в современности не сохраняют свои языки, и общаются даже между собой на языке большой нации, которой принадлежит территория. Этот феномен обусловлен ещё и тем, что современный язык стремительно развивается, и в «малых» языках попросту не существует слов, соответствующим современным понятиям науки, техники и др., их приходится заимствовать.

Для того, чтобы язык сохранялся, по мнению лингвистов, требуется около 100 тысяч его носителей. В настоящее время насчитывается чуть 400 языков, которые считаются исчезающими.

С другой стороны, почему выделяется именно экономический фактор?

Чуть далее Сталин пишет о том, что «Нации отличаются друг от друга не только по условиям их жизни, но и по духовному облику, выражающемуся в особенностях национальной культуры …“национальный характер” не представляет нечто раз навсегда данное, а изменяется вместе с условиями жизни, но, поскольку он существует в каждый данный момент, — он накладывает на физиономию нации свою печать.», а также заявляет психический склад четвертым фактором, характеризующим нацию.

С моей точки зрения, культурный и психический факторы лучше было бы разделить, но это не так уж важно.

Экономический фактор Сталин выделяет, на мой взгляд, как следствие догмы марксизма «все завязано на экономику». На самом же деле экономические связи даже в мире, современном Сталину, уже были достаточно глобалистскими, а не ограничивались нацией. Общность экономических связей подразумевает и общность культурных связей.

Однако степень общности в этих областях — понятие растяжимое, и точной границы поставить нельзя. Можно сказать проще: нация обладает экономической общностью, но экономическая общность не означает наличия нации.

Дополнительно замечу, что здесь в неявном виде Сталин отмечает разницу между нацией и национальностью.

В паре нация/национальность в первом случае речь идет об общности людей, а во втором о свойствах, характеристике людей. Можно иметь ту или иную национальность, но при этом не принадлежать ни к какой нации, а лишь к народу, народности, племени и т.д.  Причина путаницы тут в том, что «расово-антропологический подход в понимании нации глубоко заложен в общественном сознании людей, на бытовом уровне, где, как правило, отождествляются понятия ”нация” и “национальность”». (Оль П. А., Ромашов Р. А. Нация. (Генезис понятия и вопросы правосубъектности). — СПб, Изд-во Юридического ин-та, 2002.)

Далеко не каждая национальность образует нацию. Национальность — это этническая принадлежность, можно принадлежать к какому-нибудь племени, которого сохранилось-то меньше сотни человек. А нация — куда более крупная общность, обладающая свойствами, помимо этнических (скажем, нация обязательно обладает своей культурой, мелкий же этнос может давно её утерять, да и своим языком уже не пользоваться, и т.д.). Именно поэтому Сталин пишет, что до своего объединения грузины по национальности были, а вот грузинской нации — ещё нет.

Весьма важное рассуждение, но Сталин его не развивает. Вероятнее всего, по тем же причинам: не существенно, настроения сепаратизма одолевают нацию или национальность, меры надо принимать одни и те же, а выяснять «кто дорос до нации, а кто нет» — мягко говоря, не актуально.

Окончательно сформулировал Сталин свое знаменитое определение нации следующим образом:

«Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры.

Необходимо подчеркнуть, что ни один из указанных признаков, взятый в отдельности, недостаточен для определения нации. Более того: достаточно отсутствия хотя бы одного из этих признаков, чтобы нация перестала быть нацией.

Можно представить людей с общим “национальным характером” и все-таки нельзя сказать, что они составляют одну нацию, если они экономически разобщены, живут на разных территориях, говорят на разных языках и т.д. Таковы, например, русские, галицийские, американские, грузинские и горские евреи, не составляющие, по нашему мнению, единой нации.

Можно представить людей с общностью территории и экономической жизни, и все-таки они не составят одной нации без общности языка и “национального характера”. Таковы, например, немцы и латыши в Прибалтийском крае.

Наконец, норвежцы и датчане говорят на одном языке, но они не составляют одной нации в силу отсутствия других признаков.

Только наличие всех признаков, взятых вместе, дает вам нацию».

А теперь — главное в определении, ставшим, образно говоря, каноническим.

Попробуйте представить себе нацию согласно этому определению, которая возникла НЕ на основе общего происхождения.

Как может возникнуть устойчивая общность людей, говорящих на одном (родном для них) языке, проживающих на одной территории, имеющих общую экономику, психический склад и культуру? Исключительно на почве общего происхождения.

В самом деле — не может же быть, чтобы случайно некая масса народа заранее (с рождения!) выучила один и тот же язык, выросла в одинаковой культуре, обладала сходным психическим складом, а потом неожиданно так съехалась на одну территорию и организовала там общею экономику?

Все перечисленные Сталиным факторы взаимосвязаны и образуют систему: они все необходимы, а их совокупность обладает свойствами, которыми не обладает ни один элемент в отдельности.

Новое свойство — это синергетическая устойчивость нации как общности, из чего следует все остальное. Конечно, нации и зарождаются, и исчезают, но они являются именно стабильными группами, в отличие от просто «говорящих на одном языке» или «живущих в одной местности».

Общность возникает именно по причине «резонанса» факторов.

Язык влияет на культуру (и наоборот), психический склад и культура также взаимосвязаны. Понятно, что легкость общения (по сравнению с иноязычными и инокультурными индивидами и группами) способствует образованию экономических связей и предпочтительности совместного поселения.

Представители же других наций будут либо ассимилироваться, либо четко и последовательно отделять себя от национального большинства — причем как раз путем использования своего языка, поддержки своей культуры в своей среде, а также — экономических связей между своими (диаспоры), для чего часто используется компактное поселение.

Таким образом, критерии, сформулированные Сталиным, действуют как для нации «на своей вотчине», так и для нации, которая образует диаспоры на чужой территории; все критерии взаимосвязаны, необходимы и образуют систему — устойчивую общность.

Общность же происхождения не внесена в список критериев, но неявно следует из таковых, являясь, таким образом, лишней в формулировке. В том числе и потому, что в те времена никто и помыслить не мог о «мультирасовых нациях».

В современности общность биологического фактора выяснена научно и является актуальной темой, но для своего времени обсуждаемая статья написана максимально научно и содержит все необходимое для правильного понимания вопроса.

Источинк

98


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: