Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Разрушение диктатуры

Приезд на сталинскую дачу врачей утром 2 марта 1953 г. ознаменовал кардинальный поворот ситуации. Это было признание смертельной опасности, нависшей над вождем. Врачи подтвердили худшее. Сталин перенес инсульт и действительно находился при смерти. Впервые за долгие десятилетия и при этом совершенно неожиданно в СССР встал вопрос о переходе высшей власти в новые руки.

Подобно Ленину, Сталин не создал упорядоченных механизмов передачи власти. Более того, он всеми способами препятствовал появлению потенциальных наследников и навязывал соратникам комплекс политической неполноценности. Сосредоточив в своих руках решение всех принципиальных вопросов, Сталин искусственно ограничивал компетенцию и осведомленность членов Политбюро теми сферами, за которые они непосредственно отвечали. Движимый жаждой власти, политическим эгоизмом и старческой ревностью, советский диктатор фактически действовал по принципу «после меня хоть потоп».

Можно только удивляться, с какой легкостью наследники Сталина сумели преодолеть критический рубеж междуцарствия. Плавности перехода способствовали несколько факторов. Еще при Сталине его соратники приобрели определенные навыки самостоятельности и коллективного руководства. Каждый из них курировал работу определенного звена партийно-государственного аппарата. Нередко собираясь вместе без Сталина, они коллективно решали вопросы оперативного управления. Особенно активно заседали коллегиальные структуры Совета министров. Формально Сталин возглавлял эти органы, но никогда не принимал участие в их работе. Коллегиально и без Сталина действовало Политбюро в периоды длительных сталинских отпусков. Сплоченности сталинских соратников способствовал общий страх перед диктатором. Соперничая за близость к вождю и его благосклонность, они опасались разжигать сталинскую ярость и непредсказуемость, поддерживали равновесие в руководящей группе. Как показало «ленинградское дело», каждый мог стать следующим. Инстинкт личного самосохранения своеобразно переплетался с ведомственными интересами и осознанием угроз, нависших над системой. Поскольку советские лидеры изо дня в день сталкивались с реальными трудностями, они лучше, чем Сталин, осознавали необходимость изменений. На этой почве складывалась их неформальная программа. Ее реализации мешал только Сталин. В общем, в рамках сталинской диктатуры постепенно и неумолимо вызревали предпосылки олигархической системы власти. Как реальная сила олигархия заявила о себе уже в первые дни смертельной болезни Сталина.

2 марта в 10 часов 40 минут утра в кремлевском кабинете Сталина впервые за многие годы в отсутствие хозяина собралось официальное заседание Бюро Президиума ЦК КПСС. Помимо всех членов Бюро (кроме Сталина), в кабинете присутствовали Молотов, Микоян, председатель Верховного Совета СССР Н. М. Шверник, председатель Комиссии партийного контроля М. Ф. Шкирятов, начальник Лечебно-санитарного управления Кремля И. И. Куперин и врач-невропатолог Р. А. Ткачев. На встрече в течение 20 минут рассматривался один вопрос: «Заключение врачебного консилиума об имевшем место 2 марта у товарища Сталина И. В. кровоизлиянии в мозг и тяжелом состоянии в связи с этим его здоровья». Бюро утвердило диагноз врачей и установило порядок дежурств при вожде. Важно подчеркнуть, что на заседание были приглашены опальные Молотов и Микоян, формально изгнанные Сталиным из Бюро Президиума ЦК. Соратники Сталина явно демонстрировали неподчинение воле вождя и стремление восстановить прежнее коллективное руководство. Это был естественный и разумный шаг, направленный на поддержание единства в кризисной ситуации. Уверенные в необратимости болезни Сталина, советские лидеры приступили к изменению созданной им системы высшей власти.

Вечером в 20 часов 25 минут новоиспеченные олигархи собрались в кабинете Сталина на новое заседание Бюро Президиума в том же составе. По докладам руководителей медицинских ведомств рассматривался вопрос «О состоянии здоровья товарища Сталина И. В. на вечер 2 марта». Ситуация с каждым часом становилась более очевидной – Сталин долго не проживет. Врач А. Л. Мясников вспоминал:

Третьего [марта] утром консилиум должен был дать ответ на вопрос Маленкова о прогнозе. Ответ наш мог быть только отрицательным: смерть неизбежна. Маленков дал нам понять, что он ожидал такого заключения, но тут же заявил, что он надеется, что медицинские мероприятия смогут если не сохранить жизнь, то продлить ее на достаточный срок. Мы поняли, что речь идет о необходимом фоне для подготовки организации новой власти, а вместе с тем и общественного мнения.

Действительно, судя по документам, утром 3 марта советские лидеры окончательно определились со своими планами, основанными на том, что выздоровление Сталина исключено. В 12 часов дня они собрались на очередную встречу. Врачей на этот раз не приглашали. Все было ясно. На заседании приняли решение принципиального характера – сообщить о болезни Сталина в печати, а также собрать пленум ЦК КПСС. Намерение созвать пленум свидетельствовало о подготовке передачи власти. Однако вопрос о конфигурации нового руководства оставался некоторое время открытым. Выработку конкретных предложений взяли на себя Маленков и Берия. Времени для этого у них было достаточно. Члены бюро Президиума, разбившись по двойкам, дежурили на даче Сталина. Маленков дежурил вместе с Берией, Хрущев – с Булганиным. В ходе многочасовых дежурств можно было обсудить все что угодно. 4 марта все определилось окончательно. С утра в газетах опубликовали первое официальное сообщение о болезни Сталина. Это означало, что надежд на выздоровление нет и остается только постепенно приучать страну и мир к новой ситуации. 4 марта Берия и Маленков подготовили предложения о реорганизации высших эшелонов власти, которые затем были обсуждены высшими лицами, включая Молотова и Микояна. Соответствующие записи, датированные 4 марта, были изъяты из сейфа помощника Маленкова в 1956 г. Пока мы не знаем, что именно содержалось в этом первоначальном проекте. Однако можно утверждать, что он намечал те основные решения, которые были приняты официально на следующий день, 5 марта.

Наследники полностью разрушили властную конструкцию, которую строил Сталин в последние месяцы своей жизни. Расширенный Президиум ЦК, созданный в октябре 1952 г. по требованию Сталина, ликвидировали при помощи простого бюрократического приема. Бюро Президиума ЦК, дополненное Молотовым и Микояном, объявили новым Президиумом. Молодые сталинские выдвиженцы, назначенные им в состав широкого Президиума, оказались за бортом высшей власти. Фактически этот переворот означал формирование коллективного руководства в составе старого Политбюро ЦК, хотя и под новым названием. Сталинский пост председателя Совета министров СССР отдали Маленкову. Это, однако, не означало, что Маленков становился наследником Сталина и обладал его правами. Новая система власти была выстроена по принципу многочисленных противовесов, призванных обезопасить олигархов от появления нового тирана. В отличие от Сталина, Маленков не получил одновременно пост секретаря ЦК КПСС. Руководство аппаратом ЦК было поручено Хрущеву. Первыми заместителями Маленкова назначались фигуры, равновеликие ему по номенклатурному авторитету, – Берия, Молотов, Булганин, Каганович. Новые кадровые перестановки были вполне сбалансированы и удовлетворяли интересы всех членов высшего руководства. Никто из участников тех событий не упоминал о каких-либо разногласиях и спорах.

Формальное утверждение согласованных решений олигархи вынесли на совместное заседание пленума ЦК КПСС, Совета министров СССР и Президиума Верховного Совета СССР 5 марта 1953 г. Высшие советские сановники собирались в одном из залов Большого Кремлевского дворца. Участник церемонии писатель К. М. Симонов так описывал особую атмосферу, царившую в Кремле:

Я пришел задолго до назначенного времени, минут за сорок, но в зале собралось уже больше половины участников, а спустя десять минут пришли все. Может быть, только два или три человека появились меньше чем за полчаса до начала. И вот несколько сот людей, среди которых почти все были знакомы друг с другом […] сидели совершенно молча, ожидая начала. Сидели рядом, касаясь друг друга плечами, видели друг друга, но никто никому не говорил ни одного слова […] До самого начала в зале стояла такая тишина, что, не пробыв сорок минут сам в этой тишине, я бы никогда не поверил, что могут так молчать триста тесно сидящих рядом друг с другом людей.

Потом появились члены фактически уже образованного нового Президиума ЦК. Все мероприятие заняло только 40 минут – с 20 часов до 20 часов 40 минут. Заранее согласованные верхушкой решения, как обычно, были послушно утверждены. Фактор умирающего Сталина нейтрализовали просто и даже изящно. Лишив Сталина руководящих постов председателя правительства и секретаря ЦК, его формально включили в состав нового Президиума ЦК. Отныне политическая судьба Сталина и полное освобождение его соратников из-под власти тирана были предрешены окончательно, что бы ни случилось с его физическим существованием. Эту атмосферу также запомнил Симонов: «Было такое ощущение, что вот там, в президиуме, люди освободились от чего-то давившего на них, связывавшего их. Они были какие-то распеленатые, что ли».

Сталин лишь на час пережил формальное лишение власти. В 21 час 50 минут он скончался. Сталин умирал мучительно, словно подтверждая ту народную мудрость, что легкая смерть дается только праведникам. Дочь Сталина Светлана, все последние дни находившаяся при отце, вспоминала:

Агония была страшной. Она душила его у всех на глазах. В какой-то момент – не знаю, так ли на самом деле, но так казалось, – очевидно, в последнюю уже минуту он вдруг открыл глаза и обвел ими всех, кто стоял вокруг. Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью и перед незнакомыми лицами врачей, склонившихся над ним. Взгляд этот обошел всех в какую-то долю минуты. И тут – это было непонятно и страшно, я до сих пор не понимаю, но не могу забыть, – тут он поднял вдруг кверху левую руку (которая двигалась) и не то указал ею куда-то наверх, не то погрозил всем нам. Жест был непонятен, но угрожающ, и неизвестно к кому и к чему он относился… В следующий момент душа, сделав последнее усилие, вырвалась из тела.

Соратники провели рядом с умершим Сталиным немного времени. В 22 часа 25 минут, т. е. через полчаса после смерти вождя, успев проехать несколько километров, они вновь собрались в сталинском кабинете в Кремле. Все принципиальные вопросы власти были уже решены. Оставались последние траурные мероприятия. Новые руководители создали комиссию по организации похорон во главе с Хрущевым, приняли решение поместить саркофаг с забальзамированным телом Сталина в мавзолей Ленина. Соответствующие распоряжения получили органы госбезопасности и пропагандистский аппарат. Десять минут провел на этом заседании главный редактор «Правды» Д. Т. Шепилов. На долгие годы в его память врезалась показательная деталь: «председательское кресло Сталина, которое он занимал почти 30 лет, осталось пустым, на него никто не сел».

Трудно не увидеть в освобождении места диктатора символический смысл. На некоторое время советские вожди оказались равны друг другу и едины в стремлении не допустить появления нового тирана. Они сами немало натерпелись от Сталина и теперь были готовы ликвидировать систему террора, даже если это грозило нежелательными политическими последствиями. Уже 3 апреля 1953 г. после соответствующей подготовки Президиум ЦК КПСС принял решение «о полной реабилитации и освобождении из-под стражи врачей и членов их семей, арестованных по так называемому «делу о врачах-вредителях»». На свободу вышли 37 человек. Офицеров госбезопасности, «особо изощрявшихся в фабрикации этого провокационного дела», приказали привлечь к суду. На следующий день соответствующее сообщение опубликовали в газетах, вызвав противоречивые суждения и некоторую растерянность в рядах верных сторонников почившего вождя.

Быстрому пересмотру без лишнего шума подверглись другие политические дела, в которых были особенно заинтересованы члены коллективного руководства. На свободу вышла жена Молотова. Признали невиновным брата Кагановича, покончившего с собой накануне войны из-за обвинений во «вредительстве». Дезавуировали «мингрельское дело», бросавшее тень на репутацию Берии. Многие другие высокопоставленные жертвы политических репрессий также получили свободу или были реабилитированы посмертно. Начав освобождение с себя, наследники Сталина неизбежно способствовали относительному освобождению страны в целом. К этому их настойчиво подталкивали не только моральные соображения, но нараставший кризис системы, вполне ощущавшийся уже при Сталине. Уход Сталина, не желавшего слышать ни о каких изменениях, открыл дорогу на удивление быстрым и даже решительным реформам.

Заметной реорганизации подверглись госбезопасность и ГУЛАГ, важнейшие опоры диктатуры. Своеобразным символом новых веяний был приказ министра внутренних дел от 4 апреля 1953 г. о запрещении применения пыток к арестованным. В приказе признавалось наличие «арестов невинных советских граждан», «широкое применение различных способов пыток – жестокие избиения арестованных, круглосуточное применение наручников на вывернутые за спину руки, продолжавшееся в отдельных случаях в течение нескольких месяцев, длительное лишение сна, заключение арестованных в раздетом виде в холодный карцер и др.» Угрожая суровыми наказаниями нарушителям приказа, руководство МВД требовало закрыть в тюрьмах пыточные помещения и уничтожить орудия пыток. Приказ зачитывался всем оперативным сотрудникам органов госбезопасности и должен был произвести на них большое впечатление. В продолжение нового курса весной-летом 1953 г. проводилась важная трансформация лагерной системы. Массовая амнистия, объявленная осужденным по неполитическим статьям, вполовину уменьшила численность заключенных. Многочисленные предприятия и стройки, до тех пор находившиеся под контролем МВД, были либо закрыты, либо переданы экономическим министерствам. Более гибкой, основанной не только на репрессиях, становилась политика в западных областях Украины и в Прибалтике, где продолжалась борьба с партизанским движением. Чтобы добиться поддержки коренного населения и местной интеллигенции, партийно-государственная бюрократия стала пополняться «коренными» кадрами. Не за горами была массовая реабилитация жертв сталинского террора.

В считаные недели, как уже говорилось, наследники Сталина существенно скорректировали экономическую политику. Сокращались неподъемные планы капитального строительства, закрывались «стройки коммунизма» и амбициозные программы перевооружения армии. Освободившиеся средства позволяли бороться с кризисом в сельском хозяйстве и социальной сфере. Повышались заготовительные цены на сельскохозяйственную продукцию и снижались налоги на крестьянские хозяйства. Результаты не заставили себя ждать. Заметное улучшение ситуации, особенно в животноводстве, произошло удивительно быстро. Впереди были важные социальные программы, в том числе массовое строительство жилья. Этот курс кардинально противоречил сталинской модели индустриализации.

Внутренние реформы сопровождались умеренной международной политикой. 19 марта 1953 г. постановлением Совета министров СССР провозглашалось стремление «к возможно более скорому окончанию войны в Корее». После напряженных переговоров 27 июля 1953 г. удалось подписать перемирие. С одобрения Москвы либерализация коммунистических режимов началась в Восточной Европе.

В общем, «неблагодарные» наследники в считаные месяцы без особого труда избавились от многих крайностей, первопричиной которых выступал Сталин. Это существенно изменило характер советского режима, сделало его несталинским, т. е. менее кровавым, более предсказуемым и способным к реформам. Диктатуре был нанесен удар, от которого она уже не смогла оправиться. Несколько раз борьба в верхах приводила к власти новых вождей. Однако никто из них не стал диктатором.

Источник: "Сталин. Жизнь одного вождя" Олег Хлевнюк 

55


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: