Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Ты — женщина, и этим ты права

Наталья Гундарева: «Любить трудно, но ещё труднее быть любимой»

Елена Мушкина — известный журналист, много писавшая на тему семьи.
Вышедшие когда-то в «Неделе», её тексты не теряют актуальности и сегодня.
Читайте и сможете убедиться в этом сами.

Из книги Е.Р. Мушкиной «От станции Любовь до станции Разлука» (Москва, 2021).


 

Кто не ищет в супружестве корзин, полных роскоши и безмерного счастья, кто знает, что здесь, как и в люб­ом деле, можно получить столько радостей, сколько усилий будет в него вложено, — тот и только тот может надеяться на взаимопонимание и любовь. «Ты — женщина, и этим ты права», — сказал В. Брюсов. Да, в руках женщины умение сохранять любовь, преодолевать конфликты, воспитывать детей, рационально вести хозяйство, создавать атмосферу взаимопонимания и радости.

Современной женщине был посвящен наш круглый стол. В нем участвовали: Ирина Велембовская, писательница; Наталья Гундарева, заслуженная артистка России; Мария Полещук, ткачиха, Герой Социалистического Труда; Зоя Янкова, социолог, кандидат исторических наук.

 

— Специалисты утверждают: в последнее время повысились требования к браку, и у мужчин и у женщин; на первое место выходят интимные вопросы. Ваше отношение к такому глубокому чувству, как любовь?

3. Янкова: Большинство браков заключается сейчас по любви. Однако, очень уж разное значение вкладывают люди в это понятие; нередко его отождествляют то с дружбой, то с влюбленностью. Грань, и в самом деле, провести трудно. Любовь — когда каждый старается получить от супружеского союза меньше, а дать больше. Ориентация на другого — вот основа семейного счастья. Даже если со временем накал любви уменьшится, все равно, если чувство было глубокое, оно обычно не пропадает, меняется лишь форма проявления.

Н. Гундарева: Любить трудно, но еще труднее быть любимой. Надо постоянно поддерживать в муже интерес к тебе, чтобы он открывал в жене новые грани, новые качества. Всплески, что ли, какие-то должны быть. Если, извините, все девять месяцев беременности от каждой еды вам нехорошо, согласитесь, в этом нет ничего приятного. Мы-то думаем: ерунда, если одета неряшливо, — напрасно так думаем. Мы привыкаем к этому состоянию — напрасно привыкаем. Такая привычка часто нас и подводит. Ах, как это нужно, чтобы муж вдруг увидел вас иной — модной, подтянутой, улыбающейся. Представьте, пришел с работы, а вы встречаете его в новом платье, с красивой прической. И глаза ваши блестят, как звезды… Муж и забыл, что вы можете быть такой! Трудно? Мне-то еще ничего, профессия у меня блестящая: костюм наденешь, кудри накрутишь, брови подведешь… Уже другая, незнакомая, загадочная. Ну, а если не актриса!

Сила любви безгранична, «ее порывы благотворны». Прав­да, что касается творчества, то мне, например, личное благополучие даже мешает: на «сытый желудок» ничего не получается. Для творческого взлета я должна страдать… В книге о Ван Гоге очень близка мне фраза: «Страдание лучше радости». Будто обо мне написано! Именно в минуты личных переживаний меня посещают какие-то вечные мысли, потом они осмысливаются в рамках спектакля, и появляется нужное звучание. Но это в творчестве. А в обычной жизни благотворные порывы любви силу придают. И так уж мне хорошо! Мужу, родным, сослуживцам со мной в это время легко необычайно. Щедрой я становлюсь, всех готова жалеть, всем помогать. Когда на личном фронте порядок, чувствую себя счастливой.

М. Полещук: Наверное, и так бывает. А в нашей семье на первом месте долг и разум. Любовь… Чтобы была сила какая-то огромная, чтобы голову потерять из-за этой любви, поцелуи, подарки разные — такого нет. И не было. Даже когда замуж выходила. Муж работал техником на аэродроме, был на четыре года старше. Парень красивый, простой. Я понимала: женщина должна иметь семью. Поженились, дочки родились. Счастливо ли живем? Нормально живем, в мире и согласии. Все есть: квартира, дачный участок, машина. Дочки замужем, внуки. Зятья хорошие, нас уважают. Что еще нужно в личной жизни!

Н. Гундарева: Душа еще нужна. Чувство. Сила эмоции. Правда, психологи считают, что любовные отношения можно формировать, воспитывать. И уже потом, через них, влиять на чувства. Человек, мол, творец своего счастья… Мне это непонятно. Даже вообразить не могу, как бы стала «творить свое счастье»! Просыпаюсь утром — и что же, твори его! Ерунда какая-то! Делать не то, что хочу, а что надо для «творчества»?! Хочу, например, плакать, но нет, нельзя — он не выносит слез! Каждое слово, каждый поступок разумом выверять? Нет, не смогла бы я так! Иное дело, если человека любишь, то и сама не станешь поступать, как тебе хочется. Ты же не эгоист! Обязательно ведь чувствуешь, что необходимо любимому. Но, понимаете, сама чувствуешь, душой, а не разумом, чувствуешь без напоминания.

И бороться за свое счастье, пожалуй, не могла бы. Как это — бороться? Серной кислотой, что ли, обливать? В местком бежать? Толку-то! Счастье — понятие такое хрупкое, тонкое, что, по-моему, слово «бороться» здесь вообще не подходит! Просто думать надо. Быть человеком. И любить.

И. Велембовская: И еще быть чуткой к переживаниям мужа. Часто глухи мы эмоционально — глухота эта может разрушить самую сильную, самую горячую любовь. Много лет прошло с тех пор, как вышел мой фильм «Сладкая женщина», а я так и вижу на экране свою Анну в блестящем исполнении Натальи Гундаревой. Бредет по предпраздничному городу яркая, разодетая женщина, но такая одинокая, жалкая, брошенная. А ведь красивая, и производственница отличная, и общественница хоть куда — а вот ушли все от нее. Сначала муж, человек хороший, войной покалеченный. Ждал, надеялся, может, дети будут, учиться она пойдет, мудрее с годами станет. Но вот ей уж и сорок, а мудрости никакой, лишь страсть к накопительству возрастает. И еще один мужчина встретился ей в жизни, человек непутевый, «неухватистый», но внутренне даже он богаче ее: по-настоящему любит свою дочку, слова плохого не сказал о бывшей жене. В горькую минуту вспомнил он об Анне — утешения ждал. А она с бутылкой пришла… В отчаянии, стараясь удержать его, Анна ­недоумевает: «Не понимаю, что тебе надо? И квартира есть у меня!» — «Этаж не подходит», — усмехается он горько. Холодная она была, глухая… Глухая душевно. До конца дней своих эта женщина обречена на одиночество.

3. Янкова: С каждым годом требования к брачному союзу, к спутнику жизни становятся выше. На первое место вышла духовная гармония мужа и жены. На языке науки это называется ценностно-ориентационное единство, при котором не имеют значения ни социально-профессиональная деятельность, ни возраст, ни национальность. Нередко советуют: «Будущий муж должен быть человеком твоего круга». Ничего подобного! Да и как определишь, мой круг, не мой… Должно быть взаимопонимание, общие установки — вот главное. Кстати, под влиянием семейной жизни установки эти могут меняться, у одного супруга или у обоих: бывает, общность создается лишь с годами. Это и называется творить любовь, укреплять семью. Не надо ждать принца или принцессу; просто не пропустить их в сутолоке повседневной жизни. И помнить об эффекте перевернутого бинокля. Любящие глаза — словно бинокль: увеличивают достоинства, уменьшают недостатки. Как это важно для семейной жизни!

 

— Отзвучал свадебный марш. И начались будни. Дом, работа, ребенок родился… Иная задумывается, а может, надо было подождать с малышом, пожить для себя? Или, наоборот, лучше бы оставить работу, у мужа зарплата неплохая, прокормит семью. Какова же главная миссия женщины? Материнство? Труд?

И. Велембовская: Смотря какой женщины… Одной, на­пример, бессмысленно заводить кучу детей: сама природа предназначила ее для общественного труда. А у другой вся жизнь в детях; вне семьи, без мужа и ребятишек она вообще не мыслит. Шесть сестер было нас у отца с матерью. Старшая, врач, едва родился ребенок, оставила работу. Еще дети пошли, потом внуки — в заботах о них и жила. Сестра была человеком очень образованным, с широким кругом интересов. Хоть и посвятила себя семье, но продолжала много читать, в театр ходила, в музеи. Правда, и так бывало: собирается в театр, а у внука температура поднялась. Ничего страшного, да и есть кому с ним посидеть. Но уговоры не помогали: как же я уйду, если малыш болен? И оставалась дома! Словом, семья всегда у сестры на первом плане.

А у второй сестры детей не было, всю жизнь она много работала. Дом особенно не притягивал. В 55 лет ушла на пенсию. Сейчас ей 81 год — не скучает, по-прежнему живет интересной, насыщенной жизнью. Так что, считаю, дело не в воспитании, не в определенной среде; просто женщина сама решает, чему отдать предпочтение. Правда, не каждая может осознать, какое место в жизни, в обществе она занимает. Отсюда порой и ошибки. У молодых нет еще достаточной культуры, чтобы больше знать, думать. Отвечают: «Некогда». А я: «Вы зубы-то каждый день чистите? Успеваете?» Что ж, если станет это такой же потребностью, как чистить зубы, время найдется!

Н. Гундарева: По-моему, не должна женщина уходить от своего естества, должна детей рожать, воспитывать их. Не обязательно десятерых — моя Надя Круглова из фильма «Однажды, 20 лет спустя», в общем-то, исключение. Но смотрите: умный, обаятельный человек, ласковый, спокойный, красивый, и даже при таком количестве детей осталась она молодой, привлекательной. И так дом организовала, что в нем тепло и уютно, и такой микроклимат создала, что ее уважают, любят и муж, и дети…

Считается, если женщина бросает работу, пусть даже на время, она сразу же ощущает какой-то психологический дискомфорт, начинает нервничать, успехи мужа могут ее раздражать. Многие даже уверяют, что и авторитет ее падает в глазах мужа и детей. Вот уж не обязательно! Моя «мама Надя» не ходит на работу, круг общения у нее ограничен, и даже для книг, пожалуй, времени не остается. Но Надя не кухарка. Она личность! Она авторитет. И жизнь у нее гармоничная. Конеч­но, это больше теория… Оторви меня от театра, наверное, не вы­держу. И все же близка мне услышанная недавно фраза: «Главной общественной деятельностью женщины должна считаться работа «каменщика» на строительстве своей семьи».

М. Полещук: Бросить работу! Сидеть в четырех стенах и нянчить внуков! Да я и с дочками не сидела, младшей едва пять месяцев исполнилось, как я вернулась на работу. Влетела в родной цех, словно голубка. Профессия, труд, коллектив — вот для меня главное. Не спорю, семья тоже нужна женщине. Но работа важнее. Именно она создает настроение. Если смена прошла удачно, домой иду, как говорится, усталая, но довольная.

3. Янкова: Видите, разные мнения… Примерно то же показали и социологические исследования: «Какую роль вы считаете для себя наиболее значимой: профессиональную или семейно-бытовую?» Женщины, труд которых не квалифицирован, ориентируются обычно на семейные роли. Зато те, кто одержим своей профессией, для кого работа — способ внут­реннего самовыражения, порой считают семейные функции помехой. Хотя и тут варианты разные. Иногда у этих женщин семья все же есть, но они уделяют ей меньше внимания; иногда семьи нет, но они в общем-то не против иметь ее. Просто им не до того — все мысли, все время, все чувства отданы любимому делу. Подавляющее же большинство женщин назвали обе деятельности: «Они дополняют одна другую». Этот вариант, конечно, оптимальный. Лучше, чем сказал Роберт Рож­дественский, не скажешь:

 
 

Современная женщина,
Современная женщина!
Суетою замотана,
Но, как прежде, божественна!
Пусть немного усталая,
Но, как прежде, прекрасная!
До конца непонятная,
Никому не подвластная!..
Не бахвалится силою,
Но на ней, тем не менее,
И заботы служебные,
И заботы семейные!

 
 

 

— Говорят, счастье — когда утром хочется идти на работу, а вечером домой. А если домой идти не хочется? Удивительно, большая часть разводов происходит сейчас по инициативе женщин. Возможно, современная женщина не дорожит своим семейным положением?

И. Велембовская: Дорожит! Каждая хочет создать семью, сохранить ее, каждая ориентирована на брак. Конечно, есть молоденькие девчонки, которые выходят замуж, не успев толком узнать будущего спутника; есть такие, что боятся отстать от моды: «У всех подруг свадьба, что же я засиделась!» Как тут не привести слова Николая Лескова, написанные более 100 лет назад: «Говорят, что даже самые умные люди покупают себе сапоги с гораздо большим вниманием, чем выбирают подругу жизни». Лесков писал о мужчинах; так же выбирают друга жизни и некоторые женщины. Но это, в основном, по молодости. А вот когда тридцать пять, сорок… Женщина активна в обществе, твердо стоит на ногах, увеличиваются ее требования и к жизни, и к своему спутнику. Иная задумывается: «Стоит ли столько сил вкладывать в семью, если от супруга нет даже элементарного внимания?» И решает: не стоит! Ме­ня­ются времена, меняются нравы. Когда-то трубадуры под окнами своих любимых серенады пели. Сейчас это вызвало бы только смех. Да, когда-то любила, а он не оправдал ее надежд. Значит, кинжал в грудь, да еще по самую рукоятку? Зачем?!

Н. Гундарева: Тем более что разбитую вазу все равно не склеишь. Если мужчина ушел, значит, исчезла в семье любовь. Что же клеить — привычку, долг? Бесполезно! Впрочем, может, и не бесполезно… Сколько примеров: двое разъехались, живут отдельно, потом поняли: от добра добра не ищут.

З. Янкова: Так и хочется крикнуть: «Остановитесь!» Много есть способов снять конфликтную ситуацию. Ценностно-ориентационное единство имеет несколько уровней. Это эмоциональное; единство ориентации на внутрисемейные проблемы — сколько, например, иметь детей, как их воспитывать, как вести хозяйство; наконец, высший уровень — ориентация на профессиональный труд. Даже если один из уровней отсутствует, супруги должны понимать: расхождение на одном уровне не исключает возможности общности на другом. Кроме того, нельзя предъявлять друг к другу завышенных притязаний. В противном случае все раздражает, все выводит из себя. Ситуация накаляется… А ведь могло быть иначе: диаг­ноз не безнадежен! Попытаться бы понять свою вину, ошибку — свою, а не только супруга. В Дагестане есть отличная поговорка: «Когда одно колесо арбы буксует над пропастью, надо сделать все, чтобы второе колесо не дало арбе перевернуться».

Н. Гундарева: Как же вести себя в периоды домашних бурь? Прежде всего, быть более внимательной к себе. Увы, мы не успеваем, a пoрoй не хотим анализировать свое поведение. Муж пришел домой, что-то буркнул, но некогда в глаза заглянуть, понять, в каком он настроении. Не разобравшись, буркнула в ответ — ну, и чего добились?! Не умеем мы разговаривать друг с другом! Обиделась — зачем таиться? Сказать бы надо, «вскрыть нарыв» — и сразу станет легче. Нет, сидим в собственной скорлупе, как моллюск в раковине, сидим, на­кап­ливая в себе неизбывную злобу. Не таите обиду: взрывоопасно! Поссорились — так выясняйте отношения!

М. Полещук: А по-моему, лучше промолчать! Острота пройдет — с ней пройдет и обида. А уж если и выяснять отношения, делать это спокойно, не на кулаках. В молодости всякое у нас бывало. Муж работал, день ненормированный, ночные дежурства, да еще институт кончал. Дом, дети, хозяйство — все на мне, но и я работала! Помогала ему всеми силами. Однажды не выдержала: «Разведусь! Накорми тебя, обстирай, утром отправь на работу… Не хочу так!» Потом опять обидел. У него уже образование, а у меня… И знаете, упрекнул он меня этим. Аж по сердцу резануло! «Я, — говорю, — не училась, потому что тебе помогала институт кончить!» Так стало обидно… Опять решила — уйду от него. Да осталась… От обиды одиннадцать классов кончила, техникум…

Зачем терпела? Так ведь знала главное: любит! И еще знала: характер у него слабый. Оттолкну — человек может споткнуться, силы воли не хватит, чтобы встать на ноги, создать новую семью. В общем, больше думала о нем, чем о себе.

И. Велембовская: Нередко жены жалуются: «Он не чистит картошку!» Удивительно, как картошка превращается в яблоко раздора! Ерунда какая-то: кому чистить картошку? Да вообще можно не чистить, в кожуре варить! Или — кому белье стирать? Женщине, конечно, она сделает это лучше. Я, например, выгнала бы мужа, который стирал бы мне белье. Не мужское это занятие! Хочет взять на себя домашние дела? Прекрасно, но стирать-то зачем? В магазин бы пошел, за продуктами…

Картошку не чистит, белье не стирает! Да что жаловаться: сама выбирала спутника! Выбрала — и нечего «накручивать» себя: «Ах, плохой, другого надо искать…» Так всю жизнь можно искать! И не найти. Уважения, на мой взгляд, заслуживают женщины мужественные, которые понимают: это и их ошибка. Значит, исправлять ее надо вдвоем. И на компромисс пойти: пусть в хозяйстве не помогает, но в других-то отношениях он неплохой! Скажите, резон ли из-за невыстиранного пододеяльника оставить ребятишек без отца?

3. Янкова: Когда мужчина выполняет домашние обязанности из-под палки, это разрушает взаимопонимание. Иное дело, когда добровольно. Я уверена, если муж, придя с работы, берется варить обед или мыть тарелки, — это форма объяснения в любви жене. Не на словах, а на деле. Ему ведь тоже не хочется торчать на кухне. Но ему хочется сделать ей приятное. А потому он варит, потому моет… Если каждый будет думать, как облегчить жизнь другому, как сделать, чтобы семья воспринималась не суммой двух Я, а общностью МЫ, если муж будет помогать жене, а жена мужу, тогда домашние обязанности не приведут ни к ссоре, ни к разводу.

Однажды меня пригласили работницы текстильной фабрики. Разговор шел о вечном и наболевшем — о любви. И я упомянула об одном индийском племени, где браки прочны необычайно, где супруги очень уважительно относятся друг к другу: «Раньше всех встает жена. Она топит печь, готовит завтрак». Аудитория оживилась: «Конечно, не муж же фартук наденет! Все они, мужики, одинаковы». А я продолжала: «Когда завтрак почти готов, женщина подходит к спящему мужу и начинает петь ему песню любви. Чтобы он проснулся в ­хорошем настроении». Что тут началось! Все вскочили со своих мест, руками размахивают: «Этим паразитам еще и песни петь!» В глазах такая ненависть… Думала, сгонят они меня с трибуны. А потом, когда страсти немного улеглись, я сказала:

 
 

— Милые женщины! Я не настолько наивна, чтобы призывать вас петь мужьям по утрам песни любви (впрочем, а почему бы и нет!). Просто я провела сейчас небольшой эксперимент, еще раз получила подтверждение: как же боимся мы слов любви и добра! Понимаю, вы издерганы, замучены жизнью, бытом. Но почему легче произнести слово «паразит», чем «дорогой»? Даже количество букв одинаково! Не привыкли? Не умеем? Что ж, возможно, на первых порах пришлось бы сделать над собой усилие. Зато потом слова эти станут для нас обыденными, станут потребностью и, наконец, привычкой. И, что очень важно, они, наверняка, вызовут у супруга ответное чувство благодарности, признательности.

 
 

С этим женщины не спорили. Однако по глазам было видно: нет, не верят!

Елена Мушкина

29


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: