Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Санкция прокурора

Осенью 1961 года, в сумерках, я спокойно сидел в своем крохотном кабинете в туберкулезном отделении и писал дневники в историях болезни.

Работал я второй год и считал себя крупным специалистом по туберкулезу.

Больные с моей помощью (или вопреки ей) часто поправлялись, но иногда и умирали. Учитывая большое количество больных и отсутствие желающих взять совместительство в туберкулезном отделении, я работал аж на две ставки и, не боясь заразы, проводил в отделении целые дни.

Внезапно открылись двери и с плачем ввалилась молодая женщина, кассирша из больничной бухгалтерии.

-Доктор, помогите, спасите мужа!

-Что случилось?

Ее муж, майор-отставник, болел открытой формой туберкулеза легких и лечился у меня амбулаторно.

-Мужа хотят вышвырнуть из квартиры!

-Как это вышвырнуть?

-Израйлевич, я Вам все расскажу, только поехали быстрее!

Я услышал шум мотора.

— Вы на машине?

— Нет, меня подвезли, но я попрошу на Скорой, подбросят…

Двери распахнулись и, громко топая, вошел капитан милиции.

-Доктор, собирайтесь!

-А в чем дело?

-Нужно посмотреть больного и отправить его в больницу…

-Какого больного? — Тут капитан заметил кассиршу.

-А, ты уже здесь… Да вот, ее мужика!

-Кого, Сазонова? Да он же был у меня сегодня! Что с ним?

-Он самовольно занял квартиру, есть санкция прокурора на выселение.

-Израйлевич, они его хотели бить, но он так кричал, что сбежались люди и не дали выкидывать. А сейчас они опять хотят выбросить, так он кричит — «Позовите моего доктора, он все про меня знает!»

Капитан прервал ее:

Он симулянт! Занял чужую квартиру, лег на пол и придуривается!

-Так что Вы хотите от меня?

-Поехали с нами, нужно, чтобы его забрали в больницу!

-Насильно госпитализировать я не могу!

-Поехали. поехали! Там все собрались: и Дербан (прокурор), и Прокопенко (второй секретарь райкома), и мой начальник!

Наш небольшой районный центр Червень (9 тысяч населения) в 60 километрах от Минска, имел все полагающиеся учреждения : райком партии, райисполком, райзаг, райздрав, районо и прочие раи… В городе не было промышленности, бюджет крохотный.

Дороги не чиненые, ночью не было уличного освещения. В Доме культуры, обшарпанном здании, похожем на сарай, 1—2 раза в неделю крутили старые фильмы. В магазинах — шаром покати. В витринах старые консервные банки. Привозили хлеб и молоко, за которыми с утра выстраивались очереди. На маленьком базарчике раз в неделю можно было купить живых кур, старое пожелтевшее сало, сморщенные яблоки и жареные семечки.

Местные жители, в том числе врачи и учителя, держали свиней, некоторые коров, птицу, имели огороды и так жили. Других снабжали продуктами родственники в деревне. Мы, несколько врачей, приехавших из города, хозяйства не имели и по очереди привозили продукты из Минска. В Минске в то время было все, в том числе колбаса с экзотическим названием «Брауншвейгская»…

У нас был ребенок, его надо было кормить… В воскресенье на базаре я покупал 2—3 курицы. Поскольку холодильника у нас не было, я сохранял их в живом виде. На несколько дней я помещал их в подвал, где они сидели в полной темноте. А я удивлялся, почему они не едят крупу и не пьют оставленную им воду! Когда своим медсестрам я случайно обмолвился в каких условиях содержится моя живность, раздался общий хохот. Женщины смеялись до слез, через 5 секунд с ними смеялся и я… Пришлось мне провести в подвал электричество, и на день включать лампочку…

Проблема для меня была и в том, как этих петухов зарезать! Я, никогда не державший в руках режущих инструментов, вопрос решил просто : взял туристский топорик и во дворе дома отрубил петуху голову! Мой первый петух устроил мне пакость : забрызгав меня кровью, он вырвался из рук, без головы убежал и стал делать круги по двору, а я гонялся за ним с окровавленным топором! В конце второго круга он упал бездыханный…

Собравшиеся во дворе соседи по достоинству оценили мои усилия. Смех продолжался минимум полчаса. Еще долго соседские дети показывали на меня пальцами и говорили — «это тот доктор, от которого петух без головы убегал…»

Центром общественной жизни была чайная. Вокруг и внутри было неимоверно грязно. С утра и до одиннадцати вечера вокруг толпились любители выпить, а по углам и в ближайших подворотнях валялись пьяные…

Но в революционные праздники на грязной площади ставили трибуну, на трибуну взгромождалось районное начальство. С красными флагами демонстрировали свою мощь несколько десятков представителей районных организаций под бодрые приветствия секретаря райкома.

Жалкое было зрелище, зато все, как у больших…

Когда сейчас некоторые молодые люди напоминают мне о прелестях жизни в СССР, я вспоминаю эту чайную, пьяных и жалкую демонстрацию трудящихся в занюханном районном центре…

Но вернемся к нашему рассказу.

Мы погрузились в милицейский УАЗик и через несколько минут были на месте событий.

Что же случилось? В нашем городке в кои-то века построили новый жилой дом. Сазонов с женой и ребенком должны были получить двухкомнатную квартиру. Он — как демобилизованный офицер и больной открытой формой туберкулеза легких проходил по льготному списку, был первым в очереди и со дня на день должен был получить ордер.

Вдруг его вызвали в исполком и заявили:

-Ваше вселение откладывается. Нужно еще подождать, получите в

следующем доме, через год.

-Но почему !? Мне же обещали, мы уже и мебель купили…

-Так надо. Есть люди, нуждающиеся больше, чем Вы.

Городок маленький. все обо всех всё знали. Оказалось, что в наш город приехал из соседнего Пуховичского района бывший инструктор тамошнего райкома партии, а ныне ответственный работник — на должность третьего секретаря райкома партии. Такие заслуженные деятели должны были обеспечиваться жильем ,и вне очереди ему выдали ордер.

Поскольку вещей у него не было, он завез ряд скрепленных между собой стульев из коридора райкома, поставил свой замок и спокойно уехал в Пуховичи готовиться к переезду.

Мой пациент, услышав такую новость, не долго думая, вскрыл замок, положил на пол матрас, лег на него, закурил первую сигарету и заявил:

-Квартира моя, я первый в очереди, никуда не пойду! Я больной и буду лежать здесь, пока мне не выдадут мой законный ордер!

Примчалось все начальство. Прокурор дал санкцию на выселение. Милиция приготовилась вышвырнуть Сазонова вместе с матрасом и начатой пачкой сигарет «Прима». Но он стал страшно кричать. Жена билась в истерике и бросалась на милиционеров.

Сбежались люди. Все хотели насладиться бесплатным зрелищем, но и начался ропот. А Сазонов не переставал кричать:

-Я больной! Я не могу встать! Квартира моя! Позовите доктора! Он все обо мне знает! Он подтвердит!

Первый секретарь распорядился:

-Привезите этого доктора! Раз Сазонов больной, пусть его положат в больницу, а мы здесь разберемся сами…

Весь город бурлил, и только я ничего не знал, сидя у себя в отделении…

И вот я очутился на месте. Вокруг дома была толпа человек 30—40. На лестнице стояли люди. Протиснувшись, мы зашли в злополучную квартиру на втором этаже.

Вид открылся живописный. Посреди комнаты лежал тюфяк, не тюфяке — мой отставной майор с сигаретой в зубах. На полу груда окурков, тарелка с какой-то едой и бутылка воды. Пара милиционеров во главе с майором, начальником милиции, стояли возле. Когда кто-то из них приближался ближе. чем на два шага, мой пациент начинал громко кричать:

-А-а-а-а-а!! Не трогайте меня!! Я больной!

Какой-то парень щелкает вспышкой, милиционер старается отобрать камеру, тот не дает…

Ко мне подошел начальник милиции.

-Доктор, вы его знаете?

-Да, это мой больной, сегодня он был у меня.

— Заберите его в больницу!

-Зачем, он может оставаться и дома

-Затем, что есть санкция прокурора на выселение из самовольно захваченной квартиры!

-А причем тут я?

-Притом, что нам нужна справка, чтоб его можно было выселить. ! Вы его врач. Или заберите его в больницу, или выдайте нам справку, мы выселим его сами!

Я подумал секунд двадцать.

-Против его желания забрать в больницу я не могу, а жена сказала, что

он не хочет. А справку я напишу, если дадите мне письменное требование.

— Пошли на кухню, там меньше шума, — согласился начальник.

Через несколько минут у меня в руках был документ. Содержание привожу дословно.

«Врачу туберкулезнику. Прошу дать справку состояния здоровья гр. Сазонова Е.Н. для выполнения санкции прокурора и выселения Сазонова физическим способом из квартиры по адресу… Начальник Червенского райотдела милиции майор… (подпись)»

Требование я положил в карман и сел за стол.

Через 10—15 минут я сочинил пространную справку следующего содержания:

Справка.

Сегодня (дата) в 12часов 30 минут ко мне на прием пришел Сазонов Е.Н., больной инфильтративным туберкулезом легких в фазе распада (открытая

форма)со склонностью к легочным кровотечениям .В течение трех месяцев лечится искусственным пневмотораксом и пришел для очередного поддувания.

При рентгенологическом обследовании : Правое легкое поджато на одну треть, деструкция в верхней доле уменьшилась, но продолжает определяться. В синусе небольшое количество жидкости. Больному произведена инсуфляция 500 мл кислорода в плевральную полость. Процедуру перенес удовлетворительно. Выданы антибактериальные препараты для продолжения лечения.

По состоянию здоровья может по своему желанию находиться как в стационаре, так и в домашних условиях.

Применение физических методов воздействия противопоказано для его здоровья во избежание серьезных и опасных осложнений.

(подпись)

Прочитав мой опус, начальник выбросил окурок, сплюнул на пол и сказал:

-Ну и хитрожопая нация !.. Пошли в райком партии, к первому секретарю!

-А зачем?

-Идем, идем, там с тобой разберутся…

Мы перешли через дорогу и вскоре были в кабинете первого секретаря.

Там собрался полный кворум: первый, второй , а также третий секретарь, срочно вызванный из Пухович, председатель исполкома, прокурор, начальник милиции и несколько инструкторов.

Начальник милиции подал первому секретарю мою справку. Тот внимательно прочитал, и сказал:

-Да, ловко составлено! Но мы хитрее! — веско заявил он. Садись. доктор, за стол и пиши справку, которая НАМ нужна! Справку, которая позволит выполнить санкцию прокурора против самовольного захвата квартиры.

-Но там все написано! — робко возразил  я.

-Садись, пиши, то, что нужно, и не разговаривай много!

Взволнованный обилием начальства и нажимом, я голову не потерял и меня охватила злость : «Да что они мне сделают!»- подумал  я.

Я сел за стол и быстро составил справку того же содержания, слегка переставив слова. Не забыл упомянуть. что применение физических методов воздействия может привести к опасным осложнениям…

Прочитав справку, первый секретарь заявил вполголоса —

— Вот хитрожопая нация, все-таки вставил физические методы…

— Я так и говорил ему! -встрял начальник милиции

— Ладно. доктор, иди. Ты думаешь, что ты умнее всех. Но мы еще проверим. как ты работаешь!

Сразу из райкома я побежал к себе в отделение. Достал амбулаторную карту Сазонова, подшил требование милиции и записал содержание своих справок.

Карту забрал с собой. Мне мерещились всякие ужасы со вскрытием кабинета, обыском и изъятием документов…

Наутро я пошел к главврачу и рассказал всю историю.

-Скажите, Иван Сидорович. как я должен был поступить?

Главврач был уклончив. Старый партизан, член бюро райкома и тихий алкоголик, он в своем кресле досиживал последние месяцы до персональной пенсии. Ко мне он всегда относился хорошо, не мог отступить от «линии партии», но и не хотел подводить молодого доктора.

Он придвинулся ближе и тихо сказал:

-Израилевич, по сути ты поступил правильно. Тебя хотели подставить. Но,

знаешь, это все-таки, райком партии… Мы все под ним ходим, и, может быть, не надо было так резко…

Продолжение истории было через два дня. Оказывается, жена больного, наша кассирша пригласила фотографа . Снимки отвезла в редакцию газеты «Советская Белоруссия» и там же оставила длинную жалобу с изложением всех событий. Поскольку дело касалось райкома партии, прибыла комиссия Минского Обкома и два корреспондента.

Днем меня вызвали в кабинет главврача. Там собралась вся комиссия, наш главврач. парторг и другие. Председатель комиссии, инструктор обкома сказал:

Доктор, к нам поступило письмо с описанием известных событий. Расскажите, что Вы видели?

Я подробно рассказал. При упоминании о требовании начальника милиции и моих справках, они оживились и потребовали принести документы.

Я принес амбулаторную карту Сазонова. Все по очереди прочитали мою переписку и попросили снять копию.

Расхрабрившись, я потребовал письменный запрос. Все рассмеялись, а главврач сказал:

Ну, Израйлевич, ты совсем обюрократился…

Через неделю в газете был напечатан фельетон«Большие страсти маленького города»

Третий секретарь уехал обратно в Пуховичи. Сазонова в этой квартире не оставили, но обязали Исполком оплачивать частное жилье до получения новой квартиры .

С той поры главврач, парторг, а при встрече и работники райкома усиленно приглашали меня вступить в партию, на что я неизменно отвечал

-Спасибо, я еще не созрел…

Ваш Владимир Израилевич Бунимович

685


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: