Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Люди в штатском и в мундирах

Продолжение

За всей армией поселенцев, пусть хилой и больной, надо было следить, или, выражаясь языком правоохранительных органов тех лет «Окарауливать». Штат комендатуры был невелик, но все они прошли проверку НКВД, а некоторые просто состояли там на службе. Вся служебная переписка велась через районный отдел НКВД. Использовались агентурные донесения.

Из агентурного донесения. Источник – Николаев.

«Источник зашел в квартиру Грибановой Арины и спросил её, как он живёт. Тогда она отвечает: «Живу плохо, и вообще при этой власти жить трудно… Видно не переживёшь советскую власть, а как хочется пожить как раньше».

Такое донесение и ряд подобных послужило тому, что на Арину Грибанову в РОНКВД завели учетное дело «по окраске антисоветчик», дальнейшая её судьба неизвестна.

Эти закулисные манёвры спецпоселенцам были неведомы. «По ту сторону баррикады» они видели других людей- охранников спецкомендатуры.

Вот что рассказал нам один из них.

- Кулай мы организовали, ребятами из нашей группы. Не я лично, я был просто стрелок… Перед самой отставкой нам пришла шифровка - прибыть на место в такой–то квадрат. Зачем, что - никто не объяснял. Ну, старший, Масалов, комендант ОГПУ, конечно знал. А нам не говорили. Саша Коротков – мы с ним в комсомоле были – уполномоченный ОГПУ назначен. Ещё с нами отправился наёмный радист, его рекомендовал спецначальник ОГПУ, ещё несколько человек. Дали нам проводников, отправились. Куда и зачем – не знаем.

В начале марта 1930 года добрались до места, там никого ещё не было. Потом приказали встречать обоз, подготовить складские помещения.

В марте 30-го пришла первая партия кулаков, сколько точно не помню. Две недели жили прямо на снегу. Большие костры жгли. Целый день топим, топим. На ночь рассчитали, клали хвою, полушубки - тепло было, не замерзали. Снег- то в тайге глубокий, метра два и ветра нет. Сделали просеки, стали сооружать шалаши. На ночь выставляли «секреты».

Первым комендантом на Кулае стал Масалов, а уполномоченным ОГПУ – Саша Коротков.

Везли на Кулай со всех районов. Казахи приехали, привезли с собой юрты. У них и печки были. Постелют кошму – тепло… Масалов приказал мужчинам делать общие шалаши, а женщин с малыми и грудными детьми поселили в юрты. К весне стали строить дома. Кулаки, везли с собой какие – то припасы. Летом мы выдавали им одну пшеницу – норму, правда, не помню. Стали знакомиться между собой. Я помню одного ссыльного, у него была непростая история. Он бывший штаб-капитан царской армии, перешёл к красным. В органах ЧК работал. Потом стал учителем в школе и как бывший офицер оказался зачислен в кулаки. Я его и потом в Омске встречал.

При мне освободили одного мужчину. Он был сослан за эксплуатацию чужого труда. А если разобраться… Был у него годовалый ребёнок, жену увезли в Тарскую больницу. Подошло время сеять, вот восьмилетняя девчонка сидела с его ребёнком.… Много было такого. Ужас там был. Бежали оттуда, конечно. В основном молодежь. Но болота… Вот меня самого отправили с пакетом в Тару, дали проводника. Он один дорогу знал. Весной, когда растаяло, расставил там вешки. Три километра болот мы шли четыре часа. А люди дороги не знали, тонули в болотах. Я сам то руку, то ногу, торчащую из трясины видел.

Перед болотами были латышские и эстонские хутора. В одном из них был склад боеприпасов и продуктов. Оттуда все и возили.

Пришел однажды к нам человек и сказал, что нас, охрану, разоружить хотят. Разоружить могли свободно – отряд был небольшой. Если бы вся масса напала… А эти трое вооруженных, что из-за болот пришли, хотели всю массу поднять. Коротков принял меры к розыску, но не нашли. Коротков, кстати, потом и стал комендантом, а Масалова отозвали в Омск, комендантом окротдела ОГПУ. Знаю, что потом в Новосибирске он был расстрелян, как враг народа.

За Кулай нам потом выдали большие деньги – с марта по сентябрь заплатали … Что уж там дальше происходило, не знаю, нас сменила милиция.

Для того, чтобы охрану слушались, надо было, чтобы ее боялись. А как не бояться человека, у которого в руках оружие и неограниченная власть. Были в охране и люди более-менее лояльные, и лютые звери. К последним, говорят, принадлежал комендант по фамилии Канабейский. Лютовал и он, и его подручные. Даже комиссия отмечала, что охранники били спецпоселенцев, отбирали у них продукты, вещи и даже собранную клюкву, которой здесь немеренно.

Из рассказа очевидцев:

Жил на Кулае человек по имени Тымбра. Уже ссылка давно закончилась. 70-е годы на дворе, жена перебралась в близлежащее село, а он с обжитого места не уходит. Последний житель Кулая. Утром жена прибежит, сена корове накосит, завтрак и обед сготовти. Тымбра, говорят, был ленивый.

Однажды прилетел к Тымбре вертолет, вышли из него три человека, поставили на стол коньяк, порезали копченой колбаски, которой мужик сроду не пробовал. Тымбра доволен: не бьют – хорошо, угощают – тоже неплохо. Выпили, закусили. Попросили Тымбру о Кулае рассказать. Тот все выложил. Прошло какое-то время – к Тымбре опять гости на вертолете, мужик спешит довольный навстречу – сейчас угощать будут. Угостили. Пинками. Затащили в вертолет и доставили прямиком в Тарскую тюрьму, рассказывай, мол, кто к тебе прилетал да чего хотели. Отдубастили и так напугали, что Тымбра, не помня себя, до Кулая на своих двоих пулей долетел. Спустя много лет после окончания ссылки люди боялись самого упоминания слова «Кулай».

131

Комментарии

Пока никто не комментировал. Вы можете стать первым.


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: