Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Воодушевлённый первым успехом

Как в «Республике ШКИД» (когда-то это произведение, о специализированном интернате, где жили и перевоспитывались беспризорники послереволюционного времени, было практически культовым) одно время чуть ли не каждый воспитанник интерната стал издавать свою газету — так и в России начала 90-х появилось огромное множество периодических изданий, спонсируемых кем угодно.

Вера в печатное слово в народе еще сохранялась, обличать грехи коммунизма еще было модно, чувствовать себя властителем дум — приятно. Большинство газет той поры себя не окупало, тем не менее журналисты и сотрудники жили хорошо. Видимо, спонсоры этих убыточных изданий банально отмывали деньги.

В издательско-полиграфическом комплексе, куда я устроился работать после техникума, одном из крупнейших в Москве, печатались многие из мелкотиражных газет. Политические, мистические, эротические. Редакции располагались где угодно, а типографские услуги выполнялись у нас.

К нам в корректорскую свежие образчики новорусской прессы приносил один из работников типографии. Своеобразный дяденька. Было известно, что в свое время Беллини (такое было у него прозвище) учился на философском факультете МГУ, а может быть, даже его окончил. Но… странности, психиатрическая клиника и диагноз: шизофрения. Вот уже много лет Беллини работал в типографии, раз или два в год ложась на плановую госпитализацию в желтый дом. Его болезнь проявлялась в безудержной говорливости, резонерстве; он безостановочно что-то бормотал, иногда по-актерски управляя голосом и бурно жестикулируя, но смысл его слов уловить было трудно. Философия, вкрапления поэтических цитат, политика, отрывки популярных песен (тут Беллини начинал приплясывать), классическая русская литература и — это был особый «пунктик», подробно, должно быть, освещенный в истории его болезни, — публицистика разночинцев: Герцен, Добролюбов, Писарев.

В общем он был безобидным шутом. В своем синем засаленном халате Беллини входил в корректорскую, произносил в качестве приветствия что-нибудь вроде «Гоп! Краски жизни, звезды мира, бодался теленок с дубом, а на кой?!» — и раскладывал по столам экземпляры какого-нибудь порнографического «Мистера Х» или, напротив, респектабельных «Курантов».

Приносил он порой и книжки — может, из своей личной библиотеки. Мне подарил однажды великолепное академическое собрание сочинений Лермонтова, пять маленьких пузатых зеленых томиков, 50-х годов издания, припевая при этом: «На севере диком стоит одиноко на голой вершине… Сосна, сосна-а…»

На севере диком перемены катили своим чередом. Стало плохо с подпиской, почта работала с перебоями, ящики в подъездах взламывались веселой шпаной, и газеты распространялись в первую очередь на улицах, в метро, огромной армией частных продавцов. Зарплату нам стали платить деньгами, которые приносили они, — толстыми пачками мятых обесцененных сторублевок.

Время от времени я пробовал «протолкнуться» на страницы какой-нибудь газеты, робко предлагал свои стихи и рассказики. Карьера репортера, хваткого журналиста, добывающего информацию, казалась мне недоступной.

Один легендарный в мире московской журналистики человек, ныне живущий в другой стране, опубликовал-таки мою заметку. Она была по большому счету высосана мною из пальца: вспомнив свой крошечный «фарцовый» опыт в середине 80-х, я представил, как это может выглядеть сейчас, и придумал некое «интервью».

Следующая моя заметка, опубликованная, впрочем, в другом издании, помельче, была посвящена челнокам и издержкам их профессии. Я написал ее на основе общения с одним реальным молодым человеком, коллегой по челночному бизнесу подруги моей матери. Он пару раз останавливался в нашей квартире, приезжая в Москву. Получился эдакий документ эпохи.

Избитая, казалось бы, тема — «челноки». Бытует мнение, что они привозят товары из-за границы. Сегодня это верно лишь отчасти. Большинству торговцев не нужен паспорт, чтобы закупить вещи: теперь «заграница» — Москва, Петербург, Брест.

Более того, зарубежные рейды «челноков», вопреки распространенному мнению, сворачиваются. Причины очевидны: валютный рэкет, поборы на таможне, насыщение внутреннего рынка товарами (прибыль челноки получают не из-за дефицита, как раньше, а благодаря разнице цен в Москве, к примеру, и на окраинах). Коммерческие фирмы ныне занимаются доставкой партий товаров в крупные города. Здесь-то их и ждут «челноки».

Итак, не нужен загранпаспорт, не нужны «мафиозные связи» и особый предпринимательский талант. Необходимы знакомые, у которых можно занять (под проценты или под товар) некоторую изначальную сумму, — и друзья в том городе, где вы собираетесь что-то купить или продать. Провинциалы едут в Москву. Иной москвич, накупив, допустим, сигарет в ближайшем коммерческом киоске, может отправиться в выгодный рейс на периферию, Сдав товар оптом в тот же коммерческий магазин, он получит многократную прибыль. Друзья пустят его переночевать, подскажут, где в их городе самые щедрые коммерсанты, помогут с обратными билетами…

Итак, загружайтесь — и вперед.

Как добраться в выгодное для торговли место? Быстрее, безопаснее и удобнее, конечно, самолет. Однако цены авиабилетов таковы, что «съедят» львиную долю вашей прибыли. Поэтому «челноки» выбирают поезд.

Что такое наши железнодорожные вокзалы и поезда, объяснять не надо. Если вы эстет, забудьте о челночном бизнесе.

Рэкет… Поборы на вокзале, за погрузку, не исчерпывают неприятности пути. В поезде? Для примера возьмем такой маршрут. Москва — Казань — Новосибирск — Барнаул. Вот приключения Аркадия Н., 22-летнего «челнока», отправившегося из Барнаула в Москву за товаром:

— В поезде, как всегда, было спокойно до Новосибирска. Там вошли рэкетиры. Они высматривали, кого бы «обуть». Моего друга напоили, вывели в тамбур, избили, забрали 200 тысяч. Потом пристали ко мне, врезали кастетом в глаз, я упал без сознания, они вывернули мне карманы. На счастье, там было всего пять тысяч — остальные я прятал в трусах. Если бы те ничего в карманах не нашли, обыскали бы и вытащили, конечно, и оттуда. Пронесло. «Почистив» таким образом полпоезда, они вышли в Казани. Казань — столица шпаны СНГ. Но на этот раз нам, «челнокам», повезло. Единственная преступная группа, подсевшая в наш поезд, состояла из «катал» (карточных шулеров). Их оружие — не кастеты, а вежливость: «Не желаете ли пульку расписать?» Кто глуп — тот согласится…

Глядя на моего собеседника, у которого на месте глаза — сизый мешок, налившийся кровью, на его сестру, на подругу сестры — компанию «челноков», спящих на полу московской квартиры, — не очень-то хочется заняться их бизнесом. С другой стороны, каждый из них, увезя в родной город набитые в Москве баулы, получил полмиллиона чистой прибыли. А через две недели — новый вояж…

Насилия можно избежать, если: а) не выдавать при подозрительных личностях свою «челночную» сущность; б) заручиться в поезде поддержкой проводника, который поможет (за мзду, но умеренную) надежно укрыть вещи.

Если товара очень много и прибыль соответственно будет высокой, следует все-таки лететь на самолете. Разумеется, безопасней ничего этого вообще не делать. Но это Обломов жил за счет поместья. Мы живем за собственный.

В общем, заметку я попытался составить по всем стилистическим и «мировоззренческим» стандартам, присущим тогдашней российской прессе. Что касается содержания, то мои предположения о челночном бизнесе оказались ошибочными. Челночный бизнес, связанный с поездками за границу, до сих пор жив.

Как бы то ни было, а эта публикация весьма меня воодушевила, и я решил, что уж в этой-то маленькой газете, где не так остра конкуренция, я смогу состояться как автор. Воодушевлённый первым успехом, я стал писать подобные «нетленки» одну за другой. При этом сама мысль о том, что надо серьёзно собирать материал, как «настоящие журналисты», приводила меня в ужас.

Круг моего общения всегда был весьма ограничен. Находить контакты, располагать людей к себе, тем более что-то у них выпытывать мне было тяжело. Однажды я с улыбкой прочитал статью о страдающих аутизмом, в которой говорилось, что при надлежащем уходе и обучении эти несчастные всё-таки могут работать по тем специальностям, которые не требуют интенсивного общения. Например, садовниками или корректорами. Здесь стоило бы поставить смайлик.

Ваш Роман Олегович Иванов

594


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: