18+

Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Другая любовь

Глава I. Ненавидимая любовь

Но однополая любовь — это ненавидимый род любви. Его ненавидят и презирают массы обычных людей, преследуют и карают власти в ряде стран, еще не так давно — ив нашей. Известный американский активист движения голубых против СП ИД а Ларри Крамер в книге «Репортаж из всеобщей катастрофы» (Kramer 1990: 232) пишет:

«Удивляюсь, почему так много голубых требуют, чтобы наша жизнь и деяния показывались непременно „положительно“, когда на деле мы прошли через такой ужас. Евреи требуют от себя и от мира постоянно помнить об их мучительной истории. Гомосексуалов ненавидели религия, государство, страна, мир, история, родители, семья и товарищи. (Это страшная уникальность ситуации геев: могут ли евреи вообразить, чтобы их ненавидели собственные родители только за то, что они евреи?)»

Все верно. Так оно и есть. Совсем недавно я беседовал с одним славным молодым человеком. Он сказал, что услышал от отца такие фразы: «Лучше бы ты был вором, сидел в тюрьме. Тогда бы я был готов тебя понять, готов помочь. Но педику... Я ненавижу тебя. Я прошу тебя покинуть наш дом. Я требую, чтобы ты или изменился или больше не имел отношения к нашей семье!»

Интервью с этим молодым человеком, рассказ о том, как его родители узнали о голубизне сына, как удалось сначала смягчить конфликт, а потом ликвидировать, как налаживались нормальные семейные отношения, как отец начал понимать сына, я даю в своей книге «Я+Я».

Если у Вас будет возможность, пожалуйста, посмотрите на нашем сайте дневники Василия из Питера. Там опять же затрагивается эта тема.

В.В.Ш.

Порою ненавистна эта любовь и самим «голубым». «Покажите мне счастливого гомосексуалиста, и я покажу вам веселого покойника», — повторил за одним писателем тот «голубой» витеблянин, письмо которого в журнал я цитировал в предисловии (Голубая гостиная 1992: 18). «Семейство однополых невозможно, — с горечью констатировал Евгений Харитонов. — Почему плохо одному. Нет никого рядом и не о ком позаботиться. Холодно жить на одного себя... я живу один зачерствел перестал понимать простые жизненные заботы людей, потому что у меня их не было» (Харитонов 1993: 200, 203, 204).

Оригинальный петербургский режиссер и писатель-концептуалист Евг. Харитонов, живший в советское время и при жизни не могший опубликовать ничего (всё печатается посмертно), отличался двумя особенностями — нескрываемым гомосексуализмом и идейным антисемитизмом, с этаким патриотическим и почвенническим уклоном. Впрочем, антисемитизм его был странным: он не только признавал за евреями силу (это для антисемитов равносильно сигналу об опасности), но и признавался, что с детства водился именно с евреями, потому что и сам был по воспитанию, по интеллигентности, по удаленности от среды как бы евреем (Харитонов 1993: 208-209). Националистам заранее отвечаю: да нет, у него чисто русское лицо.

Он вообще уподоблял «голубых» евреям (Харитонов 1993: 248): та же повсеместность и та же отчужденность. Как и евреи, «гомики»- часто на виду, они — пища для анекдотов, предмет зависти и ненависти толпы (там юдофобия — тут гомофобия). Впрочем, до него и до Крамера эту идею подробно развивал Марсель Пруст (1993а: 27-30): педерасты избегают друг друга, ищут общества людей, которые были бы им во всем противоположны и которые не желают с ними общаться, вместе с тем они окружают себя такими же, как они, потому что их преследуют, потому что их срамят, даже в истории им доставляет удовольствие напомнить, что и Платон был таким же, в чем они опять-таки уподобляются евреям, которые аналогично напоминают о еврействе Христа...

Наверное, эту мысль стоит развить в моей книге. Я поставил три восклицательных знака. Нужно будет снова обратиться к Марселю Прусту, посмотреть Платона. Тут все не так однозначно.

В.В.Ш.

Строжайшими запретами на однополую любовь (почему-то запретами только для мужчин) и гонениями на впавших в такую любовь отличались самые тиранические и кровожадные режимы. Как и антисемитизм, гомофобия для их аттестации словно лакмусовая бумажка. Диктаторы и тираны — Гитлер и Сталин, — подсознательно чувствуя свою ущербность и шкурой ощущая вред, наносимый их тиранией массам людей, — старались убедить мир и себя, что спасают народы от скверны, в частности — от заразы гомосексуализма. Кроме того, сам тот факт, что люди ведут себя иначе, чем все, был страшен и ненавистен поборникам «монолитного единства».

Как ни смешно, сама ненависть к мужеложству была унаследована этими антисемитскими режимами у евреев. Это ведь продолжение иудео-христианской религиозной традиции. Харитонов как-то проглядел этот факт — вот был бы ему дополнительный повод осуждать евреев. Деннис Прэгер из Колумбийского университета даже приписывает евреям совершенно исключительную роль в преодолении хаотичности сексуального импульса у человечества и называет библейские запреты на гомосексуальность «иудейской сексуальной революцией» (Prager 1990; Прэгер 1998). Он считает, что до этого великого свершения все народы практиковали гомосексуальные и прочие вольности. Это не так. У первобытных народов есть разные установки относительно любви между мужчинами. По антропологической выборке Форда и Бича (Ford and Beach 1965: 136-140), из 76 учтенных в ней первобытных народов у 49 такая любовь считалась приемлемой или даже нормальной, а 27 за нее преследовали и наказывали. В древнем мире раскол продолжался. Древние греки и римляне принадлежали к первой группе, древние евреи — ко второй, то есть к меньшинству.

Восточные славяне — наоборот, к большинству. Правда, писатель-почвенник Распутин, националистически настроенный, убежден в противном. «Что же касается гомосексуалистов, — говорил он по телевидению, — оставим России ее чистоту. У нас свои традиции. Этот вид общения между мужчинами ввезен из-за границы. Если они считают, что их права ущемлены, то пусть уезжают и живут в другой стране» (Карлинский 1992: 104). Эта убежденность свидетельствует о том, что писатель плохо знает исконную культуру своей страны.

У меня нет основания не доверять Карлинскому. Но я лично и много раз говорил с Валентином Григорьевичем Распутиным. Он бывал у меня дома. Мы переписывались. Так резко он не высказывался. У него, как я понял, нет сочувствия голубым, он не будет бороться за их права. Но он, как я его понимал, не предлагает выдворять из нашей страны голубых. Он против насилия, против пропаганды, против засилья голубой темы в прессе, на ТВ.

В.В.Ш.

У восточных славян в язычестве, по-видимому, гомосексуальные отношения считались вполне приемлемыми, судя по многим «пережиткам» в Древней Руси. Славянское язычество в этом смысле было близко к греческому язычеству, и эта традиция была очень живучей. Из первых русских святых Борис был очень близок с отроком-венгром, любившим его «паче меры». Над трупом Бориса, как сообщает его «Житие», отрок горько оплакивал его красоту («лепоту тела») и был тоже убит. Польский летописец Длугош сообщает, что при Болеславе Смелом (тоже в этом повинном) сия мерзость проникла в Польшу якобы из Руси, где эти обычаи были общераспространенными. Сугубо гомосексуален был царь Василий III, который не мог сожительствовать с женой Еленой Глинской, если рядом не было обнаженного сотника (Карлинский 1992: 104). Известна плотская любовь его сына, Ивана Грозного, к своему красавцу-постельничему Федьке Басманову, танцевавшему в женском платье для царя (сохранились жалобы бояр на злоупотребление этого фаворита телесной близостью к царской особе и прямые обвинения в службе царю «гнусными делами содомскими»). Были у Ивана и другие любовники, например, Васютка Грязной (Парамонов 1993).

Я всегда с интересом читаю все публикации Парамонова на эту тему (да и на другие тоже), ибо автор талантлив, умен, отлично пишет. Но тут я поставил три восклицательных знака. А нужно ли все это. Вроде фраза нейтральная «:по-видимому, гомосексуальные отношения считались вполне приемлемыми», тем не менее оттенок утверждения есть. А можем ли мы это утверждать по косвенным сообщениям и по весьма вольным толкованиям этих данных. Определенная часть голубых всегда стремится зачислить в гомосексуалы как можно больше людей, они испытывают особую радость, если это касается исторических личностей.

В.В.Ш.

Широкое распространение гомосексуальных отношений на Руси XV — XVII вв. и либеральное отношение к ним в народе с изумлением отмечают многие иностранные путешественники — Герберштейн, Олеарий, Маржерет, Тэр-бервилл, Коллинз. Это согласуется с непрерывными обличениями этого «пережитка», которые православными отцами церкви были адресованы пастве при Рюриковичах и первых Романовых (например, 12-я проповедь митрополита Даниила, XVI век). Обличители в рясах стыдили русских воинов: мало, де, вам, взяв города, насиловать жен и девиц, так вы еще и отроков насилуете. В XVII в., при царе Алексее Михайловиче, Юрий Крижанич в своих «Политических думах» взирал изнутри России на содомский грех ее жителей и ставил им турок в пример: «Эти неверные не менее нас грешат противоестественным грехом, но они соблюдают стыдливость; никто у них не промолвится об этом грехе, не станет им хвалиться, ни упрекать другого... В России же этот гнусный грех считается шуткой. Публично в шутливых разговорах, один хвастает грехом, иной упрекает другого, третий приглашает к греху...» (Русское 1866: 17-18).

Только при Петре, который и сам не брезговал плотской связью со своими денщиками (и любил использовать живот денщика вместо подушки), было в России введено по шведскому образцу наказание за мужеложство для военных — только потому, что это европейский обычай. Так что из-за границы ввезли как раз запреты мужеложства — сначала религиозный, потом правовой. Для гражданских лиц уголовное наказание за мужеложство в России существовало только с 1832 г. до 1917 — всего 85 лет. Это вам не Западная Европа, где жесточайшие наказания за содомию (кастрация и смертная казнь) существовали больше полутора тысяч лет — с IV века!

Опять все спорно. И о Петре, да и о многом другом. Но читать было любопытно. Галочку поставил. Нужно будет узнать, проверить, уточнить, а вот буду или нет развивать эту тему в своей книге, пока не знаю. Есть желание вообще обойтись без исторических лиц. Они ценны и любопытны не тем, что были (или не были?!) голубыми, а тем, что сделали в этой жизни. Для многих же гомосексуалов главное — сексуальная направленность того или иного деятеля. Наш или не наш! Так делят голубые люди. Тематический или нет?

В.В.Ш.

Несмотря на введение в России антисодомитского закона, в российском городском обществе и в XIX веке гомосексуальная прослойка была весьма заметна, хотя и считалась неприличной, — см. об этом книгу А. Познанского (1993) и документальные очерки (Ротиков 1997; Берсенев и Марков 1998). На Запад из России приезжали весьма известные гомосексуалы, вспомним хотя бы «русские сезоны» Дягилева в Париже. В Берлине после Второй мировой войны самым известным центром гомосескуальной элиты был салон князя Александра Кропоткина (это следующее поколение за известным анархистом).

Если бы в Европе сохранилась античная традиция, а в России — религия на основе собственного язычества, гомосексуальные отношения были бы сейчас в обычае, в народном сознании они считались бы вполне приемлемой, хотя кем-то и порицаемой формой поведения — чем-то на грани между вино-питием и спортом. Но распространилась и утвердилась иудео-христианская традиция. Прямым свидетельством зависимости нынешней ситуации от нее является полное совпадение особенностей гомофобии между Библией, сочиненной в Иудее 3 000 лет назад, и законодательствами царской России и Германии, а также других стран, где преследовалась гомосексуальная любовь.

Преступными и наказуемыми считаются только сношения между мужчинами. Женская гомосексуальность как бы не существует. Это идет из еврейской древности — женская даже не имеет библейского (еврейского) имени (лесбиянство, сафизм — греческие имена: от острова Лесбос и поэтессы Сафо). Логики в этом нет. Если исходить из идеи вредности для будущего нации, то вредность должна быть одинаковой. И то и другое отвращает от деторождения. Но для иудейской религии женщина не была чем-то равным мужчине, вот эта регуляция и не учитывала ее. Далее, из всех видов сношений с мужчиной преступным и наказуемым было только анальное сношение (в задний проход) — содомия, от названия еврейского города Содом, разрушенного Богом якобы за пристрастие его жителей к этому греху (в Библии эпизод изложен неясно — за этот ли грех расправился Бог с городом или за другие прегрешения, скажем, за попытку изнасиловать двух ангелов, посланных Богом на проверку). Оральное сношение (в рот, фелляция, минет или миньет) не наказуемо — ни в Библии, ни в европейских законодательствах нового времени. Ему тоже нет библейского названия. Не наказуемо и анальное сношение с женщиной. Опять же если исходить из идеи вредности для здоровья, для психики, для достоинства, то логики тут никакой. Что вредно при сношении, должно быть вредным, с каким бы оно телом ни совершалось — мужским или женским, и какое бы отверстие ни использовалось, кроме должного. Тут явно не общая логика, а общая традиция.

А вот с этим сложно не согласиться.

В.В.Ш.

Надо признать, что хотя кайзеровское и царское законодательства строго следовали библейской традиции, а Сталин в 1934 г. восстановил в этой части царский закон, гитлеровские законодатели пошли значительно дальше. По немецкому закону 1935 г. стали наказуемы тюремным заключением не только взаимная мастурбация (онанирование другого), но даже и попытки заигрывания — дотрагивание или взгляды!

В одной из гомосексуальных автобиографий, собранных Лемке, описывается как раз такой случай. Вернувшись раненным с русского фронта, офицер, выглядевший вполне арийским молодцом, стал выходить с загипсованной рукой из госпиталя в город.

«У нас ведь есть шестое чувство, когда дело идет о местах, где встречаются наши. Вопреки благоразумию меня тянуло туда неудержимо. Вечерком мне попался там приятный штатский парень. Во всяком случае он производил приятное впечатление. Ну, началась ритуальная игра. Он — вокруг меня, я его слегка погладил, вдруг он мне заорал: „Вы арестованы!“ Достает удостоверение и представляется как ротенфюрер СС. „Я арестую Вас по статье 175. Вы неприлично дотронулись до меня“. Я говорю: „Я Вас только погладил, ничего больше“. — „Достаточно того факта, что Вы здесь“, — был ответ». Дальше — военный трибунал. Единственным свидетелем обвинения был ротенфюрер СС, на сей раз в форме. «Он держал себя так, как если бы своим геройским подвигом задержал важнейшего врага немецкого народа». Последовали разжалование, тюрьма, лагерь. (Lehmke 1989: 215-216)

В этом абзаце самое интересное о шестом чувстве. Оно есть, шестое чувство, есть. Гей видит гея издалека, чувствует, понимает, говорит, не произнося ни одного слова. Тут диалоги бывают удивительные. Диалоги без слов. И все всё понимают.

В.В.Ш.

После 1941 г. отбывшие тюремное заключение гомосексуалы уже не освобождались, а посылались автоматически в концлагеря.

В лагерях они носили розовый треугольник на одеже, жили в отдельных бараках, где должны были спать, держа руки поверх одеяла (а то ведь будут онанировать), и подвергались изощренным пыткам за малейшие провинности (Heger 1980; Rector 1981; Plant 1986). Избиение на «коне» в лагере Флоссенбюрг описывает австриец X. Хегер. (Heger 1980: 54-56; Хагер 1994: 80-81)

«Конь» этот «представлял собой деревянную конструкцию наподобие скамейки, к которой заключенного привязывали таким образом, чтобы его голова и торс свисали вертикально вниз, ягодицы кверху, а ноги вниз с другой стороны. Ноги подтягивали вперед и закрепляли...». Провинился заключенный из Чехии. «После звонка к ужину его привязали к „коню“, сооруженному у нашего блока, и мы, голубые, были построены рядами, чтобы наблюдать за исполнением наказания. ... Когда чешского гомосексуалиста привязали к коню, эсэсовский сержант, который был хорошо известен как „мастер порки“, появился с кнутом для лошадей. Чеха должны были хлестать по голым ягодицам. При каждом ударе провинившийся должен был считать количество ударов, если же он сбивался в счете из-за боли или считал недостаточно громко, то удар не засчитывался. ... Начальник лагеря стоял тут же и всем своим видом показывал нездоровую заинтересованность происходящим. При каждом ударе его глаза загорались, и после нескольких ударов всё лицо стало красным от возбуждения. Он засунул руки в карманы своих штанов и начал мастурбировать, нимало не стесняясь нашего присутствия. ... Я лично был свидетелем более тридцати случаев, когда начальник лагеря получал сексуальное наслаждение, наблюдая побои на „коне“. ...

Один раз среди узников с розовым треугольником оказался такой, который не издавал ни звука, когда его били, хотя удары были самыми сильными. Это лишало начальника лагеря неотъемлемой части его наслаждения. И он заорал на узника: „Ты, мерзкий педик. Почему ты не кричишь? Или тебе, небось, приятно, ты, отдавалка? Начать всё сначала! — обратился он к эсэсовскому начальнику. — И продолжать до тех пор, пока эта свинья не станет кричать“. Эсэсовец начал хлестать с такой силой, что плетка оставляла при каждом ударе рубцы шириной в сантиметр, а кровь стекала прямо на землю. Теперь даже у самого безмолвного разверзлись уста...»

Среди прочих погиб в лагере и младший брат писателя Владимира Набокова, Сергей. Бежав из революционной России, он учился в Кембридже, жил с родней в Берлине, потом в Париже в гомосексуальной общине Павла Челищева. Поскольку в 1937 г. и Владимир из нацистского Берлина переселился в Париж, братья часто виделись. Затем Владимир уехал в США, а Сергей работал переводчиком в «присоединенной» Австрии, где в 1941 г. он был арестован за сексуальные связи с мужчинами и осужден на 4 месяца. По отбытии срока поселился в Берлине у кузины и там в 1943 г. был снова арестован за «враждебные высказывания» в адрес режима. В 1945 г. умер в лагере от истощения (Sternweiler 1997: 189).

Погиб младший брат писателя Владимира Набокова. Для книги вряд ли это пригодится, а вот посмотреть переписку с братом, узнать отношение Владимира Владимировича Набокова к этой теме хотелось бы.

В.В.Ш.

Некоторых узников нацисты кастрировали, после чего иногда выпускали на свободу — так поступили с председателем Кассельского Союза борьбы за гражданские права Эрнстом Нобисом (Baumgardt 1997). Так же поступили с монархистом Фридрихом-Паулем фон Гроссхаймом. В интервью тот поведал об этом: «Мои гомосексуальные чувства ничуть не изменились после этой бессмысленной операции». Впрочем, потом его опять арестовали, и он просидел в лагере до конца войны (van Dijk 1992).

И фашизм и коммунизм обвиняли друг друга в потворстве гомосексуализму. Максим Горький (1934/1953) писал: «Уничтожьте гомосексуализм — фашизм исчезнет». А нацисты утверждали, что гомосексуализм — это еврейско-коммунистическая деградация. Но и те и другие уничтожали людей за нестандартную половую ориентацию гораздо более жестоко и радикально, чем в Англии и Америке, хотя и там гомосексуальные связи были подсудны. В нацистские концлагеря были брошены десятки тысяч людей с розовым треугольником (ок. 50 000), еще больше людей было осуждено по статье за мужеложство в Советском Союзе (ок. 60 000). А к официально осужденным за это прибавлялись сотни тысяч «пидоров», «петухов» — гомосексуальных заключенных, жестоко преследуемых и мучимых в лагерях и тюрьмах уголовным миром за свою особенность, хотя нередко они были ввергнуты в гомосексуальную практику именно уголовной средой, «опущены». «Говорят, что лучше умереть, чем стать „петухом“. Обращаются с ними очень жестоко: заставляют на деревьях жить, мышей жрать, лампочки им в задницы засовывают — кто во что горазд...» (Абрамкин и Чижов 1992: 104).

Алексей Максимович Горький! Я был знаком с его внучками. Мой приятель, покойный ныне Михаил Седов (заместитель директор цирка на Цветном бульваре) был женат на одной из внучек.

Многие утверждают, что уголовное преследование гомосексуалов Сталин ввел после письма к нему А.М. Горького, молва разнесла, что будто бы сына Горького совратили, и тогда «великий пролетарский писатель» написал письмо вождю. Так или нет? Пока сказать сложно. Но разговоры есть. Хорошо бы и документы посмотреть.

В.В.Ш.

В «ненависти» к этим «другим» не только красные были заодно с коричневыми, но в каждом из этих миров преступные верхи и уголовные низы были едины.

Показателем нового отношения к гомосексуальности явилась в конце советской эпохи (горбачевская перестройка) статья журналиста А. Новикова в журнале «Молодой коммунист» (!), в которой сочувственно цитировались высказывания видного юриста проф. А. И. Игнатова о необходимости отменить уголовное преследование гомосексуальности.

«Во-первых, если это патология, то наказывать за болезнь вообще нельзя. Во-вторых, здесь отсутствует общественная опасность и вообще опровергаются все основные доводы сторонников уголовной ответственности за гомосексуализм. Какие именно? То, что он ведет к снижению мужественности нации. Но пример Спарты свидетельствует об обратном. Другим следствием якобы является снижение рождаемости Статистика не подтверждает и этот довод Дальше утверждается, что это ведет к деградации личности. Однако мы знаем многих великих людей-гомосексуалистов — Чайковский, Леонардо да Винчи и т. д.» (Новиков 1988: 70).

Хотя во второй половине XX в. кровожадные законы против сексуальных меньшинств отменены в ведущих развитых странах, в том числе и у нас, общество продолжает отторгать гомосексуальных людей, а масса, толпа часто относится к ним с презрением и ненавистью. В новейшее время ненависть эта еще усилилась из-за того, что «голубых» считают виновными в распространении СП И Да — чумы XX века. Действительно, гомосексуальные связи опаснее других в этом плане. Они опаснее, во-первых, потому что при анальных сношениях вероятнее ссадины на слизистой, а во-вторых, потому что среди «голубых» больше тех, кто часто меняет партнеров. Это по сравнению с гетеросексуальными отношениями. В 1971 г. каждый седьмой немецкий гомосексуал («швуле») имел свыше 600 партнеров — правда, не за год, как уверяли цитированные выше доктора, а в течение жизни (Dannecker und Reiche 1974: 236). В 1981 г. за год сменила не менее пятерых партнеров половина гомосексуальных студентов, тогда как среди гетеросексуальных с такой скоростью меняли партнерш только 5% студентов (Clement 1986: 111-112). В десять раз меньше. В США среднее количество партнеров гомосексуала за всю жизнь 50, тогда как у гетеросексуала среднее количество партнерш только 4 (Michael et al. 1994). Это среднее, но 43% гомосексуалов в 70-е гг. (до СПИДа) показали, что имели более 500 партнеров (Bell and Weinberg 1978). Между тем 90% гетеросексуальных женщин США и более 75% гетеросексуальных мужчин показали, что вообще не имели внебрачных половых связей (Michael et al. 1994).

Я подчеркнул эту фразу: «В 1971 г. каждый седьмой немецкий гомосексуал („швуле“) имел свыше 600 партнеров — правда, не за год, как уверяли цитированные выше доктора, а в течение жизни (Dannecker und Reiche 1974: 236)». У меня есть интервью с канадцами, англичанами, украинцами, белоруссами, россиянами: Количество партнеров заставляет вздрагивать. Сначала я думал, что интервьюируемые просто хвастаются своими победами, а потом, к сожалению, убедился, что говорят правду. Так один известный журналист рассказывал мне, что он делал минет 10-15 человекам за смену в одном из туалетов в центре Москвы. Делал с удовольствием. Это была его норма. Только после этого он ощущал прилив сил и шел на работу.

В.В.Ш.

СПИД разразился катастрофой сpеди гомосексуального сообщества. Половина геев Сан-Франциско и Нью-Йорка заражена вирусом. По статистической регулярности, из зараженных 76 % заболеет. Известно, что из заболевших 95-98 % умрет в течение трех лет. Это настоящий мор (Kramer 1990: 189-190).

Однако анальные сношения теперь менее распространены среди гомосексуалов, и всё большее число предпочитает другие виды сношений и вообще «безопасный секс», а особенно большая тяга ощущается к постоянному партнеру, к созданию гомосексуальных пар, «семей» в кавычках и без (там, где это разрешено законом).

В начале века, во времена Гиршфельда 40% гомосексуалов удовлетворялись взаимной мастурбацией, столько же фелляцией (сосанием), 12% практиковали контакт всем телом и только 8% прибегали к анальному сексу (Hirschfeld 1920: 229; 283). К середине XX в. доля анального секса заметно выросла. В Германии им занимаются четыре пятых гомосексуалов, в Англии — более 70% (Bochow 1993; Davies et al. 1994). По очень подробному массовому обследованию 1970-х в Западной Германии только 10% гомосексуалов практиковало анальные сношения всегда или почти всегда (5% активные, 5% пассивные), еще 12-13% часто и 35-46% иногда. Уже тогда (а это было до СПИДа) никогда не использовали активного сношения этого рода 31% и пассивного 43% (Dannecker und Reiche 1975: 204, Tab. 68). С тех пор проценты анального секса слегка уменьшились, но большинство, продолжая практиковать его, стало более осмотрительными.

Из 50 гомосексуалов, обследованных Лиддикоутом (Boczkowski 1988: 143), 22 (то есть почти половина) имели постоянных партнеров св. 5 лет, из них два св. 10 лет и шесть свыше 15 лет. Десять лет социолог М. Бохов проводит обследование немецких «голубых». Вот результаты по 3048 анкетам за 1996 год. Более половины, 53 процента, показали, что в этом году они жили с постоянным партнером, при чем 22 процента — только с одним, без «измен». Опрос о количестве партнеров выяснил: 16 % имели контакт только с одним человеком, еще 27 % с несколькими (от двух до пяти), 16 % — от шести до десяти и 24 % — со многими (более 20 партнеров за год). Это меньше, чем в 1993 году (44 %), но всё-таки почти четверть! Четыре пятых практикуют анальные сношения, но только четверть — без средств защиты (Bochow 1993; Polzer 1997).

Однако есть и другие группы риска, они, пожалуй, опаснее — наркоманы, проститутки. В США и Франции доля зараженных среди гомосексуалов высока, потому что там развита мужская проституция. В Африке и других регионах — распространенность среди «голубых» такая же, как среди остальных жителей.

Убежденность, что СПИД грозит только «голубым» сильно подводит остальное население, делает его более беззаботным. Среди гомосексуалов США применение презервативов охватило более 60 % всей популяции, а среди остальных — лишь 35 % (Michael et al. 1994). Как результат в Америке в новых поколениях доля геев среди зараженных упала с половины до 20 % (Paul et al. 1994), а преобладают среди них менее образованные группы, например, негры. В Сан-Франциско зараженность геев в разбивке по этническим группам выглядит так: у чернокожих 40 %, у латиноамериканцев 8 %, у белых американцев — 6 % (то есть даже несколько меньше, чем геев в популяции вообще). Так что в Америке сейчас в основном зараза только у негров распространяется преимущественно среди геев, а у белых — среди обычного, гетеросексуального населения. Среди немецких гомосексуалов к 1987 г. доля тех, кто имел за год свыше 100 партнеров упала с 5,6 % (1971 г.) до 1,7 % (Dannecker 1990).

В Россию пока СПИД проникал туго, потому что русские за границей очень скупо тратили валюту, а внутри страны валютные проститутки не обслуживали местных жителей. Были также мнения, что у американцев иммунная система вообще расшатана ввиду интенсивного употребления химических консервантов в пище. Но теперь ситуация во всем изменилась, и СПИД рванулся к нам. За последние годы число зараженных стало быстро возрастать — кривая резко пошла вверх. Правда, больше за счет наркоманов и детей, зараженных при небрежном медицинском обслуживании. Газеты сообщают тревожные цифры: на январь 1998 г. в Росии зараженных вирусом иммунодефицита выявлено 7700 человек, при чем больше половины (4092) — за последний год (за предшествующий — полторы тысячи). А невыявленных — во много раз больше. Из зараженной молодежи (в возрасте между 20 и 30) 90 % тех, у которых причиной заражения является наркомания. Оставшиеся 10 % заразились половым путем, при чем среди них поровну гомосексуалов и людей с традиционной ориентацией (Многие 1998). Но ведь гомосексуалов вообще-то гораздо меньше, чем гетеро, значит, процент заражения у них гораздо выше. Так что всё же и гомосексуальный источник не стоит упускать из виду, особенно у нас, где нет ни достаточной пропаганды «безопасного секса», ни привлекательных презервативов.

В связи с этим исследования гомосексуальной субкультуры приобретают чрезвычайное значение. Нужно добиться того, чтобы и в нашей стране пропагандировались «безопасный секс» и презервативы (не только среди гомосексуалов). Между тем, у этих дел всё еще так много противников! Папа римский выступил в Африке с осуждением того и другого как небогоугодного. В результате в тех африканских странах, где проповеди имели успех, повысилось число зараженных. И что же, в 1996 г. с трибуны всероссийского конгресса патриотически-коммунистических церковников раздались такие же призывы «отстоять чистоту России» и отказаться от пользования презервативами — ну, можно ли представить больший кретинизм? Самим же им станет опаснее жить, если эпидемия охватит всю страну, потому что СПИД распространяется также и не гомосексуальным и вообще неполовым путем (этому учит российский опыт массового заражения детей).

Конечно, полностью согласен! Но вот встречался с представителями нескольких фирм, производящих презервативы. Им главное деньги, выгода. Заниматься серьезно (а деньги на это есть) предупреждением, профилактикой им не хочется. Зачем? И начальники наши считают эту проблему слишком мелкой. Говорил с десятью министрами здравоохранения нашей страны. Только с Татьяной Борисовной Дмитриевой мы нашли понимание. Но она уже не министр. С новым министром Юрием Леонидовичем Шевченко планирую встретиться месяца через три-четыре. Если только его не заменят на нового министра. Министры здравоохранения в нашей стране меняются невероятно быстро.

В.В.Ш.

Самое пикантное, что эта неприязнь к презервативам совпадает с чувствами самых радикальных голубых. Норвежский исследователь описывает их так: «Безопасный секс часто считается эмоционально более холодным, рассматривается как выражение недоверия или напоминание о смерти. По традиции ценится партнер, принимающий в себя сперму, ибо за этим усматривают особую его преданность. Сексуальные действия служат особым языком любви и признательности, а меры предосторожности искажают этот язык.» (Prieur 1990).

Нужно, чтобы «голубые» не искали случайных и мимолетных связей в подъездах и туалетах, а имели места для культурного времяпровождения (клубы, кафе), где могут завязываться более надежные и прочные знакомства. Нужно, чтобы как можно большее количество «голубых» образовывало постоянные пары, а для этого нужны благоприятная общественная атмосфера и законодательные меры. Наконец, нужно, чтобы люди почаще обращались для проверки на СПИД, а заболев, поскорее обращались за лечением, но для этого надо, чтобы они не боялись открыть свою гомосексуальную связь.

Так и хочется предыдущий абзац повторить раз двадцать. А может быть, сделать это основным лейтмотивом книги? Чтобы к такому выводы пришли сами голубые. Хотелось бы. Но ведь трудная задача. Но в «Я+Я» постараюсь об этом написать убедительно.

В.В.Ш.

Доводить голубых до отчаянности вообще неумно, и это грозит непредвиденными последствиями. Вот письмо, приведенное в «Молодом коммунисте»: «... Гомосексуалистом я являюсь уже 15 лет, при этом меня никто не совращал, и в свои 12 лет я этого хотел сам. За гомосексуализм меня выгнали из комсомола (я, как дурачок, плакал), за гомосексуализм меня судили (я год и шесть месяцев провел в тюрьме и „на химии“). ... Если я заболею СПИДом, то уж простите, но лечиться не пойду, а постараюсь в качестве мести за те полтора года заразить как можно больше всех вас — честных и морально устойчивых. Буду мстить за все унижения...» (Новиков 1988: 68-69).

Всё это требует коренного изменения общественной климата в отношении к гомосексуальному меньшинству. Закон изменен, климат же пока остается в основном прежним. И не только у нас.

В Америке победительница конкурса красоты Анита Брайант продлила свою популярность, возглавив крестовый поход против гомосексуалов. (Bryant and Green 1978)

Для своей книги «Пуританские джунгли: сексуальное подполье Америки» журналистка Сэра Харрис провела ряд интервью. Влиятельный баптистский проповедник из Майями Джон Сорренсон сказал ей: «Я предпочел бы видеть любого из моих детей лучше мертвым, чем гомосексуалом... Я считаю грех гомосексуальности более тяжким, чем грех убийства». На вопрос о христианской любви к ближнему ответил, что в этом смысле он готов любить и гомосексуала. Но как? «А вот как: держать его в тюрьме». Потому что это избавляет его от греха. А лучше бы казнить. «Если бы гомосексуальность была основанием для смертного приговора, вы бы могли увидеть почти прекращение всей этой вещи.» (Katz 1976: 188-191)

Институт исследований секса в США провел в 60-х опрос свыше 3 000 взрослых жителей. Две трети не любят гомосексуалов, считают их непристойными и вульгарными, а 80% не хотели бы иметь с ними никакого дела (Boczkowski 1988: 75). Хаузер цитирует радикальные высказывания: «Всех их надо кастрировать, а потом повесить». «Если б я мог, то всех бы их кастрировал. Во всяком случае все они должны быть повешены» (Hauser no Boczkowski 1988: 157). Именно под давлением общественного мнения в США 20 штатов из 50 до сих пор не отменили уголовного преследования гомосексуалов. А у нас? В 1989 г. Всесоюзный центр исследования общественного мнения провел опрос 2 600 граждан. На вопрос «Как следует обращаться с гомосексуалистами» 33 % (треть!) ответили — «ликвидировать», 30 % (еще почти треть) — «изолировать» их от остальной части общества (т. е. интернировать в местах заключения или ссылки), 6 % — «помогать» (имелось в виду: медицинскими и психологическими средствами) и 10 % — «предоставить самим себе». (Кон 1997: 377). Недопустимыми считает гомосексуальные связи 71 % населения, тогда как добрачные половые связи только 27 %, порнографию — 31 %, частую смену партнеров — 50 % и т. д. (Бочарова 1994: 100). Таково отношение толпы к гомосеку, гомику, «голубому».

Не правда ли интересная статистика? Самое интересное про США. У нас в России любят ссылаться на опыт американцев.

У них все хорошо.

У них полная демократия.

У них полная свобода.

Поэтому еще раз повторю предложение из предыдущего абзаца: «Именно под давлением общественного мнения в США 20 штатов из 50 до сих пор не отменили уголовного преследования гомосексуалов.»

В.В.Ш.

С 1993 г. в Уголовном кодексе больше нет статьи, карающей за гомосексуальную ориентацию. Но в умах держится боязнь и ненависть. Впрочем, они стали убавляться. Такой же опрос об обращении с гомосексуалами, проведенный через пять лет после первого (но данные обоих опросов взяты уже только по России, а не по Союзу), показал следующее: за истребление высказались уже не 31 %, а только 22, за изоляцию — не 32 %, а 23, напротив за помощь 8 % вместо 6 и за то, чтобы оставить голубых в покое — 29 % вместо 12. (Кон 1997: 379-380)

Ненависть к этому сексуальному меньшинству прорывается в настоящей охоте на «голубых», которой занимаются (не без выгоды) хулиганы и грабители. Как это выглядит, можно представить по роману известного американского писателя Джозефа Хэнсена из Калифорнии, основателя журнала «Тэнджентс». Герой романа «Улыбка на его веку» Уит Миллер, тоже известный писатель, пожилой и бисексуальный, разведясь с женой и расставшись с молодым другом, томится в одиночестве. Поздним холодным вечером он бродит по пляжу неподалеку от своего дома и оказывается под пирсом, где обычно встречаются те, кто ищут тайных свиданий.

«Сильно пахнет высохшей древесиной, гниющими водорослями, мертвой рыбой, мочой, дешевым сладким вином, экскрементами. Он едва не упал на пару голых тел, сцепившихся и мычащих на песке. Пробормотал извинения. Голая фигура прислонилась к сваям подобно святому на картине, а темная голова толчется у его паха. Кто-то стонет в темноте: «Ах, да, боже мой, глубже». ... Он хочет уйти. Поворачивает назад, его нога скользит и он почти падает. Делает шаг, освобождает свой сапог из лежащих плавок. Они сильно пахнут одеколоном. Чья-то рука убирает их от него. Он видит блеск зубов. Рука приближается к его паху. Шепот: «Ааа», и пальцы находят застежку его молнии и тянут ее вниз. Они уже роются в его ширинке. Обладатель этих пальцев прижимается к нему голый, скользит влажным ртом по его шее. Уит отталкивает его. «Нет». Он слышит напряженность в своем голосе, слабость воли, панику. «Это не моя игра». Он застегивает молнию. «Простите». Он спешит из-под пирса, потея и стуча зубами. По глубокому песку он хочет выбраться к дороге.

«А вот один», — чей-то голос.

«Смотри-ка, я ж тебе говорил, что не так уж холодно. Они ни х.. не замечают, когда этим занимаются».

Мимо проносится машина. Она освещает Уита и фигуры в сапогах и кожаных куртках, стоящие на дюне прямо перед ним. Он поворачивает и сталкивается с другим, который хватает его руку и останавливает. «Стой. Никуда не уйдешь». Тот, с дюны, сходит вниз. Щелчок со стороны другого. Свет прямо в лицо, только на секунду. Отводится, потом возвращается и скользит по нему вверх и вниз. Тихий свист. «Дерьмо, глянь на шмотки этой девки». Свет отходит.

«Эй, мадам, покажи-ка свой бумажник». Дышит пивом.

«Забудь, — отвечает Уит. — Там под пирсом дюжина свидетелей».

В ответ сильный удар. Перехватило дыхание. Вот он уже лежит на песке. Один из них — на нем. Уит молотит кулаками, и кулак наталкивается на кость. Но и ему размозжили лицо. Он чувствует соленое. У кого-то кровь из носу. Колено упирается ему в пах. Он вскрикивает от боли. Поворачивается лицом вниз. Из его кармана вытаскивают кошелек. Фонарик вспыхивает снова. Близко сзади он слышит: «Во, полусотенные».

Тот, чей нос он разбил, изо всех сил давит и тяжело дышит. Уит говорит: «Сойди с меня». Он толкается локтями, но получает удар по уху. Голова идет кругом. Перед глазами плывут разноцветные круги. ...

«Пять сотен баксов». Снова легкий свист.

«Отключился», — говорит один из них.

Боль внизу живота всё еще сильна, но он смог выгнуть спину, и тот, кто оседлал его, падает. Уит прыгает, хватает ногу другого, толкает его в задницу. Но сбоку сапог резко входит Уиту в ребра, он слышит их треск. Как глупо он действует! Свет другой проходящей машины выхватывает из темноты голых людей, убегающих прочь. Он кричит им: «Помогите». Но они не останавливаются, а бегут еще быстрее, только члены мотаются туда-сюда на бегу. ... Он получает удар по ребрам с другой стороны. Конец ребра врезается, как нож во внутренности. Он издает невнятный звук и снова утыкается лицом в землю. Пробует ползти. Его бьют по голове. Рукой он старается закрыть череп. ... Его бьют по почкам, и рефлекс опрокидывает его на спину. Чем-то тяжелым и холодным бьют в лицо, металл. Еще. В рот. Какие-то камушки во рту. Нет, не камушки. Зубы. Он выплевывает их. Кровь льется в горло, он давится и кашляет. Подымается на колени. Ничего не видит, потому что кровь заливает глаза. «Эй», — говорит он, пытается сказать, думает, что говорит, — вы уже взяли мои деньги. Зачем вам меня убивать?«

«А зачем тебе жить, выродок?

Они снова наносят тяжкие удары. Может быть, они бьют его и дальше, но он уже не чувствует.» (Hansen 1981: 252-255)

Писатель очнулся в клинике через много дней, лишившись зубов и глаза. Другой подобный случай описан в романе молодого писателя-негра Мелвина Диксона «Исчезающие комнаты». Там дело закончилось коллективным изнасилованием и убийством (Dixon ’1991). Художественная литература? Вымыслы? Американская специфика? Но в немецких журналах для «голубого» читателя ежемесячно публикуется вполне реальный и продолжающийся мартиролог по убитым «голубым». А сколько нападений, не доведенных до убийства? В немецких городах собираются банды по 5-6 парней и охотятся в парках на «голубых», избивают их и грабят. Полиция задерживает их редко, потому что «голубые» обычно избегают жаловаться — не хотят огласки.

Тема ремонта! Глава в «Я+Я» почти готова. В нашей стране «ремонтники» нередко бывают и источниками для правоохранительных органов. Милиция делает вид, что их нет. Побьют голубеньких, и хорошо. После налета ремонтников «плешка» на два-три часа пустеет. Те, кого побили, на плешку некоторое время не ходят. А потом их ноги туда сами тащат. Они не хотят идти, а приходят. Едут в метро и говорят сами себе: «Я только пройду мимо. Одним глазком посмотрю. Я же хочу прогуляться. Что плохо в этом?». Выходит из метро и мимо плешки. Один круг мимо, второй круг мимо, а в третий раз застревают.

Но это уже не о ремонтниках, а плешке. Как она создается, как и чем живет, как проходит смена поколений, как губит плешка людей, как некоторые геи, начав с плешки, в большие люди выбиваются. Обо всем этом я буду писать в отдельной главе. Но если у вас есть свои наблюдения о жизни плешки, поделитесь ими со мной.

В.В.Ш.

Из интервью с одним таким охотником, задержанным в Штутгарте:

«Журналист: Ты нападал только на гомосеков? Роланд С.: Только на гомиков, потому что у меня к ним ненависть. Потому как они меня часто пытались подклеить, понимаешь? ... Журн.: А ты не можешь нормально сказать: я не голубой? ... Роланд: Меня колотит уже только от одного того, что он меня, значит, за голубого держит. ... Это для меня унижение. /Курн.:.Для тебя гомики это что-то неестественное? Роланд: Да уж куда как. Гомик просто извращенец. Когда я в дискотеке вижу как два гомика вихляются в слюнявом поцелуе, меня тошнит. Меня редко от чего тошнит, но уж это омерзительно. Мне не найти достаточно крепкого слова для этого. Омерзение это не то слово. ... Журн.: Ну что тебе за забава в этой охоте? Роланд: А чувствуешь силу в кодле. Журн.: Впятером нападать на одного? Роланд: ... Ну, не только это, но чувствуешь свою принадлежность к коллективу. ... Журн.: Ты применяешь насилие против тех, кто другой, чем ты, только потому, что ты сильнее, а быть сильным для тебя много значит, так? Роланд: Ясное дело. ...

Журн.: А чем должен отличаться мужчина? Роланд’. Ну, эти должны иметь баб. ... Я так скажу: надо быть нормальным, как по природе. Журн.: Кто скажет, что такое нормально? Роланд: Ну то, что просто для продолжения рода; секс это только средство для продолжения рода. Вот это по природе. Журн.: Но ведь сегодня мужчина спит с женщиной не только для того, чтобы сделать ребенка. Роланд: Дело не в том, чтобы сделать ребенка, но ведь с гомиком вообще ребенок не получится. Журн.: А кто устанавливает норму? Роланд. Ну вот что: для себя я сам ставлю свою норму. И точка! Всё!» (Gewalt 1990: 30).

Такие банды есть и у нас, на жаргоне их называют «ремонтниками», и они даже пользовались кое-где поддержкой милиции. Так, в Москве милиция создала оперативный отряд юных дружинников для борьбы с «гомосексуалистами», который пришлось судить. Главным обвиняемым был 16-летний Дима Сорокин. От выполнения заданий ребята перешли к самостоятельным нападениям с ограблениями и изнасилованиями. Во главе банды оказался один из тех, кого банда преследовала. Этот студент-экономист, ставший «гомиком» после того, как его изнасиловали в туалете музея В. И. Ленина, некоторое время сам практиковал голубой секс, а после нападения банды, присоединился к ней. Ему понравилось, и вскоре он стал главарем. Закончилось всё арестом и судом (Айзенштадт 1997). Но есть банды, действующие и по собственной инициативе. Пусть таких немного, но в речах немецкого бритоголового юнца звучат установки, которые близки многим. Собственный вкус проверяется по совпадению со вкусом большинства, представляется нормой, аргументируется ус-тановлениями природы, а если эти аргументы оказываются шаткими, то на помощь являются сила и произвол.

Ошибочно думать, что гомосексуалы — только беззащитные жертвы воинствующих гомофобов. На Западе уже появились «голубые патрули защиты» (Gay Protection patrols) — дружины тренированных гомосексуальных бойцов, регулярно выходящие на дежурство в парках и на улицах, опасных для «голубых». Но как не сокращается число «голубых», так не умирает и гомофобия.



Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: