Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Сталин как изменник родины

Часть вторая

Продолжаем публикацию расшифровки основной части лекции доктора философии, заместителя председателя Совета Научно-информационного и просветительского центра «Мемориал», автора книг и многочисленных статей, посвященных истории советского террора, массовых репрессий и карательных органов, Никиты Петрова

В 1938 году (16 августа) был принят «Закон о судоустройстве». Закон, между прочим, впрямую ссылался на нормы Конституции (ст. 102), относительно того, кто и как может быть осужден в судах. Статья 1-я этого закона, соответственно, гласила: «В соответствии со 102 статьей Конституции, правосудие в СССР осуществляется верховными судами…» - и далее дословно повторялся текст той самой статьи Конституции. И, наконец, статья 53-я закона о судоустройстве конкретизировала, на основании 102-й статьи Конституции, перечень специальных судов, которые организуются по постановлению Президиума Верховного Совета или Верховным Советом СССР. Это – Военные трибуналы, линейные суды на железнодорожном и водном транспорте. Таким образом, и «упрощенная процедура» рассмотрения дел на Военной Коллегии, и все внесудебные органы были антиконституционны и преступны по своей природе, а учредили их после соответствующих решений Политбюро и Сталина, что автоматически ставит и Сталина, и его окружение в ряд преступников.

Особый вопрос – процесс реабилитации жертв политических репрессий, начавшийся после смерти Сталина. Реабилитация высветила одну большую проблему: подавляющее большинство осужденных и расстрелянных при Сталине людей ни в чем не виновны. Но как пересматривать дела тех, кто был приговорен во внесудебном порядке? Ведь наряду с невиновными во внесудебном порядке были осуждены и те, кто действительно совершил преступление и, безусловно, виновен (хотя их, повторюсь, мизерная доля среди приговоренных). Тогда, в 50-е годы, было принято решение о пересмотре дел приговоренных во внесудебном порядке – в судебных органах. И после этого пересмотра решения Коллегии ОГПУ, Особого совещания, «троек» и «двоек» по отдельным делам были оставлены в силе. Казалось бы, точку в этом вопросе должен был поставить Указ Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года. Пункт первый Указа гласил: «Осудить внесудебные массовые репрессии периода сталинизма, признать антиконституционными действовавшие в 30-40-х и в начале 50-х годов «тройки» НКВД-УНКВД, коллегии ОГПУ и «особые совещания» НКВД-МГБ-МВД СССР и отменить вынесенные ими внесудебные решения, не отмененные к моменту издания настоящего Указа…». Однако тут же содержалась оговорка о том, что это не распространяется на «изменников Родины и карателей периода Великой Отечественной войны, нацистских преступников, участников бандформирований и их пособников, работников занимавшихся фальсификацией уголовных дел, а также лиц, совершивших умышленные убийства и другие уголовные преступления».

Подобная оговорка, конечно, по идеологическим причинам, по сути узаконила ряд решений антиконституционных внесудебных органов. Понятно, что даже в перестроечном 1989 году еще действовали старые представления об «изменниках» и «шпионах». Но еще хуже то, что и сегодня правовая система России испытывает тяжесть все той же советской псевдогосударственной идеологии и находится в плену все тех же замшелых схем. На мой взгляд, просто позор, что до сих пор чохом не отменены все без исключения решения внесудебных органов именно как противоречащие Конституции.

Теперь рассмотрим реестр сталинских преступлений. Конечно, далеко не полный, так как рассмотреть все без исключения – не хватит времени. Здесь поговорим об отдельных репрессивных кампаниях и об известных актах индивидуального террора. Когда решение об убийствах принимал непосредственно Сталин. Прежде всего, это массовые аресты и расстрелы по т.н. «кулацкой операции» НКВД. Решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 2 июля 1937 г., скрепленное подписью Сталина, положило начало первой т.н. «массовой операции» НКВД по арестам и расстрелам т.н. «кулацких», «антисоветских» и прочих «враждебных элементов» [3]. Регионам было предписано заранее наметить квоты на будущие внесудебные приговоры к расстрелу (1 категория) и к заключению в лагерь (2 категория), предложить составы «троек» для вынесения приговоров. И квоты по регионам, и состав «троек» подлежали утверждению на Политбюро. Всего в рамках этой «массовой операции» до ноября 1938 г. было арестовано 767 397 человек, и из них 386 798 человек было расстреляно. Организаторами этой массовой бойни были Сталин и Политбюро. Они утвердили контрольные цифры, отражающие количество людей, подлежащих расстрелу в данном регионе, и утвердили состав региональных «троек». Все это было внесено в приказ. И утвержденный Политбюро приказ НКВД №00447 вышел 30 июля, операция началась 5 августа 1937 года [4]. Результаты я вам уже сказал.

Борис Долгин: Прошу прощения, квоты – это и есть те самые контрольные цифры?

Никита Петров: Да, это и есть те самые квоты или «лимиты», как их еще называли…

Евгений Тесленко: Существуют ли официальные документы, подтверждающие наличие таких региональных квот? Что вот столько-то должно быть расстреляно в данном регионе?

Никита Петров: Да, безусловно. Есть множество таких документов. Более того, когда операция началась, регионы выступили с инициативой, что аресты проведены в рамках указанных квот (или «лимитов»), но всех врагов еще не схватили – их оказалось больше. И просили увеличивать соответствующие «лимиты». На этих шифротелеграммах, которые хранятся в архиве, есть собственноручные резолюции Сталина. Обычно простое и лаконичное «За. И.Сталин». Но были примеры и развернутых резолюций. Например, на шифровке из Кирова от 21 октября 1937 г. видим резолюцию: «Утвердить по первой категории не на 300, а на 500 человек, а по второй категории – на 800 человек. И. Сталин, В. Молотов» [5] Или на шифровке от 20 октября 1937 г. из Улан-Удэ: «За 1000 чел. по первой категории. И. Сталин, В. Молотов, Каганович, К. Ворошилов, А.Микоян, Ежов» и приписка «т .Калинин – за, т. Андреев – за» [6]. На шифровке из Барнаула от 18 октября 1937 г. с просьбой установить для вновь образованного края «лимиты» на расстрелы и осуждение видим также сталинскую резолюцию: «За лимит в 4000 по первой и в 4500 по второй категории. И.Сталин, В.Молотов» [7], далее подписи Ежова, Ворошилова и помета «т. Микоян – за». Часть лимитов была утверждена исходящими шифротелеграммами наркома внутренних дел Ежова. Электронная публикация подлинников этих документов подготовлена, и, я надеюсь, Международный фонд «Демократия» (фонд А.Н.Яковлева) выложит их в Интернете для всеобщего обозрения с нашими комментариями. И будет абсолютно ясно, как это, собственно говоря, осуществлялось. Как работал этот механизм. Анализируя весь комплекс этих документов, можно считать доказанным, что Сталин был не только инициатором проведения данной кампании, но и санкционировал конкретные расстрелы, увеличение «лимитов» на расстрелы, и, соответственно, контролировал весь ход операции. В действиях Сталина – и подмена правосудия, и присвоение властных функций государственных структур, то есть нарушение отмеченных выше статей Конституции.

Тот же вывод мы можем сделать и анализируя массовые репрессии, начатые также в июле 1937 г. по национальному признаку, в рамках так называемых «национальных операций» НКВД. Это немецкая, польская, «харбинская», латышская, эстонская, финская, афганская, иранская и пр. операции НКВД. Из приказов и меморандумов НКВД видно, что тень подозрения легла на политэмигрантов, выходцев из сопредельных СССР стран и граждан СССР, с ними так или иначе связанных. С точки зрения Сталина и НКВД, все эти люди могли стать потенциальной шпионской базой. «Харбинцы», конечно, – не национальность; это те, кто переехал в СССР после конфликта на КВЖД в 1929 году и позднее с территории Китая – их подозревали в связях с японской разведкой. И здесь, в «национальных операциях», инициатива принадлежала Сталину. Первым было решение о проведении «немецкой операции», и подлинник его исполнен рукой Сталина:

 
 

Вопрос НКВД. Предложить т. Ежову дать немедля приказ по органам НКВД об аресте всех немцев, работающих на оборонных заводах (артиллерийские, снарядные, винтовочно-пулеметные, патронные, пороховые и т.п.) и высылке части арестованных за границу. Копию приказа прислать в ЦК. О ходе арестов и количестве арестуемых сообщать сводки (ежедневные) в ЦК. 
За. И. Сталин. [8]

 
 

Конечно, эта операция вскоре переросла в репрессии не только всех немцев, но и всех тех, кто был с этими немцами связан. Точно так же Политбюро санкционировало в начале августа т.н. «польскую операцию». Далее шли «харбинская», латышская, эстонская операции, словом, массовые репрессии затронули представителей всех тех национальностей, с которыми граничил Советский Союз. Не было лишь «литовской операции» – литовцев арестовывали в рамках «польской операции», но на это есть объяснение – Литва с Советским Союзом не граничила. Больше всего пострадало людей в ходе «польской» и «немецкой» операций. Наряду с т.н. «кулацкой операцией» в рамках приказа НКВД № 00447 эти операции органично влились в общую структуру «Большого террора». В рамках т.н. национальных операций было арестовано 350 тысяч человек, из них 250 тысяч расстреляно. Заметим, что если по «кулацкой операции» процент расстрелов от числа приговоренных составляет примерно 50%, то по национальным решения были гораздо жестче: здесь 70-80% были расстреляны. К ним отношение было не как к «классовым врагам», а как к шпионам, как к шпионской базе.

Ну и, наконец, нельзя не вспомнить о «сталинских расстрельных списках». Это тоже был своеобразный механизм «Большого террора». Здесь также наглядно видно, как Сталин своими решениями подменял правосудие. Начиная с 27 февраля 1937 года, Сталиным лично, а кроме него – еще несколькими приближенными к нему лицами, визируются и подписываются списки людей, чьи дела подлежали рассмотрению Военной Коллегии Верховного Суда. Каждый список был разбит на категории: 1-я категория – расстрел, 2-я – 10 лет, 3-я (довольно редкая) – 8 лет. Кто из вас интересовался, знают, что эти списки в полном объеме есть на интернет-сайте общества «Мемориал» – www.memo.ru Причем титульные страницы представлены цветной фотокопией, так как здесь стоят подписи Сталина и его ближайших соратников. А в некоторых случаях и содержательные пометы, например на списке от июля 1938 г.: «За расстрел всех 138 человек. И.Сталин, В.Молотов» или сталинские пометы в самих списках напротив фамилий, например «бить, бить» и т.п. Всего за период с февраля 1937 по октябрь 1938 г. Сталиным и его соратниками было утверждено 383 таких списка, в которых значилось 44,5 тысячи человек, и примерно на 39 тысяч из них была дана санкция на расстрел. Интересно, кто из сталинского окружения и сколько подписал списков. «Рекордсменом» оказался Молотов – он подписал 373 списка, Сталин – 362 списка, Ворошилов – 195, Каганович – 191, Жданов – 177, Ежов – 8, Микоян – 8, и Косиор – 5 списков. После утверждения списков и предрешения меры наказания рассмотрение дел Военной Коллегией было пустой формальностью, и оно, как правило, принималось в полном соответствии с той мерой наказания, которая была определена списком. В данном случае Сталин предрешал решения Верховного Суда, и, по сути, являлся автором смертных приговоров. Но и этого мало. Есть в этих расстрельных списках еще одна, крайне любопытная категория осужденных. Это высший состав чекистов. Состав НКВД Сталин стал так же яростно «чистил», как и все остальные слои советского общества. И вот чекисты расстреливались по этим спискам в т.н. «особом порядке». То есть в Военную Коллегию эти списки не поступали. Сразу после утверждения Сталиным и его соратниками эти списки направлялись НКВД для исполнения, и сразу следовали расстрелы этих людей. По сути, для нескольких сотен человек (мы проводили такую статистику и выяснили, что в «особом порядке» было осуждено нескольких сотен человек), решение о расстреле без какой-либо формальной судебной процедуры было вынесено Сталиным – и с точки зрения уголовного кодекса (и того, и нынешнего) это квалифицируется как убийство. Следы этого преступления можно видеть в архивно-следственных делах людей, расстрелянных в «особом порядке». Вместо приговора суда там просто подшита выписка из соответствующего «расстрельного списка» – указано: список номер такой-то, страница такая-то, лист такой-то. Вот и все основание для расстрела.

Источник: http://russiaforall.ru/materials/1457273183

Продолжение следует

163

Комментарии

Пока никто не комментировал. Вы можете стать первым.


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: