Владимир Владимирович Шахиджанян:
Добро пожаловать в спокойное место российского интернета для интеллигентных людей!
Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Капля камень точит

15 мая 2018 года, вторник, день 5318

Провёл тревожную ночь. С утра в больницу.

Завтракая, почему-то вспомнил Эмму Манделя.

На самом деле он Эммануил Мандель. Но его с детства все звали Эмма. Ему имя нравилось, и он так представлялся.

Многие люди его знают по псевдониму Наум Коржавин.

Многие помнят его четыре строки:

Старинная песня:

Ей тысяча лет:

Он её любит,

Она его нет.

Наум Коржавин живёт в США, в небольшом городке в семье своей дочери.

Когда Науму Коржавину исполнилось восемнадцать лет, его посадили за антисоветчину. Отсидел, вышел и вернулся в родной Литинститут.

Мне говорили, что он очень плохо себя чувствует.

Я не поленился, зашёл в Википедию, выяснил, что ему уже девяносто третий год.

В последний раз я его видел давно, на одной из встреч, где был Михаил Сергеевич Горбачёв.

Как всё в этой жизни переплетается. Я познакомился с Наумом Коржавиным в 1955 году, более полувека назад.

Знакомство произошло в доме Григория Рошаля.

Меня потянуло сегодня на воспоминания.

Оно и понятно: мне ехать в больницу, будут делать очередное исследование и выяснять, выросла или не выросла моя опухоль.

Ожидание.

Встреча с доктором.

Операционная.

Наркоз.

Вернули в палату.

Проснулся.

Рядом мой верный зам. Улыбается.

Ему уже сказали, что исследование прошло хорошо, опухоль не выросла, в больницу через полгода.

Я сразу повеселел и уговорил Марата Рауфовича поехать пообедать в «Латук».

В этом кафе потрясающе кормят. Здесь молодой и талантливый шеф-повар Николай Аркадьевич Числов.

После обеда шли по бульвару. Встретили на аллеях бульвара Тимура Абдрахманова и Влада Пивоварова.

Они сделали селфи.

Каждый день я встречаю людей, прошедших «СОЛО», и выслушиваю от них слова благодарности. Приятно и радостно ощущать свою востребованность.

В моём окружении многие обсуждают, какие министры поменяются.

Принято решение разделить Министерство образования и высшей школы на два — Министерство образования и Министерство высшей школы и науки. Это уже было.

Когда обедали в кафе «Латук», ко мне подошёл Игорь, режиссёр документального кино. Он тоже хорошо говорил о «СОЛО».

Приятно выслушивать комплименты.

На Марата Рауфовича произвела впечатление моя беседа с женщиной, сидящей в шикарном автомобиле.

Яузский бульвар, пробка. Женщина увидела меня через окно и опустила стекло в машине.

Наши взгляды встретились. Я подошёл к машине, благо, пробка.

Её спутник (не водитель, а именно спутник) в красивом, можно сказать, шикарном костюме произнёс:

— Ой, я вас знаю! Я проходил «СОЛО», но, к сожалению, до конца не прошёл.

— Кто вы? — поинтересовался я.

— Железнодорожник.

— Большой ранг? — решил я уточнить.

— По-разному, — услышал в ответ.

— Белозёрова знаете?

— Знаю.

— Сказали бы Олегу Валентиновичу Белозёрову про «СОЛО»! В «РЖД» надо всех научить: и сотрудников аппарата, и работающих в различных управлениях дорог. «РЖД» — это империя. Несколько сотен тысяч работников, и пятьдесят процентов из них сидят за компьютером и плохо владеют клавиатурой.

— Посмотрим, — пообещал мне мой новый знакомый.

Знакомым его можно назвать относительно. Я даже не знаю, как его зовут. Тем не менее, я услышал:

— А вам, Владимир Владимирович, спасибо большое. Вы заняты полезным делом.

Мне так хотелось заорать на весь бульвар:

— Чёрт возьми! Все благодарят. Жмут руку. Пользуются программой. Но почему же начальники не учат своих подчинённых? Почему у нас мало корпоративных солистов?

Я не заорал, нет. Что орать? Бесполезно, не услышат.

Надо устанавливать личные контакты с учениками и через них добираться до начальства.

Сегодня один мой приятель (он связан с ГИБДД, с Департаментом транспорта, с «Автодором») учил меня жить.

— Вот, смотри, — говорил он мне, — как надо зарабатывать деньги. Берёшь кредит, договариваешься об установке камер на дорогах. Каждая камера приносит тебе успех. Есть такая фирма одна, она установила камеры и с каждого оплаченного штрафа получает 233 рубля комиссии.

1211 камер контролируют частные компании.

В среднем одна камера фиксирует 70 нарушений.

Более 80 процентов выписанных штрафов оплачивают водители.

Средняя сумма выписанного штрафа — 328 рублей.

95 рублей из этой суммы получает бюджет региона, где установлена камера.

— А теперь, — продолжал мой приятель, — внимание: 22,2 миллиона рублей в день поступлений штрафов в день с камер.

Вот это бизнес! Растущий бизнес. Хороший бизнес. На мой взгляд, странный бизнес.

Я понимаю, если бы эти деньги шли на ремонт дорог или на оплату ГИБДД.

Нет, они идут в личный карман частного бизнеса. Всё по принципу «богатые богатеют, бедные беднеют».

На камерах зарабатывают многие.

К сожалению, смертность на дорогах не снижается.

Уж коли я вспомнил про ГИБДД, наверное, стоит им написать письмо, чтобы они научили своих сотрудников работать десятипальцевым методом на клавиатуре компьютера. Завтра поговорю на эту тему с Маратом Рауфовичем. Возьмём и напишем письмо. В конце концов, капля камень точит.

Вечером посмотрел список новых солистов. Чудесные люди! Они понимают меня, я понимаю их.

  Дарья Владимировна Долгих
  Максим Иванович Насонов
  Елена Николаевна Литвинова
  Наталья Олеговна Киселёва
  Валентина Васильевна Лопатина
  Полина Валерьевна Корнилова
  Дамир Ринатович Гиззатуллин
  Екатерина Эдуардовна Дорохина
  Александр Юрьевич Деревянкин
  Григорий Иосифович Беренгольц

Ваш Владимир Владимирович Шахиджанян.

P.S. Узнал, что столичные камеры либо принадлежат городу, либо взяты в аренду — город тратится на их обслуживание, но и штрафами ни с кем не делится. Как подсчитала Финэкспертиза, в год столичный бюджет получает от них 16,6 млрд. руб. А тратит на обслуживание, по данным Центра организации дорожного движения, всего 1,5 млрд. руб. Чистый доход: 15,1 млрд. руб.

Это я узнал сегодня, 2 июля 2018 года, когда готовил свой дневник для публикации.

Терпеливый народ автомобилисты. Но ведь когда-нибудь их терпение лопнет: бензин дороже, ремонт дороже, дороги с ямами, камеры зверствуют…

Деньги, деньги, деньги. Всё делается для того, чтобы заставить людей потеть в метро, нервничать на остановках городского транспорта, трястись в автобусах.

Болезнь — время, которое даётся для того, чтобы сделать выводы.

Лууле Виилма (1950-2002), психолог

200


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: