Круглосуточная трансляция из офиса Эргосоло

Сталинские репрессии. Часть 1.

Если «красный террор» времен Гражданской войны в России еще хоть как-то можно объяснить борьбой за власть, реакцией на «белый террор», местью за вековое рабство и прочими причинами, то репрессии 1930-х годов никакому объяснению не поддаются. Складывается впечатление, что единственная их причина заключалась в том, что власть хотела заставить народ бояться себя. И надо сказать, что ей это удалось.

В России до революции 1917 года публично извещали об официальных исполнениях смертных приговоров. Начиная с 1930-х годов, это стало государственной тайной. По ночам в подвалах и во дворах тюрем звучали выстрелы, заглушаемые работой заведенных моторов автомобилей или просто толстыми кирпичными стенами.

Убивали приговоренных обычно по одному. Надев на приговоренного наручники, его вводили в подвал, где и расстреливали. Позднее звуконепроницаемые подвалы тюрем НКВД стали оборудовать специальной дорожкой, шагая по которой осужденный получал пулю в затылок, и автоматическим устройством для смывания крови.

Иногда практиковались и массовые казни «на природе». Так, например, расправлялись с польскими офицерами в Катыни. Расстреливали их в мундирах с нацепленными орденами. Руки обычно связывали проволокой или плетеным шнуром. Иногда надевали петлю на шею, а свободный конец веревки затягивали на руках. Если человек пытался двинуть руками, петля на шее затягивалась. Поляков вывозили партиями в лес на «воронках» у приканчивали выстрелами в затылок. Руководил расстрелами откомандированный из Москвы майор госбезопасности В.М. Блохин, который привез с собой целый чемодан «Вальтеров». Советские пистолеты не выдерживали массовых казней – перегревались.

Использовались в 30-е и другие способы казней. В 1937 году в недрах НКВД был усовершенствован, казалось бы отработанный уже веками способ казни через повешение. Для повышенной мучительности смерти классовых врагов вместо веревки использовались фортепианная струна и резиновый шланг. Люди умирали часа по три, судорожно хватая все это время ртом воздух.

НКВД искало и новые методы умерщвления, не случайно в СССР раньше нацистской Германии и США придумали «душегубку» - газовую камеру. Ее изобретателем называют начальника АХО Управления НКВД по Москве И.Д. Берга. Советская газовая камера размещалась в автофургоне с герметичным кузовом и выведенной внутрь кузова выхлопной трубой. На фургоне красовалась надпись «Хлеб».

Ну и, наконец, самым мучительным и долгоиграющим способом казни в СССР было медленное умерщвление в трудовых лагерях, где голод, холод и тяжелая работа медленно, но верно загоняли человека в гроб.

Специальные управления ГУЛАГа объединяли многие ИТЛ в разных районах страны: Карагандинский ИТЛ (Карлаг), Дальстрой НКВД/МВД СССР, Соловецкий ИТЛ (УСЛОН), Беломорско-Балтийский ИТЛ и комбинат НКВД, Воркутинский ИТЛ, Норильский ИТЛ и др. В лагерях были созданы тяжелейшие условия и применялись суровые наказания за малейшие нарушения режима.

Наполнению лагерей рабочей силой способствовало и ужесточение уголовных наказаний. В 1936 году максимальный срок заключения в СССР был повышен с 10 до 25 лет.

Расширился и перечень «расстрельных» статей в УК. Согласно постановлению ЦИК и СНК РСФСР от 7 августа 1932 г. расстреливать стало можно за хищение государственного и общественного имущества. А 9 июня 1935 года в СССР был принят закон, устанавливающий смертную казнь за побег через границу, родственники перебежчиков объявлялись преступниками. Это было уже чисто политическим вопросом. Фактически власть давала понять, что никто и никуда от нее не денется, а если денется, то туго придется его близким.

Правда, большинство населения эта угроза никак не затронула: крестьянину, для того чтобы выправить паспорт для выезда за рубеж, предстояло пройти немало инстанций. А для нелегального перехода границы у большинства людей попросту не было денег.

1 декабря 1934 года бывшим инструктором партийного актива Леонидом Николаевым в Смольном убит секретарь ЦК и Ленинградского обкома ВКП(б) Сергей Киров.

Убийство Кирова Сталин использовал как повод для начала широкомасштабных репрессий. Постановлением ЦК было введено сокращённое судопроизводство по делам о террористических актах. Расстрельные приговоры начали штамповать как на конвейере.

Маховик репрессий начал раскручиваться, когда во главе НКВД был поставлен Генрих Григорьевич Ягода (настоящее имя Енох Гершонович Ягода). Благодаря родству с одним из вождей революции – Свердловым, Ягода попал на работу в ЧК. Хорошо знавший Ягоду в период его работы в ЧК, Лев Троцкий писал о нем: «Очень точен, чрезмерно почтителен и совершенно безличен. Худой, с землистым цветом лица (он страдал туберкулезом), с коротко подстриженными усиками, в военном френче, он производил впечатление усердного ничтожества».

Однако на большинство людей Ягода производил совсем другое впечатление. Он казался им большим и ужасным. Недаром Генрих Георгиевич стал рекордсменом по посадкам. Если до него, в 1933г. в местах лишения свободы находилось 334 тысячи человек, то уже при нем в 1934г. – 510 тыс., в 1935 г. – 991 тыс., а в 1936 г. уже 1296 тыс. И, пожалуй, Ягода первым стал активно внедрять в работу министерства внутренних дел принцип «бей своих, чтобы чужие боялись». Именно при нем начались широкомасштабные репрессии против собственных сотрудников. В 1935г к уголовной ответственности было привлечено 13 715 милиционеров, а в 1936г – 4568, в 1937 – 8905. Из них осуждено соответственно: 5284, 2621 и 3057 человек.

По иронии судьбы и сам Генрих Ягода не избежал ареста и суда. Говорят, что при обыске на квартире Ягоды обнаружили более 3 тысяч порнографических снимков с участием жен видных деятелей партии, науки, культуры и армии, не считая обнаженных композиций из балерин, спортсменок и простых граждан СССР. Но обвиняли его не в коллекционировании порнографии, а в огромном количестве других мыслимых и немыслимых грехов. Ягода, желая выторговать себе жизнь, раскаялся во всем. В том, что был одним из руководителей правотроцкистского подполья, ставящего себе целью свержение Советской власти и реставрацию капитализма, в соучастии в убийстве С.М. Кирова, В.Р. Менжинского, В.В. Куйбышева, А.М. Горького и его сына М.А. Пешкова, в покушении на жизнь нового наркома НКВД Ежова, в помощи иностранным шпионам и еще много в чем.

Главной задачей Ягоды была расправа над оппортунистами. И хотя этими оппортунистами были, как правило, старые большевики, авторитетные в партии люди, но бывшие соратники пускали их «в расход» без всяких сожалений.

Как бы это не страшно звучало, но для очень многих, осужденных к смертной казни по политическим статьям, расстрел стал неким воздаянием свыше за их участие в «красном терроре». Как во времена французской революции, сначала казнили революционеры, а потом казнили их.

В этом плане самым показательным стал расстрел старых большевиков и соратников Ленина – Григория Зиновьева и Льва Каменева. Вообще-то, они были не Зиновьев и Каменев, настоящие их фамилии соответственно – Радомысльский и Розенфельд, но в историю они вошли под псевдонимами. Зиновьев и Каменев и раньше отличались независимой позицией по отношению к мнению вождя. Например, еще в октябре 1917 они протестовали против вооруженного восстания большевиков. Однако независимые суждения по отношению к мнению Сталина стали для них роковыми. Сначала в 1934 году по делу «Московского центра» Зиновьев получил 10 лет неволи, а Каменев – 15. Но уже в 1936 году по делу «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра» они оба опять попали под следствие. Поначалу Зиновьев и Каменев никак не хотели сознаваться в инкриминируемых им преступлениях, в том числе в покушении на Сталина. Иосифа Виссарионовича это очень злило, он кричал руководителям НКВД:

- Скажите им, что бы они ни делали, они не остановят ход истории. Единственное, что они могут сделать, - это умереть или спасти свою шкуру. Поработайте над ними, пока они не приползут к вам на брюхе с признаниями в зубах!

В конце концов, Зиновьев и Каменев пошли на сделку со Сталиным. Они признали вину в обмен на обещание, что их не расстреляют, а их семьи не репрессируют. Однако это им не помогло. Они оба были приговорены к смертной казни и расстреляны 25 августа 1936 года.

Возможно родственники многих из расстрелянных до них посчитали смерть Зиновьева и Каменева справедливым возмездием. Известно, что Зиновьев активно способствовал проведению «красного террора» в Петрограде. Не без его участия массовым репрессиям подвергли выпускников Александровского лицея. Всего лишь за то, что они имели обыкновение собираться и в своем кругу высказывать нелицеприятное мнение о новой власти.

А Каменев этот самый террор поддерживал. «Наш террор был вынужден, это террор не ЧК, а рабочего класса», - заявил он в своем выступлении 31 декабря 1919 года.

А потом начался отстрел их соратников. 5 октября 1936 года был расстрелян ветеран революции, лидер зиновьевцев Г. Федоров.

Параллельно с зиновьевцами «органы» продолжали добивать троцкистов:

4 октября 1936 года расстрелян русский революционер Юрий Гавен. Впрочем, и он жил и работал под псевдонимом. Настоящая его фамилия – Дауман. Латышский учитель Дауман в свое время сам отправил на тот свет кучу народа. Вот, например, как он писал о себе: «Считаю нужным напомнить, что я применил массовый красный террор еще в то время, когда он еще партией официально не был признан. Так, напр., в январе 1918 года я, пользуясь властью пред. Севаст. Военно-Револ. Комитета, приказал расстрелять более шестисот офицеров-контрреволюционеров».

До революции Гавен-Дауман провел почти 8 лет на каторге. Зато после победы Советской власти попал в номенклатуру. С ноября 1921 был председателем ЦИК Крымской АССР, с 1924 - членом президиума Госплана СССР, в 1931—1933гг. - директором советской нефтеторговой фирмы в Германии. Но при этом он еще осуществлял связь между Львом Седым и Троцким и оппозиционными группами. За это был арестован и расстрелян по обвинению в контрреволюционной троцкистской деятельности и терроризме.

В последнем слове он сказал: «То, что я и мои сопроцессники сидят здесь на скамье подсудимых и держат ответ, является триумфом, победой советского народа над контрреволюцией». А когда его 15 марта 1938 года вели на расстрел, он запел "Интернационал".

По обычаям того времени все ближайшие родственники экснаркома в разные годы были репрессированы. Его жена Ида Леонидовна, племянница Якова Свердлова, погибла в заключении. А сын Генрих вышел из лагеря по амнистии 1953 года.

Однако то, что было при Ягоде, показалось «ягодками» в сравнении с «ежовыми рукавицами» Николая Ежова. При нем «сталинские» репрессии достигли своего пика. Ежов был главой НКВД с сентября 1936 года по декабрь 1938 года. Вот статистика только смертных приговоров в эти годы:

1937 год - 353.074

1938 год - 328.618

За период 1937 - 1938 годов было вынесено 681.692 сметных приговоров (около 1000 приговоров в день!). «Ежовые рукавицы» не щадили никого. Были расстреляны и посажены в тюрьму 325 ближайших сподвижников Ягоды и он сам. В лагеря отправляли, не взирая на звания и чины и членов ЦИК СССР, и деятелей культуры, и «служителей культа», и простых работяг. Досталось и уголовникам. В августе 1937 года лагеря получили приказ Н.И. Ежова, в соответствии с которым требовалось подготовить и рассмотреть на «тройках» дела на лиц, которые «ведут активную антисоветскую, подрывную и прочую преступную деятельность в данное время». Удар обрушился и на лидеров воровского сообщества. По всем лагерям НКВД было расстреляно более 30 тысяч человек криминальных авторитетов и лидеров преступных групп.

А вот лишь небольшой перечень наиболее известных казней в период наркомства Ежова:

13 марта 1937 года расстрелян русский революционер, первый советский нарком почт и телеграфов Николай Глебов-Авилов;

25 мая 1937 года расстрелян русский революционер, первый нарком путей сообщений, первый историк большевистской партии Владимир Невский;

11 июня 1937 года в Ишимской тюрьме, в Омской области, совершён массовый расстрел священников во главе с епископом Дмитровским Серафимом. На месте их гибели впоследствии был воздвигнут единственный в России монастырь Русской православной церкви за границей;

А в Москве в этот же день, 11 июня 1937 года, состоялся закрытый судебный процесс над маршалом Михаилом Тухачевским и 7-ью другими высшими советскими военачальниками, обвинёнными в государственной измене. ТАСС сообщил, что все подсудимые признали свою вину. Заключительное выступление прокурора Андрея Вышинского продолжалось всего 20 минут и завершилось требованием смертной казни. Приговор привели в исполнение спустя четыре часа после его вынесения;

12 июня 1937 года расстрелян командующий Ленинградским военным округом Иона Якир. Он тоже был обречен, хотя, еще находясь под следствием, написал письмо Сталину: «Я умру со словами любви к Вам, к партии и стране, с безграничной верой в победу коммунизма». Якир не знал, что на его письме Сталин начертал резюме: «Подлец и проститутка». Ворошилов добавил: «Совершенно точное определение». А Каганович приписал: «Предателю, сволочи и б… одна кара – смертная казнь». Перед смертью Якир продолжал выкрикивать лозунги: «Да здравствует партия! Да здравствует Сталин!»;

7 августа 1937 года приговорен к смертной казни бывший лидер советского комсомола О. Рывкин;

2 сентября 1937 года расстрелян русский революционер, нарком труда первого Совнаркома Александр Шляпников;

3 октября 1937 года по делу «Трудовой крестьянской партии» расстрелян русский экономист, автор проектов реформирования сельского хозяйства Александр Чаянов;

4 октября 1937 года расстрелян революционер, бывший лидер меньшевиков и Бунда Михаил Либер;

В этот же день расстрелян бывший лидер эсеров, глава Комуча Владимир Вольский;

8 октября 1937 года расстрелян старообрядец и поэт Сергей Клычков. В 1905 году он участвовал в революционных событиях, а потом писал стихи на революционные темы. Участие в революционном движении для старообрядца Клычкова обернулось тем, что в 1937 году его ложному обвинению осудили и расстреляли. В 1956 году реабилитировали;

9 октября 1937 года в Ташкенте расстреляна русская революционерка Надежда Брюллова-Шаскольская, автор национальной программы партии эсеров;

14 октября 1937 года расстрелян глава отдела науки ЦК ВКП(б), секретарь ЦК К. Бауман;

30 октября 1937 на расстрельные команды выпала большая нагрузка. В этот день были казнены: бывший секретарь ЦИК и соратник Сталина – А. Енукидзе, а также еще 13 членов ЦК ВКП(б), бывшие доверенные лица Кирова, ветераны-большевики Чудов и Кодацкий, первый нарком земледелия СССР, организатор советской статистики Владимир Милютин;

20 ноября 1937 года расстрелян один из лидеров русского духовенства, бывший митрополит Кирилл;

24 ноября 1937 года русский писатель Николай Олейников расстрелян как шпион и враг народа;

27 ноября 1937 года расстреляны Е. Квиринг (глава большевистской фракции в Госдуме), Я. Ханецкий (соратник Леннина по эмиграции), Н. Кубяк (секретарь ЦК ВКП(б)), С. Андреев (лидер комсомола Украины);

10 декабря 1937 года в Подмосковье расстрелян бывший спикер Второй Госдумы России Федор Головин;

В 1938 году расстреляна революционерка Анастасия Биценко (в 1905 она убила генерала В. Сахарова, за что была приговорена царским судом к казни, замененной каторгой);

2 марта 1938 года в Москве начался открытый судебный процесс над Бухариным, Рыковым и др. Дело рассматривалось в открытом судебном заседании Военной коллегии Верховного суда СССР. 18 человек, т.е. почти всех проходивших по делу, приговорили к расстрелу. Осужденных к лишению свободы Д.Д. Плетнева, Х.Г. Раковского и С.А. Бессонова в сентябре 1941 года по заочному приговору также расстреляли в числе заключенных Орловской тюрьмы;

15 марта 1938 года приведен в исполнение смертный приговор над руководителями мифического «правотроцкистского блока» Рыковым и Бухариным, обвиненными в «холуйском пособничестве иностранным разведкам, диверсиях и вредительстве», названными «врагами народа» (из передовицы в «Известиях» от 12 марта 1938 года, озаглавленной «Расстрелять, как поганых псов!»);

В этот же день, 15 марта 1938 года, был расстрелян первый нарком внутренних дел РСФСР А.И. Рыков и еще 15 обвиняемых.

Алексей Иванович Рыков до революции был не последним человеком среди революционеров. Член РСДРП с 1905 года. Все московские филеры имели о нем справку: «Алексей Иванович Рыков, он же Власов, он же Сухорученко Михаил Алексеевич, кличка наблюдения «Глухарь»». В царское время Алексей Иванович неоднократно арестовывался, ссылался, совершал побег из ссылок.

На посту наркома внутренних дел Рыков находился всего 9 дней – с 8 по 16 ноября 1917 года. Но успел за это время учредить рабочую милицию. 16 ноября он сложил с себя полномочия министра и вышел из состава правительства в знак протеста. Он, видите ли, хотел, чтобы правительство было однородно социалистическое, а оно было создано как чисто-конкретно большевистское. Из всех последующих наркомов и министров никто со своей должностью в знак протеста не расставался.

28 и 29 июля 1938 года производились расстрелы коммунистов латышского происхождения - старых революционеров: командарма Вацетиса, кандидата в члены ЦК Уншлихта, председателя Госплана Межлаука и других. В те же дни вместе были казнены командарм Дыбенко, председатель «Союзкино» Шумяцкий и бывший нарком земледелия Яковлев.

Любопытные метаморфозы с анархистом Павлом Дыбенко достойны отдельного упоминания. Из простого матроса он стал командармом. Из красного командира - наркомом лесной промышленности. Из противника смертной казни – палачом. И, наконец, из защитника революции – «врагом народа» и американским шпионом. Накануне вынесения смертного приговора, отчаявшись объяснять следователям абсурдность возводимых против него обвинений, Павел Ефимович написал Сталину, что не может быть американским шпионом по причине того, что не владеет американским языком. Но этим аргументом Дыбенко не убедил ни Сталина, ни суд. Последнему хватило 17 минутного разбирательства, чтобы осудить легендарного полководца на смерть.

Однако в наследство советскому народу Дыбенко оставил праздник. День Советской Армии и Военно-морского флота, ныне известный как День защитника Отечества, был учрежден после того, как отряды Красной Армии под командованием Павла Дыбенко остановили 23 февраля 1918 года немецкое наступление под Нарвой.

29 июля 1938 года кроме Дыбенко были казнены также глава ЦКК Рудзутак и старый революционер, один из лидеров Коминтерна Осип Пятницкий

1 августа 1938 года расстрелян русский революционер, один из создателей первых в России Советов и руководителей революции 1917 года Андрей Бубнов;

19 августа 1938 года расстрелян бывший военный министр Временного правительства генерал Александр Верховский;

29 августа 1938 года расстрелян бывший лидер левых эсеров Борис Камков (настоящая фамилия Кац), ставший одним из организаторов левоэсеровского мятежа 1918 года. За мятеж ему дали 3 года неволи, а потом дали возможность потрудиться на хозяйственной работе. При Ежове про него вспомнили и расстреляли;

1 сентября 1938 года военной коллегией на секретном заседании приговорен к казни и в тот же день расстрелян видный революционер, кандидат в члены Политбюро В. Оссинский;

17 сентября 1938 года расстрелян бывший член Временного правительства, экономист, автор плана первой советской пятилетки Николай Кондратьев;

20 сентября 1938 года расстрелян советский дипломат, бывший нарком внутренних дел Лев Карахан;

29 сентября 1938 года приговорен к казни украинский писатель, бандурист, Гнат Хоткевич;

3 октября 1938 года расстрелян бывший лидер левых эсеров, нарком первого советского Совнаркома Владимир Алгасов, а также - бывший лидер правых эсеров России Михаил Гендельман.

 

Продолжение следует

Автор: Олег Логинов

Источник

49


Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Спасибо!



Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

support@ergosolo.ru

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

8 (495) 995-82-95





Устаревший браузер

Внимание!

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов: