Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Стигма

Стигма

Работая в психиатрии, я столкнулся с таким явлением, как непонимание людьми нас, психиатров, и наших пациентов с их проблемами.

Конечно, учитывая советское прошлое психиатрии, можно понять страх и недоверие со стороны общества. Да, в советские времена наши знания и умения государство использовало для решения своих проблем. Диссидентам направо и налево ставили диагнозы и помещали в «психушку» для «лечения» от антисоветчины. Той страны уже нет. А страх и недоверие — остались. Причём страх остался и по отношению к нашим пациентам. Не так давно работая в этой области, мне уже приходится сталкиваться с этими явлениями.

Перечитывая историю психиатрии, видишь, как люди боялись тех, кто был не такими, как они. И на кострах жгли, и в цепи заковывали, и изгоняли из городов. Что только не делали, чтоб «защитить» себя. Я часто задумываюсь: а почему так?

В старые времена — ещё понять можно: народ был безграмотен, в умах людей — различные суеверия, наука, да и медицина были в зародышевом состоянии. Например, в Древней Греции считали, что все странности с людьми происходили из-за вмешательства божества. Такие воззрения были вплоть до VI века н.э., когда начался более или менее реалистический подход к происхождению заболеваний.

Особенно в древние времена народ боялся так называемой падучей болезни — вторым названием было «божественная болезнь». Догадались, о каком заболевании идёт речь? Молниеносное начало припадка, крик, потемневшее лицо, кровавая пена и судороги — все это как нельзя более подходило для сверхъестественного объяснения: грозное божество невидимым ударом бросает человека на землю. Я думаю, многие уже догадались, что речь идёт об эпилепсии. Сейчас нам это объяснение кажется как минимум странным, и некоторые, читая эти строки, возможно, улыбнулись.

Вот именно от элементарного незнания и возникали страхи у людей.

Стоит отдельно вспомнить, как пытались лечить «сумасшедших, прОклятых, блаженных» (какими эпитетами только не награждали этих несчастных людей!). Одним из методов было выдалбливание отверстия в затылке, чтоб злые духи и бесы покинули больного… Думаю, нетрудно догадаться, что такое изуверское «лечение» не могло излечить либо как-то облегчить состояние больных. Как правило, их просто изгоняли — они бродяжничали, жили в нищете, никто ими не занимался и тем более не лечил. В те давние времена даже многие корифеи медицины скорее верили в демонов, нежели в научную теорию происхождения психических заболеваний. Первые же больницы для душевнобольных, если их, конечно, можно так назвать, появились около семи веков назад.

Вообще термин «сумасшедший дом» имеет достаточно интересную историю. Надеюсь, что, прочитав её, вы, дорогие читатели, не станете впредь слепо, не понимая значения этого термина, бросаться им направо и налево.

Католическая легенда гласит, что жил такой испанский монах под именем Хуан Джилаберто Хофре, которому удалось собрать большую сумму денег на устройство больницы. На эти пожертвования он построил больницу для душевнобольных и назвал её «Убежище Мадонны». В разговорной речи между собой испанцы называли её просто «сумасшедший дом» — manicomio. Оказывается, это совсем не наше с вами изобретение, а идёт из Испании, аж с 14-го века!

Вот с тех древних времён и идёт до сих пор непонимание, а порой — простой страх.

Как-то общались со своим другом-хирургом и затронули различные аспекты медицины. Вот тут-то он мне и выдал фразочку:

— Саня, — говорит, — если б не вы, психиатры, мы уже давно на Марс улетели…

Хоть стой, хоть падай!!! И это мнение не его одного, а всего нашего общества, не побоюсь этого громкого заявления.

Приведу ещё пример из своего личного опыта. У меня есть друг, добрый малый. И вот как-то звонит мне и говорит: «Не хочешь ли потусоваться сегодня со мной и моими друзьями?» Я дал согласие, хотя в той компании никого и не знал.

Вообще, я люблю наблюдать за незнакомыми мне людьми. Столько информации для себя отмечаешь: вот Любка на Саню смотрит, а он на неё ноль внимания. Друг мой тоже не отстаёт, с девушкой… Дело шло неплохо. И вот в какой-то момент вся дружная компания вспомнила, что есть я.

— Можно спросить, а ты чем занимаешься? — спросил мой тёзка, который так и не ответил на знаки внимания Любы.

(Я уже знаю, что если неподготовленным людям выпаливать, что я психиатр, возникают очень интересные ситуации по типу немой сцены гоголевского «Ревизора».)

— Медициной, — ответил я.

— Ой, как интересно! — вскликнула рыжая девчонка с двумя косичками и яркими небольшими бантами.

— Конечно, интересно, — парировал я.

И тут со всех сторон посыпалось:

— Ты, наверное, хирург?

— Да нет же, не похож он на хирурга. Он гинеколог!

— Нет, он педиатр…

Практически все врачебные специальности перебрали. Это так их всех забавляло… Побалагурив минут пять, они утихомирились и выжидательно посмотрели на меня.

— Я психиатр.

Немая сцена. Дальше веселился я один…

Есть и другой вариант. Узнав, что ты психиатр, окружающие начинают сразу обращаться со своими просьбами, жалобами, личными проблемами — и неважно, где ты: на вечеринке, на дискотеке, просто на отдыхе… Я всегда думаю в такие моменты: «А почему вне работы в своё личное время, когда отдыхаю, должен консультировать? Мне и на работе этого хватает». Причём когда это сообщаешь, по возможности деликатно, — сразу же обижаются. Я тогда привожу пример: представьте, что вы заходите в магазин, а там встречаете свою знакомую. И вот вместо приветствия слышите:

— А знаешь, он меня вчера бросил. Мне так было плохо! — и т.д. и т.п.

Конечно, вы как верный друг сочувствуете, киваете головой в знак согласия. Предположим, ваш разговор длится минут пять. Далее вместе выходите из магазина — жалобы расширяются: и как плохо-то ей, и спать-то ночами не может, и, дескать, жизнь не мила, и голова болит, и сердце колет, ноги заболели, руки чешутся, да ещё проклятая перхоть достала так, что черное носить нельзя, и никакой шампунь не помогает… Продолжить список? И так вы идёте до остановки. У вас начинают уже возникать мысли: быстрее бы автобус подошёл… А ведь пока прошло не более 10-15 минут после вашей встречи. Автобуса, как назло, нет. А она продолжает и продолжает… Вы чувствуете, как вас это уже достало?! Хотя слушаете, может, не более 20 минут — приходите домой как выжатый лимон.

А у нас так весь рабочий день проходит. И, естественно, должны быть моменты, когда я имею право давать отдых своей голове. К сожалению, мало кто это понимает…

Ещё часто встречаешь такое предвзятое мнение, что если ты психиатр, то ты не такой, как все. Говорят: «Да ты на психиатра не похож…» Довольно странная постановка. У меня сразу — встречный вопрос: «А как психиатр должен выглядеть? Чем и как, например, он должен отличаться от программиста, инженера, юриста и т.д.?»

Как-то мне заведующая одного из диспансеров сказала:

— Если человек пошёл в психиатрию, то у него в голове уже есть какие-то бубенчики.

А может, и правда? Ведь и многие психиатры любят «запустить» некоторый элемент таинственности в нашу работу. Поэтому зачастую и слышишь от других: «Так психиатры не поступают, так не делают…» Ведь у многих в голове сложился определённый образ, как, по их мнению, должны мы вести себя в повседневной жизни. Почему-то считается: люди нашей профессии обязательно должны быть всегда спокойными, рассудительными, делать всё правильно — или, наоборот, быть чудными, непонятными, странными: что с нас взять? Правда ведь?

Зачастую приходится слышать, как обыватели кидаются такими словечками: «псих, психопат, шизик, эпилептик, идиот, дебил, олигофрен». Каждый это слышал, и не раз, в том числе иногда и в свой адрес, а порой и сам говорил. Правильно?

Так мы раздаём «диагнозы» нашим недругам, иногда и незнакомым людям, которые, может, просто нас задели в метро или случайно толкнули в магазине: «Эй ты, псих, куда прёшь?!». До боли знакомое выражение, особенно водителям, да, впрочем, не только им. Термины, которые в принципе своём являются диагностическими, перешли в повседневную жизнь. И мы уже не задумываясь бросаемся ими. Зачастую это идёт и из средств массовой информации, от видных и уважаемых людей нашего общества. Всё это дискриминирует медицину. У меня всегда, когда я слышу это, возникает вопрос: «Насколько же больно наше общество, в котором мы с вами живём?..» Ведь после такого и возникает как раз то недоверие и страх перед профессией, которой я решил посвятить свою жизнь.

Не менее серьёзной является ситуация с людьми, имеющими отклонения в психике. Вроде на дворе XXI век, а отношение у людей к нашим пациентам сохранилось то же, что и в старые времена. Нет, конечно, сейчас их не жгут, не вешают и в наручниках не держат… Но приходится встречаться в своей практике с тем, что даже самые близкие люди отказываются от своих больных родственников: дети — от матерей, братья и сёстры — друг от друга, муж — от жены. Просто бросают на произвол судьбы. Имеют к ним только меркантильный интерес: как забрать квартиру, деньги получить… Мне больно смотреть на это. Всегда на Руси родственные связи чтились и почитались, даже в советские времена семья считалась ячейкой общества. Даже самых больных всегда держали при себе, ухаживали за ними и не бросали на произвол судьбы. Сейчас же порой рвутся, просто разрываются все родственные связи. Куда же мы идём?..

От наших больных не только отворачиваются родственники. Им сложно устроиться на работу, адаптироваться среди нас, так называемых нормальных людей. Они просто никому не нужны. У нас в отделении есть такие, которые никому не нужны…

Как-то раз решил я выписать одну свою больную домой, благо её состояние позволяло это сделать. Звоню её дочери, сообщаю об этом. И как вы думаете — что я услышал в свой адрес? Меня покрыли самыми грязными словами, которые и рядом с цензурными не стояли. А затем взял трубку её муж:

— Если ты мне ещё раз позвонишь насчёт выписки, я приеду и расправлюсь с тобой!

И это не редкость в наше время.

Конечно, не всё так грустно. Люди рано или поздно поймут, что не надо бояться. Они ведь тоже ЛЮДИ, и они страдают, и нуждаются не в отчуждении, а в помощи нашей. Я верю, что это время придёт; оно уже приходит.

Продолжение следует…

627


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: