Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Ширвиндт произнес пронзительный монолог, покидая руководство театром Сатиры

"Должны стоят урны, надсмотрщики, иностранные агенты"

13 октября коллективу Театра сатиры представили нового худрука, Сергея Газарова, который сменил на этом посту Александра Ширвиндта, чье правление длилось 20 лет и который едва ли не единственный руководитель, добровольно ушедший в отставку. Понадобилось всего полчаса, чтобы расставить все точки и единогласно выбрать в президенты Александра Ширвиндта. И тут он дал жару!

«Пересесть в кресло — это не про меня, — сразу же сказал Сергей Газаров, расположившийся вместе с руководством театра и Департамента культуры за столом на сцене, как на партсобрании. — Я хорошо понимаю плюсы и минусы театра, как его развивать и за какое время. В театре, как и в любом другом производстве, все определяет работа. Я нуждаюсь в поддержке труппы и руководства. Мне это сильно поможет. Не представляю, что Александр Анатольевич просто уйдет. Я предлагаю оставить его в качестве президента. Действующего президента».

Глава Департамента культуры Москвы Александр Кибовский вопрос поставил ребром: «Решение надо принимать сейчас. Я так не уйду отсюда. Понимаю, что вещи из кабинета художественного руководителя вынесли. Такой порядок. Можно, конечно, остаться артистом. Но есть же понятие преемственности».

Зал радостно зааплодировал, но последнее слово осталось за самим Ширвиндтом, а он в своей фирменной невозмутимой манере произнес потрясающий монолог: «Ребята, приятно, что в сегодняшней акции есть эксклюзив. Как показывает житуха, либо человека выгоняют и он становится худруком в изгнании, либо его выносят вперед ногами и мимо него идет новый худрук. А у нас намечается премьерный вариант. Президент — выборная должность. Должны стоят урны, надсмотрщики, иностранные агенты. Президент театра — это мистика. Я могу быть президентом подземного перехода. Я бы стоял с протянутой рукой. 52 года в театре, а вообще в этом производстве — 66. Это долго. Просто хлопнуть дверью? Обижаться? Мы всегда хвалились тем, что у нас семья. Но только хочу сказать Сереженьке, чтобы он пошел индивидуальным путем, не глядел по сторонам, не подменял творчество репрессиями. Понятно, что возникнет необходимость добавления новой крови, но бережность отношения к сидящим здесь необходима. Нас упрекают, что у нас богадельня. Да! И ты должен смотреть сердобольно. Театр, Сереженька, очень хороший у нас. Нас упрекают в старомодности, но если смотреть спокойно и объективно, то те 20 лет, что я существую с этими людьми как начальник, у нас был хороший репертуар. И по сборам всегда нормально. Последний период был сложный, и списывать все на пандемию удобно. Но не только она виновата. Когда я вижу пустую сцену, у меня начинает болеть сердце. Кто виноват? Конечно, я». 

Еще в конце прошлого сезона Ширвиндт обратился к Кибовскому, что надо думать, как дальше жить. В этот период уже сложилось внутреннее решение, но работа кипела. Было сделано четыре распределения. Антон Яковлев должен был поставить пьесу Григория Горина «Чума на оба ваши дома». Остановились также на «Балалайкин и К» по Салтыкову-Щедрину, который должен поставить Сергей Газаров. Распределение ролей лежит у Ширвиндта в столе. Андрей Максимов должен поставить спектакль на Малой сцене. Игорь Посельский, как сказал Ширвиндт, затевает на чердаке молодежное хулиганство. Максим Аверин пришел с безумной задумкой мюзикла «Малыш и Карлсон». «Такая компания. Это все очень сегодняшние люди, — поделился Ширвиндт своими планами. — Я понимал, что в новом сезоне придет новый худрук и мои задумки его могут не устроить. Мы тоже современные люди и патриоты, принимаем нашего нового друга в тот же день, когда назначается председатель Госдумы. Там страшные дебаты. Знаете, что общего между Госдумой и фаршированным гусем? Яблоко в...».

Не смеялся только Кибовский. Он-то при исполнении. «Не можешь смеяться? — поинтересовался Ширвиндт. — Ты разве в яблоке?»

Ширвиндт вроде бы ушел от прямого ответа насчет президентства и даже проголосовал поднятием руки «против», в то время как его коллеги кричали, что они все «за». «Мы вас принудим к этой работе. Поздравляем вас с избранием президента Театра сатиры», — подытожил Кибовский. На этом президиум встал, а по залу прокатилось: «Как? И все?»

После самого короткого сбора труппы и представления ей нового худрука Александр Анатольевич дал эксклюзивное интервью обозревателю «МК». Даже не интервью, а монолог мудрого человека.

— Когда были бесконечные дебаты и сомнения насчет смены руководства в театре, я всегда говорил, что это не престолонаследие, что надо выбирать, обсуждать. Но так мы могли зайти уже в полный тупик. И действительно, меня уже отсюда выносили бы, и тогда преемника еще сложнее было бы искать.

Сережка театр изучил. Для него театр и труппа не чистый лист — это первое. Второе — притом что ходят слухи о его безумно железной руке, могу сказать, что здесь железная рука не повредит. Все зависит от степени силы кулака. Вся тяжесть кулака всегда была на Мамеде (Мамед Агаев — многолетний директор театра. — М.Р.), а я только так, на всякий случай. Но дело не в этом. Дело в балансе железного кулака с творчеством. И последнее: почему я в надежде на Сережу — я видел спектакль его в «Табакерке», у Володьки Машкова, «Ревизор». Это абсолютно наших кровей спектакль. Меня абсолютно потрясла одна придумка (не знаю чья, художника или режиссера) — когда Хлестаков остается один под лестницей. И таких интересных моментов у него в спектакле много.

Хочу сказать, что Сергей сам очень хороший артист. Я видел его фрагментарно в кино. Когда он позвонил мне и спросил, приду ли я на его представление труппе, произошла какая-то мистика. Накануне ночью, в силу того, что я сплю фрагментарно, я, как обычно, включил телевизор. Ночью (на будущее говорю) в этом ящике всегда идут хорошие фильмы. И я увидел фильм Адабашьяна «Испанская актриса для русского министра» (Сергей Газаров в нем играл роль министра культуры. — М.Р.). И вот кто там вытягивает фильм, так это Сережка.

Мне позвонил Володька Машков: «Это правда, отец, правда?» — это он про мой уход спросил. Он меня любит без дураков. И он сказал: «Ко мне! Будете просто Ширвиндт, без права кому-нибудь вас трогать».

А ты видела, что пишут твои собратья? «Газманов принял театр Сатиры». А еще мне прислали из серьезного агентства, где сообщалось, что Газаров возглавил театр Сатиры, но фотография почему-то режиссера Житинкина.

МАРИНА РАЙКИНАСВЕТЛАНА ХОХРЯКОВА

 

Источник

25


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: