Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Реабилитация

… Столько народу погибло по разным
обстоятельствам, а даровитейшие по
жестокости Вождя! — мы, немногие
уцелевшие, пережили не только себя, но
и других: ведь из нашей жизни
исторгнуто столько лет, в течение
которых молодые молча дошли
до старости, а старики почти до самых
границ человеческого возраста.

Т а ц и т. Жизнь Агриколы,


Посмертный пересмотр дела

В 1956 году Светлова вызвали в МГБ в связи с посмертным пересмотром дела одного из поэтов (кажется, Павла Васильева). Следователь спросил:
— Знали ли вы этого поэта? Что вы можете о нем сказать?
— Знал. Он был хорошим поэтом и настоящим коммунистом.
— Как? Ведь он же был троцкистом и за это посажен.
— Нет, это я был троцкистом, — сказал Светлов. — А он был настоящим коммунистом.

Следователь растерялся, попросил у Светлова пропуск, подписал его и сказал — идите, идите…

Последняя сказка

Теоретик ЛЕФа Сергей Михайлович Третьяков, очень цельный, революционно настроенный человек происходил из. Друг Маяковского и Асеева, он всегда высмеивал их пристрастие к карточной игре. В 1937 году Третьяков был арестован, а в 1939 выбросился в проем тюремной лестницы. В 1956 году Асеева вызвали в высшие судебные инстанции, где шел пересмотр приговора, вынесенного Третьякову. В его деле не оказалось никаких обвинений, доносов, свидетельских показаний, кроме свидетельства самого Третьякова о том, что он был сыном и наследником богатейшего помещика и проиграл все наследственные богатства в карты. После этого он завербовался в иностранные шпионы. Это была последняя сказка, сочиненная писателем.

Третьяков специально сочинял нелепицу, понимая, что он погибает, и оставляя доказательство своей невиновности.

История Аграновой, рассказанная Демченко

Она пришла в камеру в тапочках и спальном халате.

Неделю плакала и молчала. Когда она лежа плакала, прекрасные глаза ее переполнялись слезами, как чаши и слезы бежали через край, но лицо не набухало, а глаза не краснели. Она оставалась прекрасна даже в несчастье. Наконец она заговорила и рассказала свою историю одной из соседок по камере — Демченко.

Она полячка. В гражданскую войну пришла в Россию с армией, помогавшей восставшим крестьянам Галиции. Муж был одним из руководителей этой армии. В начале 30-х годов его по навету расстреляли как польского шпиона. А через год она полюбила Агранова. Он в прошлом был одним из работников секретариата Ленина, позже стал крупным работником ЧК, потом заместителем наркома внутренних дел. В 37 году его арестовали. Уходя, он улыбался и успокаивал ее: это ошибка, разберутся — вернусь. Через несколько дней ей сказали, что она нужна очень срочно и всего на какой-нибудь час, что дело идет о судьбе ее мужа, и она, не одеваясь, в халате и тапочках поехала в тюрьму. Допрос длился сутки. У нее пытались добиться признания в том, что ее муж шпион. Она мужественно переносила мучения. О ее красивое бархатное тело следователь гасил папиросы. Она плакала, но не соглашалась подписать фальшивку.

Наконец ее повели к высшим чинам инквизиции. Войдя в комнату, она увидела нескольких человек, и главный из них показался ей знакомым. Она плохо отдавала себе отчет в происходящем и находилась в полузабытьи. На сей раз с ней обращались предупредительно, выражали сочувствие и обещали помочь в несчастье. Ее просили соблюсти лишь пустяковые формальности и подписать какие-то малозначащие бумаги. Все было полно сочувствия и сердечности, и она вдруг узнала в начальнике товарища ее мужа, одного из высших офицеров НКВД, который часто бывал у них дома. Со слезами радости она бросилась к нему.

Начальник оказался в неловком положении': в присутствии низших чинов такое излияние чувств со стороны подследственной. Он резко оттолкнул женщину, так что она ударилась головой о стену. От сочувствия и уговоров командир перешел к избиению, требуя, чтобы она призналась, что ее муж шпион. Но любовь была источником колоссальной духовной силы этой женщины: она ничего не подписывала.

На следующем допросе инквизиторы решили превратить ее силу в слабость и сменили тактику. Ей было сказано, что ее муж пострадал из-за нее. У нее темное прошлое: первый муж расстрелян, и она сама — полячка — подозревается в шпионаже. Если она возьмет всю вину на себя, Агранов будет освобожден. В протоколе она может даже подчеркнуть, что он ничего не знал о ее деятельности. Это были поэты своего дела. Они сочинили целую криминальную Илиаду с абсолютно достоверными деталями и подробностями: назывались лица и города, квартиры и пароли в Москве и в Варшаве. И все эти мифы она подписала и во имя любви к мужу оклеветала себя. Ее поместили в камеру, где неделю она плакала, ничего не ела и думала. Наконец, поделилась с Демченко своими опасениями, правильно ли она сделала?

Демченко, бывший директор Партиздата Украины и жена крупного государственного и партийного деятеля, политические проблемы понимала и очень осторожно объяснила Аграновой, что ее обманули: оговорив себя, она не только не спасла мужа, но и усугубила его положение. Получилось, что он — заместитель наркома — спас свою жену во время ареста ее первого мужа и, зная о ее «деятельности» (а по логике следственных органов он не мог не знать), молчал.

И тогда в истерзанной душе любящей женщины вновь проснулись силы. Она бросилась к железной двери и начала бить в нее кулаками, ногами, головой. Казалось, по тихим коридорам тюрьмы загудел набат. Она требовала, чтобы ей вернули подписанный ею протокол.

Это обман, — кричала она. Ее увели. Часа через два избитую, в бессознательном состоянии приволокли в камеру. Когда к ней вернулись чувства, она опять бросилась к двери, и опять загудел набат. Все повторилось, ее опять принесли избитую, и она пролежала без сознания долгие часы, но прийдя в сознание, начала все сначала.

Демченко увели из камеры через неделю и услали по этапу. И всю эту неделю с перерывами, которые нужны человеку для того, чтобы очнуться от побоев, в тюрьме гудел набат и раздавались требования вернуть протокол.

Демченко уносила с собой платочек, подаренный ей Аграновой. "Это будет ваш талисман, — веще говорила Агранова, как могут говорить люди, находящиеся на пределе нервного напряжения. — Он охранит вас. Все мы, сидящие в этой камере, погибнем. Но вы должны жить и восстановить правду: рассказать людям, что и я, и мой муж ни в чем не повинны… Храните этот платочек, и он будет хранить вас. А в нем будет жить память обо мне". Это было наивное суеверие и сентиментальное ребячество обреченной.

Демченко унесла на десять лет в ссылку этот платочек. В 1946 году ее выпустили. Она жила в Запорожье, у хозяйки-украинки, которой рассказала эту историю. Когда в 1947-м ее вновь арестовали, то хозяйка первым делом передала ей в тюрьму платочек-талисман.

В 1954 году началась реабилитация. Муж Демченко еще до того, как стал наркомом, был секретарем Киевского обкома, и Хрущев работал у него инструктором. Он бывал дома у Демченко и хорошо знал его жену. После смерти Сталина она написала Хрущеву письмо.

По его распоряжению ее дело было срочно рассмотрено, и она была реабилитирована. Ее принял Хрущев и вернул ей партбилет. Они долго разговаривали. Хрущев сказал: "Да, жалко многих хороших людей, которые безвинно погибли", — и он перечислил нескольких людей, которых Демченко хорошо знала. И тут вдруг Хрущев вспомнил еще одного человека: "Яркая была личность Агранов. Вы его, наверное, не знали. Тоже погиб". Это была почти мистическая случайность — из незнакомых Демченко людей был назван только один, и это был муж ее несчастной соседки по камере. Когда Демченко шла на прием, у нее и в мыслях не было рассказать об Аграновой. Есть дела поважней: сын Демченко — Николай — еще не был реабилитирован…

Но когда было упомянуто это имя, она уже не могла молчать и рассказала всю историю бывшей соседки по камере. Генеральный секретарь ЦК скорбно слушал печальную повесть о коммунисте и его жене, погибших в тюрьме страны коммунистов.

Весь ужас в том, что на эту трагическую историю ложится черная тень: в соответствии с духом эпохи, независимо от добрых или недобрых качеств и намерений Агранова его должность и род занятий предполагали участие в кровавом глумлении над людьми. Он палач, погибший от рук других палачей.

Ликвидация лагеря

После 1956 года лагерь ликвидировали. Возникло много трудных проблем. Кто будет заготавливать лес вместо заключенных?

Куда деть армию охранников? Что делать со сторожевыми собаками?

Как ни сложно ломать устоявшийся строй жизни, но постепенно все входит в свою колею. Собак, например, роздали местному населению. Великолепные волкодавы хорошо прижились у новых хозяев. Но прошлое не уходит из жизни бесследно. Оно таится, ждет своего срока и выходит наружу самым неожиданным образом. В первый же праздник 1 Мая, когда нарядно одетые люди вышли на демонстрацию, во всем городе и в его окрестностях все волкодавы сорвались с цепей. Они выстроились вдоль колонн и спокойно сопровождали демонстрантов до трибун с местными властями. Псов невозможно было отогнать от колонн никакой силой. А когда демонстрация закончилась и люди попытались разойтись, собаки стали свирепо бросаться на них и снова загонять в колонны.

Почетное прозвище

В Баку азербайджанца, посадившего в сталинское время своего отца, зовут Павлик Морозов.

Цепочка

Посадили Репку. Дедку за Репку. Бабку за Дедку. Дочку за Бабку. Внучку за Дочку. Жучку за Внучку. Кошку за Жучку. Мышку за Кошку… Так вот Мышку во времена оттепели реабилитировали.

Мартиролог

Предания связывают со Сталиным смерть ряда известных и видных деятелей: Фрунзе (25 г.), Дзержинского (26 г.), академика Бехтерева (27 г.), Аллилуевой (33 г.), Кирова (34 г.), Куйбышева, Анри Барбюса, академика Павлова (35 г.), Горького (36 г.), Крупской, Раскольникова (39 г.), Троцкого (40 г.), Жданова (48 г.), Димитрова (49 г.).

Все ли они были убиты Сталиным, проверить трудно, но и не учитывать предания нельзя.

Юрий Борев, "Сталиниада"

99


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: